В Чеченской Республике в течение последних трех месяцев 2015 года произошло множество насильственных похищений людей с участием правоохранительных органов, сообщает в четверг, 14 января, Правозащитный центр «Мемориал».
Член совета правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов в интервью «Дождю» высказал мнение, что участившиеся в последние месяцы исчезновения людей — признак «профилактики» исламского фундаментализма в Чечне.
«Рамзан Кадыров пытается бороться с тем, что называется «нетрадиционный ислам». Это вызвано заметным оттоком жителей Чечни, в основном молодежи, на Ближний Восток, в Сирию и Ирак, где исламские фундаменталисты ведут свою войну», — сказал Орлов.
Точно установить, кто занимается похищением людей, невозможно, считает Орлов. Правозащитник отмечает, что информация о пропажах не поступает федеральным следственным органам в том числе потому, что родственники пропавших не подают заявления об исчезновениях.
Как пишет «Мемориал», в руководстве республики считают, что наличие бороды без усов – уже признак принадлежности к запрещенным течениям. Поэтому главным критерием для выявления таких людей стал их внешний вид. «Если некоторая молодежь сбривает свои усы и отращивает немытую бороду – это есть уподобление шайтану», — сказал глава Чеченской республики Рамзан Кадыров в эфире местного телеканала «Грозный».
По сообщению центра, сотрудники правоохранительных органов не ограничивались поисками на улицах и базарах — они останавливали автобусы и автомобили. Всех, кто казался «подозрительным» задерживали и увозили в неизвестном направлении. В основном задерживали молодых мужчин.
В большинстве случаев с задержанными проводили воспитательные беседы, затем отпускали. Но подобная «беседа» могла длиться и день, и два, и дольше. А родственникам задержанных не сообщали, где они и что с ними.
По примерным оценкам «Мемориала», сделанным на основании информации, полученной от жителей многих населенных пунктов, за три последних месяца 2015 года таким образом задержали до нескольких сотен человек. При этом родственники отказывались куда-либо жаловаться, чтобы не вызвать гнев властей. Освобожденные тоже, как правило, не желали что-либо сообщать о том, что с ними происходило.
