Рост цен на нефть и газ в мире, связанный с напряжённостью на Ближнем Востоке, вызывает серьёзные последствия для мировой экономики и энергетического рынка. Эксперт, депутат Милли Меджлиса Азербайджана четырёх созывов, доктор экономических наук, профессор Руфат Гулиев в беседе с Minval Politika подробно объясняет, какие факторы влияют на цены, насколько Азербайджан выигрывает от текущей ситуации и как страна может правильно использовать период высоких цен.
«Цены на нефть и газ напрямую зависят от того, сколько будет длиться военный конфликт между Ираном и еще 15 странами. Уже можно говорить откровенно, что это не просто война между Ираном и США вместе с Израилем. Конфликт разрастается: месяц прошёл, Ормузский пролив закрыт, хуситы вступили на тропу войны на стороне Ирана и начали бомбить Саудовскую Аравию, а далее и Израиль. Если будет перекрыто Красное море, это станет катастрофой. На сегодняшний день 20–25% энергоресурсов, которые проходили через Ормузский пролив, не проходят, за исключением пары танкеров, которым разрешают пройти иранские власти», — сказал экономист.
По его словам, не решает проблему и прокачка по нефтепроводам Саудовской Аравии: «Их суммарная мощность не превышает миллиона баррелей в сутки — слишком мало для компенсации потерь через пролив».
При этом, указал он, продолжаются бомбардировки нефтегазовой инфраструктуры, что дополнительно осложняет ситуацию.
«Продолжение конфликта может привести к росту цен до $200 за баррель. Это реально, но не сегодня. Сейчас это сдерживается выпуском стратегических запасов из хранилищ. Однако нефть и газ составляют около 40% потребностей мировой промышленности, включая производство минеральных удобрений. Уже заметно, что авиабилеты подорожали на 40%, цены на газ в Европе и бензин в США — на 30–40%, что вызывает рост стоимости всех видов транспорта и доставки. Инфляция в среднем по планете уже увеличилась на 3–4%, и если конфликт продолжится, она может вырасти ещё на 3–4%. Если цена нефти достигнет $150, дальнейший рост до $200 может произойти очень быстро», — уверен Гулиев.
Говоря о выгоде, которую получает Азербайджан, собеседник сказал: «Азербайджан нельзя считать главным бенефициаром этой войны. Исторически нефтегазовые страны выгодно работают при стабильной волатильности цен, а резкие перепады в ценах на сырьё неблагоприятны для экономики. Временный рост может приносить дополнительную выручку, но страны, создавая иллюзию выгоды, закачивают ресурсы в хранилища с надеждой на будущие продажи. При резком изменении ситуации мировые цены могут рухнуть, и это приведёт к потерям». Кроме того, он добавил, что в целом резкие колебания в ценах не соответствуют философии рыночной экономики.
Он отметил, что Россия на сегодняшний день получила от роста цен около $2 млрд, «но взрывы на нефтяной инфраструктуре наносят ей огромный ущерб».
Отвечая на вопрос о том, насколько реалистична оценка ING о дополнительных $3 млрд экспортной выручки при росте цен на $10, эксперт обратил внимание на то, что данный рост действительно даёт дополнительную выручку, но при этом указал на наличие определённой формулы расчёта, которая в зависимости от страны разнится: «Но экспортёров интересует стабильность цен, а не резкие скачки».
Говоря о росте нефтяных доходов, который отражается на бюджете и макроэкономической стабильности страны, Гулиев сказал: «Рост нефтяных доходов положительно влияет на макроэкономическую стабильность. Но прагматичная политика требует планирования бюджета на 3–5 лет, чтобы обеспечивать стабильный экономический рост — в Азербайджане на уровне 2,5–5,5% в год. Такой рост позволяет решать социально-экономические задачи и обеспечивает устойчивое развитие».
Эксперт также прокомментировал вопрос, способен ли Азербайджан оперативно нарастить добычу нефти и газа при сохраняющихся высоких ценах.
«Ускоренное наращивание добычи нефти и газа в короткие сроки невозможно. По данным открытых источников, под дном Каспийского моря находятся ресурсы на сумму около $5 трлн при цене $100 за баррель. Азербайджанская юрисдикция — около 21% этих ресурсов, что даёт потенциал на $1 трлн в ближайшем будущем. Для этого нужны инвестиции и технологии. Разведанных ресурсов нам должно хватить до 2050–2060 годов, и только потом можно будет внедрять новые технологии», — пояснил он.
Кроме того, собеседник прокомментировал момент того, что несёт «импортируемая инфляция» для экономики Азербайджана.
«Импортируемая инфляция — серьёзная угроза для стран, зависящих от внешней продукции, особенно продовольствия и стратегических товаров. Военные действия в соседних регионах и рост топливных расходов повышают стоимость транспортировки на 20–40%. Поэтому важно инвестировать в развитие мелкой и средней предпринимательской деятельности, которая обеспечивает будущий экономический рост».
Говоря о том, как Азербайджану правильно использовать период высоких цен — накапливать резервы или инвестировать в диверсификацию, Гулиев указал на прагматичность, реалистичность, продуманность политики руководства страны.
«Правильная политика сочетает оба подхода. Часть доходов идёт на накопление резервов, создавая финансовую подушку на случай кризиса, другая — на инвестиции в диверсификацию экономики, повышение производительности труда и внедрение новых технологий на предприятиях. Это обеспечивает устойчивое будущее страны», — заключил Гулиев.
