На фоне нарастающей напряжённости вокруг Ирана и участившихся ракетных инцидентов вблизи границ Турции ситуация в регионе приобретает всё более тревожный характер. Перехваты баллистических целей, задействование систем ПВО НАТО и сообщения о новых угрозах усиливают ощущение затяжной эскалации.
Напомним, минувшим днем Министерство национальной обороны Турции сообщило, что баллистическая ракета, запущенная из Ирана и направленная в воздушное пространство Турции, была обезврежена силами воздушной и ракетной обороны НАТО, дислоцированными в Восточном Средиземноморье. О том, является ли это устойчивой тенденцией, насколько высок риск дальнейшего обострения и какие сценарии развития событий наиболее вероятны, в интервью Minval Politika рассказал востоковед, эксперт NEST Centre Руслан Сулейманов.
— Насколько серьёзным можно считать перехват баллистической ракеты, направлявшейся в сторону Турции? Это часть более широкой тенденции?
— Перехват баллистической ракеты, предположительно, запущенной из Ирана, стал уже четвертым за последний месяц. Это, конечно, тенденция, а не случайность, но тем не менее до сих пор нет четкого понимания того, откуда и каким образом запускаются эти ракеты, потому что Тегеран не признает свою причастность, и нельзя сказать, что турецкая сторона как-то отметает версию о том, что эти запуски могут быть провокацией.
— Можно ли говорить о проверке систем ПВО НАТО в регионе? В целом, какова роль сил НАТО в Восточном Средиземноморье в подобных инцидентах и насколько эффективно они способны реагировать на подобные угрозы?
— Системы ПВО НАТО в регионе, как мы видим, работают эффективно. Все ракеты, запущенные в направлении Турции, были перехвачены. Мы не знаем, как бы эти системы реагировали в случае более серьезной атаки, скажем, как это происходит в арабских монархиях Персидского залива, где, очевидно, системы ПВО не справляются.
— Есть ли риск того, что подобные эпизоды перерастут в прямое столкновение между государствами региона?
— Я не вижу пока предпосылок для столкновения между государствами региона. Это, конечно, не улучшает атмосферу между Турцией и Ираном, но тем не менее пока еще не является, так сказать, casus belli, поводом для объявления войны. Анкара пока реагирует максимально сдержанно.
— Насколько подобные события подрывают перспективы дипломатического урегулирования в регионе?
— Полагаю, что конкретно эти пуски не являются чем-то определяющим на фоне вообще всего, что происходит на Ближнем Востоке, в странах Персидского залива в частности. Сами по себе запуски ракет, конечно, не способствуют нормализации ситуации, не способствуют деэскалации, но, повторюсь, на фоне того, что происходит вокруг, пуски ракет в направлении Турции — это в целом уже не самое серьезное, что могло бы произойти.
— Станут ли подобные инциденты более частыми в ближайшее время?
— Подобные инциденты, в общем, уже стали частыми. Это такая неприятная тенденция, и указаний на то, что такие пуски прекратятся, нет. Очевидно, они прекратятся только тогда, когда закончится в принципе война между США, Израилем и Ираном.
— Какие сценарии развития ситуации наиболее вероятны — деэскалация или дальнейшее обострение? Какие шаги могли бы реально снизить уровень напряжённости в регионе?
— Пока, к сожалению, нет указаний на деэскалацию, кроме слухов о каких-то кулуарных консультациях между США и отдельными представителями иранского руководства, естественно, через посредников. Но ни к чему серьезному они не привели. Думаю, что деэскалация пока возможна через еще большую эскалацию, так как это было в прошлом году, когда Дональд Трамп нанес удары по Ирану противобункерными бомбами, что позволило ему завершить тот конфликт.
Думаю, что сейчас все движется примерно к этому сценарию, потому что в противном случае война будет просто растянута на очень длительное время — на месяцы, если не на годы.
