На международной конференции в Баку, посвящённой постколониальному анализу, выступила студентка Парижского университета Нантерр из Алжира Мелина Тенфиш. В своём выступлении она заявила, что структура значительной части государств, затронутых конфликтами, является результатом колониальной экспансии европейских стран.
«Кроме того, мы наблюдаем рост конфликтов, связанных с территориями, границами и логикой колониального доминирования. Будучи молодой, я постоянно слышу, что колониализм и всё, что с ним связано, — это прошлое. Но это заставляет меня сомневаться. Особенно когда международные институты, которые должны обеспечивать мир и справедливость между народами, не справляются с кровавыми конфликтами. При этом, когда речь идёт о странах так называемого глобального Юга, санкции применяются значительно легче. Этот двойной стандарт очевиден для молодёжи стран, переживших колониализм, а также для меньшинств в бывших колониальных метрополиях»,- отметила Тенфиш.
Она воспринимает колониализм, не просто как оккупацию территории и обычную смену государства. Она подчеркнула, что это нечто гораздо более глубокое и трагическое. Это присвоение земель, богатств и ресурсов — как человеческих, так и материальных. Это также лишение культуры, истории и достоинства народа. И это намного труднее восстановить, чем территорию. Это физическое насилие — пытки, изнасилования, голод и смерть. Но это также психологическое насилие — построение системы, в которой колонизатор считается выше колонизированного.
«Людям внушали, что они ниже по природе, что их нужно “цивилизовать” или “исправить”. Эта идеология оставляет следы не только на колонизированных, но и на их потомках. Сколько наших предков считали, что западный человек умнее, способнее и даже красивее? Колониализм влияет даже на наше восприятие тела и желаемого. Он создаёт контроль над телами и усиливает гендерные стереотипы, связывая их с расовыми конструкциями. Это особенно разрушительно для женщин, которые сталкивались с изнасилованиями как оружием войны, с эксплуатацией и с созданием сексуализированного “экзотического” образа их тела. Женщина из колонизированной страны становилась объектом желания и инструментом унижения. И этот образ не исчез после независимости — он продолжает существовать и сегодня»,- говорит Тенфиш.
Она подчеркивает, что колониальное наследие также разрушило межэтнические отношения. Произвольное проведение границ без понимания реальности народов создало долгосрочные конфликты между общинами. В случае Алжира, например, особенно пострадали отношения между различными группами населения в результате колониальной политики.
Колонизация Франции в Алжире сопровождалась массовым насилием: уничтожением деревень, пытками, убийствами. Все это привело к голоду, насильственным переселениям и глубокой дезорганизации общества. И всё это продолжает влиять на отношения между странами сегодня. При этом Франция, где живёт крупнейшая алжирская диаспора, не принесла официальных извинений за колониализм.
«В том, что касается французской колонизации в Алжире, она является проявлением чрезвычайно жестокой практики, среди которых массовые убийства, разрушения деревень и пытки. Эти варварские действия вели к глубокой дезорганизации алжирского общества, сопряженной с голодом, перемещением сил и ежегодными казнями. Это, безусловно, влияет на отношения между двумя странами и сегодня, тем более что самая крупная алжирская диаспора проживает во Франции, а колониальный вопрос французскими политиками всегда замалчивался. Никаких официальных извинений принесено не было», — отметила представительница Алжира.
