Казахстан диверсифицирует свой нефтяной экспорт. Как уже сообщал Minval Politika со ссылкой на агентство Reuters, которое, в свою очередь, ссылается на собственные источники, в декабре Казахстан увеличит поставки нефти по трубопроводу Баку–Тбилиси–Джейхан после сокращения пропускной способности Каспийского трубопровода (CPC) из-за удара украинского дрона. Как бы экспорт через CPC возобновлён, но с меньшей мощностью. И теперь Казахстан планирует направить около 188 000 тонн нефти в декабре — на 30% больше, чем в ноябре — в азербайджанский экспортный трубопровод Баку–Тбилиси–Джейхан. Основные объёмы поступят от Tengizchevroil и с месторождения Кашаган.
Впрочем, дело не только в нашумевшем ударе украинского дрона. Как уточняет Reuters, из-за ударов по российским объектам трубопроводы перегружены, что ограничивает дополнительные поставки.
Напомним: удар по CPC был нанесён 29 ноября. Казахстан осудил атаку на уровне заявления МИДа. В свою очередь, внешнеполитическое ведомство Украины заверило: «Подчёркиваем, что никакие действия украинской стороны не направлены против Республики Казахстан или других третьих сторон — все усилия Украины возложены на отражение полномасштабной российской агрессии», — и напомнило: «В очередной раз подчёркиваем, что единственным фактором дестабилизации и причиной вызовов безопасности в Черноморском регионе и за его пределами остаётся российская агрессия». Эксперты, в свою очередь, напоминают: через Новороссийск и его нефтяные терминалы идёт на экспорт не только казахстанская, но и российская нефть. Тем более нет сомнений в другом: Чёрное море — это район боевых действий.
Наконец, нужно напомнить и «нефтеэкспортную» географию. Азербайджан с самого начала создал независимую систему трубопроводов. Да, существует экспортная «труба» в Новороссийск, которая сегодня не действует. Ещё один трубопровод ведёт в грузинский порт Супса. Но основная экспортная «труба» — это Баку–Тбилиси–Джейхан. У Казахстана ситуация принципиально иная. Основная часть его экспорта идёт по трубопроводу CPC, который обходит Каспийское море с севера и ведёт в Новороссийск. Контролируется «труба» Россией.
До последнего времени в Астане об этом не очень задумывались. Отношения с Москвой были достаточно тёплые, Казахстан вступил в ОДКБ и ЕАЭС. Но с началом украинской войны ситуация начала меняться. Против России стали вводить санкции, в том числе в такой чувствительной сфере, как импорт её нефти и газа. В Астане заговорили о возможности «заместить» Россию на мировом нефтяном рынке. И тут же, как по заказу, возникли проблемы на нефтяных терминалах Новороссийска.
Как уже рассказывал Minval Politika, в марте 2022 года, когда ещё никто не слышал о беспилотных морских дронах Украины, в Москве объявили, что сильнейший шторм на Чёрном море повредил терминалы, да так, что отгрузку казахстанской нефти пришлось серьёзно ограничить. Более того, в Москве заявили, что для ремонта и восстановления терминалов нужны запчасти и комплектующие иностранного производства, а их будет непросто доставить на фоне санкций. И вот теперь, после украинского удара, Россия отдаёт приоритет прокачке через Новороссийск своей нефти — той её части, которую ещё удаётся продать, — и опять за счёт экспортно-логистических обязательств перед Казахстаном. И в результате в Астане делают ровно то, что и должны делать в такой ситуации, — ищут альтернативные пути для экспорта. А это прежде всего Азербайджан: сначала танкерами из Актау в Баку, а затем по трубопроводу в Джейхан.
А тогда уже становится понятно, во-первых, какое мудрое решение приняли в Азербайджане, создав собственную независимую систему экспорта нефти и газа. А во-вторых, насколько сильно меняет геополитику эта самая азербайджанская экспортная система далеко за пределами Азербайджана. Как известно, «воздух дырочку найдёт». Нефть и газ — тоже. А вот кто в результате понесёт ущерб — вопрос очень интересный. Судя по всему, атака украинского дрона куда сильнее ударила по отношениям Астаны с Москвой, чем с Киевом.
