Война в Украине изменила многие правила игры и разрушила немало стереотипов. Оказалось, что ряд стран, даже будучи как бы в западной коалиции, не поддержали Украину в той мере, как того ожидала аудитория. Серьезные вопросы у многих вызывала позиция Грузии. Между Украиной и Грузией имел место дипломатический скандал, Украина отозвала своего посла из Тбилиси.
Грузия практически не присоединилась ни к одним санкциям против России и по сути ограничилась поддержкой Украины на международных полях в вопросе территориальной целостности. Все это привело к тому, что ЕС не предоставил Грузии статуса кандидата в члены ЕС, который получили Украина и Молдова — притом что ранее и Грузия была в списке претендентов. Словом, налицо заметное охлаждение отношений Грузии и Запада. Недовольство вызывает и ситуация вокруг Михаила Саакашвили, что многие расценили как отход грузинских властей от демократии. О политике Грузии, отношений с Западом и Россией, а также о ситуации вокруг Михаил Саакашвили в интервью Minval рассказывает бывший сотрудник исследовательского института Chatham House, ассоциированный профессор Международного Черноморского Университета (Тбилиси) Георгий Мчедлишвили.
— Сейчас многие в Европе, и не только из-за политики грузинских властей по украинскому вопросу, считают Грузию пророссийской страной. Как бы вы объяснили политику властей Тбилиси?
— Политика грузинских властей вызвана в первую очередь осторожностью, можно назвать это даже сверх-осторожностью. Грузия была одной из самых первых стран на пространстве бывшего Советского Союза, которая испытала на себе нео-имперские тенденции «новой» России еще в 1992-1993 году. После вооруженной поддержки Россией сепаратистов в Абхазии и Южной Осетии в начале 1990х, а затем и прямой агрессии 2008 года у руководства Грузии есть четкий мандат от населения: всеми возможными способами избежать еще одной войны с Россией.
Поэтому поддержка Грузией Украины носит сугубо гуманитарный и узко-политический характер: так, Грузия регулярно посылает гуманитарную помощь Украине, приняла и поддерживает несколько тысяч беженцев из Украины, регулярно голосует в пользу Украины на всех международных форумах (тогда как Армения и Азербайджан часто или воздерживаются, или пропускают эти заседания). Поэтому считать Грузию в данном вопросе пророссийской страной нельзя. А сдержанная риторика вызвана исключительно желанием сохранить мир и избежать мести России. И это абсолютно понятно из соображений безопасности, так как Грузия, не будучи членом НАТО, не сможет воспользоваться 4-й и 5-й статьями Устава этой организации и не получит адекватной военной помощи. И к тому же российские войска находятся в 45-50 километрах от Тбилиси, в оккупированной Южной Осетии.
Еще один важный фактор натянутости отношений между Киевом и Тбилиси — действия «Единого Национального Движения», главной оппозиционной партии Грузии. Представители этой и некоторых других оппозиционных партий одержимы возвращением к власти, и, не пользуясь поддержкой электората, решили перенести «поле боя» за пределы Грузии, всячески очерняя имидж правительства и правящей партии и пытаясь таким образом подорвать позиции правительства.
— Мы также видим ухудшение отношений с ЕС и США, но при этом увеличения товарооборота и инвестиций в Грузию из России. Можно ли считать, что в политике Тбилиси есть определенные сдвиги?
— В последние месяцы отношения между Грузией и ее главными западными партнерами действительно ухудшились, и Россия пытается выжать из этой ситуации максимум, несмотря на то, что главный фокус внимания РФ — это, безусловно, Украина, и на Южный Кавказ осталось меньше ресурсов. Тбилиси надо как можно скорее наладить отношения с Евросоюзом и добиться статуса кандидата.
Это будет непросто сделать — с учетом политической конъюнктуры. Серьезное замедление/охлаждение в отношениях между Грузией и основными западными партнерами сделает страну довольно уязвимой для влияния России, тем более с учетом около 120 тысяч граждан России, которые сегодня проживают в Грузии.
— Как вы оцениваете ситуацию вокруг Михаила Саакашвили? Разве в Грузии не понимают, что их будут потом обвинять в регрессе демократии?
— Это все приведет к серьезным последствиям. Регрессом демократии, на мой взгляд, было бы как раз освобождение Саакашвили и подчинение нескольким известным, но нечестным европарламентариям, которые почему-то требуют от Грузии особого отношения к экс-президенту. Последние годы правления Михаила Саакашвили как раз и характеризовались массовым откатом от демократии, террором в отношении бизнеса и политическими репрессиями, поэтому привлечение бывшего президента к уголовной ответственности — дело обычное. Тем более, что содержат его в клинике с почти 24-часовым врачебным наблюдением.
Как недавно выяснилось, мама Саакашвили и его товарищи по партии потратили более миллиона долларов на лоббирование «мифологии» о страданиях, пытках и отравлении Саакашвили. Что касается Грузии вообще, последние международные оценки показывают, что регресс демократии в Грузии действительно есть, но он не такой драматичный, как утверждают некоторые оппозиционеры и их друзья в Европарламенте.
— Как вы видите геополитический расклад в регионе Южного Кавказа? Россия слабеет, а ЕС отправил свою миссию в Армению. Насколько регион все еще остается взрывоопасным?
— Пока Россия имеет рычаги влияния на Южном Кавказе, мира там не будет. Позиции России значительно ослабли в результате военных неудач в Украине и затяжного характера войны, но и Южный Кавказ все еще является для Москвы приоритетным направлением, да и у Путина еще есть ресурсы для того, чтобы усложнить трем государствам региона задачу выработки независимой внешней и внутренней политики. Последний трюк с «засланным казачком» Варданяном — наглядное тому подтверждение. Сама по себе миссия ЕС — пока что скорее символичный шаг, если за ним не последует политика, направленная на стимулирование переговорного процесса между Баку и Ереваном без оглядки на Москву.
— Спасибо за беседу.
Ниджат Гаджиев
