Вводить возможные контакты между США и Ираном в ранг дипломатического прорыва пока преждевременно. Даже если переговоры действительно состоятся, они вряд ли приведут к урегулированию накопившихся противоречий. По мнению востоковеда, эксперта NEST Centre Руслана Сулейманова, Вашингтон и Тегеран остаются в состоянии, которое можно охарактеризовать как «ни войны, ни мира», когда стороны могут одновременно вести переговоры и обмениваться ударами, не приближаясь к полноценному соглашению.
Как отметил политолог в беседе с Minval Politika, информация о возможной встрече американской и иранской делегаций выглядит вполне правдоподобно, однако не должна восприниматься как свидетельство скорого завершения конфликта.
«Недавние обмены ударами Соединенных Штатов и Ирана вписываются в общую логику того состояния, в котором находятся Вашингтон и Тегеран начиная с апреля нынешнего года: ни войны, ни мира. И можно ожидать какую-то встречу с участием иранской и американской делегаций. Но это, опять же, не будет означать конца войны, это не будет означать окончания перестрелок», — уверен востоковед.
По словам Сулейманова, периодические военные столкновения и дипломатические контакты уже становятся своеобразной нормой в отношениях двух стран: «Думаю, что это то, что становится уже таким общим фоном. Периодические обстрелы, какие-то встречи без достижения полноценного мирного соглашения, полноценной сделки, вроде той, что была в 2015 году — так называемой ядерной сделки. Обстрелы будут продолжаться. И никакие промежуточные встречи не приведут к полному установлению мира и к полной разблокировке Ормузского пролива».
Эксперт подчеркивает, что говорить о достижении каких-либо принципиальных договоренностей пока не приходится. По его словам, стороны лишь признают необходимость поддерживать диалог, однако фундаментальные разногласия остаются нерешенными.
«Стороны действительно могут быть согласны в том, что надо о чем-то договариваться, что худой мир лучше, чем добрая война. Но принципиальные противоречия не разрешены. Иранские власти не готовы уступать в вопросе ядерной программы, ракетной программы, в вопросе Ормузского пролива. До тех пор, пока эти противоречия сохраняются, мы будем наблюдать периодические обстрелы, такие акты демонстрации силы и с той, и с другой стороны. Это будет продолжаться до тех пор, пока не будет достигнуто основополагающее соглашение».
Отдельно собеседник остановился на позиции Израиля. По его оценке, израильское руководство не заинтересовано в нормализации отношений между Вашингтоном и Тегераном, однако возможности повлиять на американскую администрацию у него ограничены: «Израиль заинтересован в том, чтобы никакой сделки между Вашингтоном и Тегераном не было. Но рычаги израильского правительства довольно ограничены. Возможности влиять на Трампа тоже не так велики».
При этом, продолжает Сулейманов, Израиль может попытаться реализовать собственные интересы на других направлениях, сохраняя свободу действий в отношении Ирана.
«Главным образом Израиль будет пытаться добиться каких-то выгод через Ливан. Помимо этого, израильские власти оставляют за собой право в любой момент наносить удары по иранской территории, поскольку Израиль не является участником переговоров и каких-либо сделок с Тегераном. Так что Израиль, я думаю, еще скажет свое слово. Новые удары по Ирану со стороны Израиля точно нельзя исключать», — отметил политолог.
Говоря о перспективах возможных переговоров, эксперт признается, что не испытывает особого оптимизма. По его мнению, максимум, чего можно ожидать в ближайшее время, — обсуждения отдельных практических вопросов.
«Никаких ожиданий у меня нет, честно говоря. Я думаю, что, скорее всего, это будет очередная попытка достичь какого-то компромисса по локальным, точечным вопросам, таким как разблокировка Ормузского пролива, разморозка иранских активов в зарубежных банках, формирование фонда в 300 миллиардов долларов при участии Соединенных Штатов», — считает он.
Однако рассчитывать на подписание масштабного соглашения, аналогичного ядерной сделке 2015 года, по словам Сулейманова, не приходится.
«Едва ли стоит ожидать какого-то полноценного соглашения. В ближайшее время его просто наивно ожидать. Напомню, что для достижения ядерной сделки в 2015 году потребовалось двенадцать лет. Нужна работа специальных комиссий, экспертов. Нужно, чтобы Иран согласился на предоставление доступа международных экспертов и наблюдателей к своим центрифугам. Пока мы этого не наблюдаем. Так что я довольно скептически отношусь к любым переговорам», — высказался он.
По мнению востоковеда, нынешний тупик обусловлен тем, что ни одна из сторон не готова идти на принципиальные уступки: «Соединенные Штаты требуют заморозки иранской военной ядерной программы, безоговорочной разблокировки Ормузского пролива. Иран на это не согласен. Со своей стороны Тегеран требует предоставить ему доступ к иранским активам в зарубежных банках и выплатить компенсацию».
Эксперт отмечает, что в иранском руководстве периодически звучат заявления о готовности возобновить боевые действия, тогда как президент США Дональд Трамп, напротив, стремится избежать новой масштабной войны, предпочитая сохранять политику максимального давления.
«В противном случае иранские власти готовы к возобновлению боевых действий. Такие голоса в иранском руководстве периодически раздаются: мол, продолжение войны будет катастрофичным для Соединенных Штатов и победоносным для Тегерана. Трамп, очевидно, не хочет возобновления полномасштабной войны, как весной нынешнего года, и использует излюбленную тактику максимального давления. Пока это не приносит результатов, и я не думаю, что какие-то результаты будут в ближайшее время. То есть ситуация очень тупиковая», — заключил Сулейманов.
