Платформа Polymarket предлагает необычную ставку под названием «Ничего не произойдет: 2026». Она принесет около 30% доходности, если за год не случится ни одного из крупных потрясений — от отставки Дональда Трампа или Си Цзиньпина до масштабного стихийного бедствия. The Economist считает, что новый председатель Федеральной резервной системы (ФРС) Кевин Уорш фактически делает похожую ставку.
На пресс-конференции 29 июля Уорш крайне скупо комментировал дальнейшие планы ФРС. Хотя процентная ставка осталась без изменений, рынки отреагировали нервозно: доходность десятилетних казначейских облигаций превысила 4,7%, приблизившись к максимуму за три года, а акции технологических компаний заметно просели.
Похоже, Уорш рассчитывает, что чем меньше ФРС будет заранее раскрывать свои намерения, тем больше рынки сами будут оценивать состояние экономики. Если серьезных потрясений не произойдет, такая стратегия может сработать. Но в случае кризиса отсутствие четких сигналов со стороны центробанка способно лишь усилить нестабильность. Сам Уорш признает, что в кризис прозрачная коммуникация становится необходимостью.
Между тем перед американской экономикой одновременно возникает сразу несколько угроз.
Первая — возможное дальнейшее падение акций компаний, связанных с искусственным интеллектом. Уже сейчас некоторые крупные инвестиции оказываются неудачными. Хедж-фонд Situational Awareness понес масштабные убытки и был вынужден срочно распродавать активы, которыми воспользовался фонд Citadel. Пока последствия ограничены, а индекс Nasdaq, несмотря на снижение примерно на 6% от июньского максимума, все еще остается выше уровня начала года.
Однако более глубокая коррекция технологического сектора может ударить по всей экономике. Интерес иностранных инвесторов к доллару сегодня во многом основан именно на привлекательности американских акций, тогда как государственные облигации выглядят менее надежными из-за высокого бюджетного дефицита и ускорения инфляции.
Еще один риск связан с Ормузским проливом. После срыва перемирия между США и Ираном поставки нефти через пролив практически остановились. Цена Brent выросла примерно с 70 до 88 долларов за баррель, а стоимость бензина в США превысила 4 доллара за галлон, усиливая инфляционное давление.
Дополнительную неопределенность создает и Дональд Трамп. После истечения временных полномочий на введение пошлин Белый дом объявил новые торговые ограничения, включая более высокие тарифы против Канады и Бразилии. Поскольку предыдущие пошлины еще не полностью отразились на ценах, новые меры могут вновь ускорить инфляцию.
В результате ФРС может оказаться перед сложным выбором. Если инфляция продолжит расти из-за нефти и тарифов, логичным решением станет повышение ставок. Однако такой шаг незадолго до промежуточных выборов может спровоцировать новый конфликт между Уоршем и Белым домом по вопросу независимости Федрезерва.
По мнению The Economist, именно поэтому Уорш пытается ужесточить финансовые условия не через прямое повышение ставки, а через ожидания рынка. Подчеркивая приверженность борьбе с инфляцией, он рассчитывает, что долгосрочная доходность облигаций вырастет сама.
Однако существует риск, что рост доходности станет отражением не доверия инвесторов, а опасений, что эта стратегия окажется ошибочной. Как отмечает журнал, ставка на то, что «ничего не произойдет», часто выигрывает. Но репутация центральных банкиров формируется именно тогда, когда кризис все же наступает.
