Размышления о том, чья победа на президентских выборах в США «лучше» для Южного Кавказа – кандидата от республиканцев или демократов, — приходишь к выводу, что многоходовка Вашингтона в регионе лишь слегка меняется со сменой хозяев Белого дома: политика Вашингтона, по большому счету, отличается высокой степенью преемственности на внешнем треке, хотя и не без некоторых вариаций.
Предвыборные горячие дебаты не только в США, но и во всем мире — кто, в итоге, в ноябре станет президентом полусотни американских штатов, а, по сути, — кто на сей раз возглавит «планетарную жандармерию» (если не говорить о т.н. «мировом правительстве»), — в самом разгаре. Нас, однако, интересует, как выборы в США отразятся на Южном Кавказе; и кто, наивно говоря, его устроит больше – ставленница Байдена от демократической партии (совершенно непонятно, почему она так называется, поскольку «вывеска» не соответствует содержимому) Камала Харрис, или республиканец Дональд Трамп, один срок уже занимавший президентский пост.
Слышны голоса, что США сейчас не до Южного Кавказа и, дескать, Вашингтон отпустил его в свободное плавание, однако это далеко не так. Америке всегда и до всех есть дело, и южно-кавказский регион исключением не стал: напротив, на исходе байденовского президентства коллективный Запад во главе с США нарастил здесь свою активность. Точнее, в тех республиках, в которых Вашингтону либо позволили это сделать (Грузия, расплачивающаяся за покорность американскому менторству), либо они сами (Армения, с аппетитом заглотившая наживку США).
Что же до Азербайджана, на благодатной почве Карабаха и высокого, по сравнению с большинством стран постсоветского пространства, уровня суверенитета, Запад долбает Баку – уж очень он ему мешает как следует разгуляться на Южном Кавказе.
Словом, Армению Запад, можно, считать, почти полностью подчинил себе; Грузия начала сметь сопротивляться; Азербайджан умеет «показывать зубы», хоть и держится в дипломатических рамках. Значит, Вашингтону придется сильно задуматься, как одолеть Баку.
Еще до недавнего времени ключевым кавказским партнером США была Грузия, утверждающая, что она таковым и осталась, однако (по Станиславскому) Вашингтон выкрикивает грозное – «Не верю!». В некотором роде – «это театр для себя», а в некотором – сильные подозрения, что правящая партия Грузии встала на «скользкий путь», то есть «российский». И ее (власть) надо менять.
И байденовская Америка делает все, чтобы свергнуть нынешнюю грузинскую власть, а большинство государств Евросоюза старательно помогает ей в этом деле. Тбилиси, понятно, оправдывается, однако факт, что его отношения с Брюсселем, Вашингтоном и НАТО переживают тяжелые времена, и если президентом станет Харрис, а до того — в Грузии сменится власть (что возможно только при помощи Запада, который уже анонсировал фальсификацию предстоящих в октябре парламентских выборов в стране и даже демонстративно отказывает во встречах руководству «Джорджии»), то миссис Харрис Грузию «дожмет». То есть не свернет с пути администрации Байдена, что чревато для страны самыми тяжелыми последствиями.
Но США одной только Грузии на Южном Кавказе – мало, несмотря на то, что они сейчас разрываются на части, активничая как на украинском направлении, так на ближневосточном, в Азиатско-Тихоокеанском регионе и where not only. Так что ставка на то, что Вашингтону сейчас не до Южного Кавказа, вряд ли соответствует действительному положению дел.
Американцам в любом случае требуется расчистить себе пространство в регионе и сменить власть в нем на тупо прозападную, чтобы подобраться к России, Ирану и даже держать в узде Турцию; иметь контроль над выходами в Черное и Каспийское моря; над транспортными магистралями (Запад – Восток, ненавистный Вашингтону «Один пояс, один путь»); контролировать азербайджанские углеводороды.
И США непременно требуется закрепление в регионе через армяно-азербайджанский конфликт. С одной стороны, администрация Байдена вроде как торопится стать ключевым «решалой» в урегулировании конфликта и подписания, при собственном посредничестве, мирного договора между АР и РА. Но с другой стороны, своим нашептыванием Армении, она похоже, не заинтересована в окончательном урегулировании вопроса, поскольку оно будет означать установление относительного мира на Южном Кавказе, совершенно не нужного Вашингтону: хаос в регионе его устроит больше.
Ну и, естественно, «дело Байдена» — «поддержка демократии» на Южном Кавказе (известно – какая, через кого и на чьи деньги), в условиях мира в регионе вряд ли будет актуальной.
Поперек горла Вашингтону встала и Турция – от нее тоже надо избавляться, дабы не допустить ее растущего присутствия в регионе. То есть, Байден и не скрывал того, что Россию необходимо сдерживать в разных частях мира, в том числе, в постсоветской Евразии; то же – о Китае. А тут еще актуализировался вопрос Турции – кстати, члена НАТО, однако не всегда «послушного» и поющего в унисон с альянсом (читай — с США).
Ресурсы для нейтрализации в регионе России, Турции, Ирана у США найдутся, поскольку многого, в денежном выражении, для Южного Кавказа не требуется: во всяком случае, Армению купили задешево. Но готовы ли Грузия и Азербайджан на столь позорную сделку? И изменится ли такая политика США при Трампе?
Скорее всего, многое будет зависеть от исхода российско-украинской войны: он повлечет за собой и изменение расклада сил на Южном Кавказе.
С другой стороны, станет ли Трамп отказываться от влияния США в регионе – большой вопрос, имея в виду приверженность страны к преемственности во внешней политике. И будет ли для Трампа приемлема роль Анкары на Южном Кавказе, которая в большей степени касается Азербайджана и прилегающих к нему регионов (Центральная Азия, Ближний Восток). Уж не слишком ли разойдется тюркский мир, если влияния Анкары (особенно – на Азербайджан), разрастется еще больше.
Остается, как минимум, Армения, если имеющаяся в Грузии власть сохранится – а последняя не склонна портить отношения ни с Россией, ни с Азербайджаном, ни с Турцией, ни с Ираном.
А что же Харрис? Ее роль четко обозначил Байден в своем выступлении на недавней Генассамблее ООН – он воспевал «американскую демократию», ратовал за укрепление собственного наследия, однако не смог предложить ничего существенного в разрешении обостряющихся в мире кризисов. Напротив, он загнал их в тупик, подорвав безопасность во всем мире в годы своего президентства.
А поскольку Харрис явно – не крупный политик, а, вероятно, всего лишь успешный и мега-активный прокурор, линию Байдена – готовенькую — она продолжит. При этом заметим, что в контексте Азербайджана байденовская команда — «анти».
С одной стороны, «миру – мир» и урегулирование конфликта с Арменией, с другой – американские военные грузы уже в Звартноце, хоть Вашингтон всячески старается умолчать об этом. То есть – место имеет, со стороны США, удар по России и упреждение «амбиций» Азербайджана, Турции и Ирана.
Казалось бы – да черт с ним, американским военным грузом, переломить ход возможных военных событий в регионе он не сможет. Однако Вашингтон может войти во вкус: ВПК США работает усердно, хотя вряд ли с таким же рвением, как российский. К тому же, старое-то вооружение американцам надо кому-то сбывать? Почему не Армении, дабы напрячь ситуацию и привязать ее к себе?
А там, гляди, подтянутся Франция и Индия, и тогда — «дело в шляпе»: несусветный бардак на Южном Кавказе. Главный актор, он же — «актер» в главной роли в регионе, ставит его перед серьезными угрозами. И подоспело вооружение «вовремя» – в аккурат к работе Баку по консолидации республик Южного Кавказа, укреплению Глобального юга с непременным элементом денеоколонизации значительного сегмента стран.
Если Трамп сумеет сделать Украину менее горячей точкой, то по тому же пути он, скорее, пойдет и на Южном Кавказе, однако не настолько, чтобы и Украина, и ЮК окончательно «остыли» — опять же, преемственность есть преемственность, но – не без вариантов. Ведь Иран, Россия и Турция никуда от региона не денутся, и в любом случае останутся в сфере интересов Вашингтона. Только Харрис будет агрессивнее, а Трамп может взять паузу – пусть недолгую, но менее воинственную.
Скорее, он будет давить на Иран и Турцию – как самостоятельно, «от США», так и – не исключено – в формате НАТО, если не станет его реформировать по договоренности с Россией. Опять же — многое будет зависеть от российско-украинских перипетий и их исхода – скорее, временного.
Трамп, все же, отдает себе отчет в том, что американский «пузырь» вот-вот лопнет, но соратники ему нужны – хотя бы та же «никудышная» Армения, однако вполне способная нагадить и России, и Азербайджану, и Ирану, и Турции – пусть даже мелко. Но большое складывается из малого, поэтому и при Трампе регион может превратиться в полигон для схватки сверхдержав. Тем более, если собственную игру (в случае победы Трампа) на Южном Кавказе затеет макроновская Франция.
Таким образом, на наивный вопрос – кто лучше для Южного Кавказа – Харрис или Трамп? — ответ, скорее, таков: хрен редьки не слаще.
И исходя из того, что ЮК интересен американцам исключительно для давления на Россию, Турцию и Иран, а также транспортными и трубопроводными развилками, суверенитет трех республик еще долго будет шатким.
Это, в свою очередь, означает, что кто бы ни скаканул в президентское кресло в США, за мир — как условие независимости – копья ломать южно-кавказской «тройке» (даже с учетом армянских «непоняток»), все же придется.
