Дунья Миятович, комиссар по правам человека Совета Европы, в очередной раз попала в новости. Сия НЕуважаемая мадам потребовала от лиц, ответственных за порядок и безопасность, немедленно открыть Лачинский коридор для предотвращения ухудшения гуманитарной ситуации, а еще обеспечить доступ в «Нагорный Карабах» доступ международных гуманитарных групп. А еще разработать эффективные и гибкие способы доступа, в том числе для офиса самой госпожи Миятович.
Комиссару уже ответил МИД Азербайджана. Позицию Дуньи Миятович справедливо сочли предвзятой, напомнили, что протестуют участники пикета как раз против злоупотребления использования этой дороги, которая предназначалась исключительно для гуманитарных нужд.
Но за рамками этой «служебной переписки» — весьма важные обстоятельства. В самом деле, непонятно, о каком таком «ухудшении гуманитарной ситуации» так беспокоится госпожа Миятович — для гуманитарных грузов, автомобилей «Скорой помощи» и т.д. Лачинская дорога никогда не закрывалась. Нет никаких видео- и фотосъёмок, что вот, стоят автомашины с «гуманитарным» грузом, но их не пропускают такие-сякие пикетчики. Зато предостаточно документальных свидетельств, как через пикет проезжают и автомобили обеспечения миротворцев, и машины «Скорой помощи». Так о каком «ухудшении гуманитарной ситуации» толкует госпожа Миятович? То, что не получается ввозить в Ханкенди мины, протаскивать туда же иранских террористов, а вывозить в Армению наворованную руду — это не ухудшение гуманитарной ситуации.
Но о транзите террористов в Карабах госпожа Миятович не обмолвилась ни словом, ни полусловом. О минном терроре Армении даже не заикнулась. Грабеж природных ресурсов Азербайджана и экотеррор со стороны Армении в ее эмоциональном заявлении отражения не нашли. Тем более госпожа Миятович не упомянула то, что уже два года Армения отказывается работать над открытием Зангезурского коридора, что, без сомнения, нарушает права жителей Нахчывана и ухудшает в этом регионе гуманитарную ситуацию. Но нарушенные права нахчыванцев госпожу Миятович не заинтересовали. И это тот случай, когда то, чего НЕ ОКАЗАЛОСЬ в заявлении госпожи Миятович, куда информативнее, чем то, что в нем упомянуто.
А такая предвзятость требует объяснения. Да, можно сказать, что реагирует госпожа Миятович на разговоры о «гуманитарной катастрофе» по схеме: надо выразить обеспокоенность, потребовать открыть дорогу и т.д. Но, во-первых, она уже однажды, пардон, «лопухнулась» с таким стереотипным реагированием. В мае 2014 года, в разгар боевых действий на Донбассе, украинские власти задержали журналистов габреляновского Life News. Госпожа Миятович, занимавшая в те годы пост представителя ОБСЕ по свободе прессы, разразилась эмоциональным заявлением: «Я обращаюсь ко всем сторонам с требованием прекратить запугивание журналистов и угрозы в их адрес вместо того, чтобы дать им выполнять свою работу». А потом в багажнике автомобиля Life News обнаружился…ПЗРК. То есть «идеальное оружие террористов», если кто забыл.
С того времени прошло уже 8 лет, госпожа Миятович перешла из ОБСЕ в Совет Европы, но способностей анализировать ситуацию перед тем, как что-то говорить, у нее не прибавилось. Более того, выдавать от своего имени штампованные фразы, не заботясь об их соответствии реалиям, могла бы, к промеру, советская партийная активистка, которая на организованном на предприятии митинге клеймила «американскую военщину» и не очень задумывалась, что появилось раньше — советские ракеты «Пионер» в Восточной Европе или американские «Першинги» — в Западной: что ей парторг подсказал, то она с трибуны и тараторила. Именно эти организованные выступления в стиле «я вам скажу как мать и как женщина» потом, напомним, иронично назвали «дунькиной дипломатией».
Но комиссар Совета Европы позволять себе такую «дунькину дипломатию» уже не может. И сослаться на то, что ей-де запудрили мозги армянские лоббисты, тоже не получится. Сегодня, когда и Азербайджан, и Армения — независимые государства и члены Совета Европы, у комиссара этого самого Совета Европы по правам человека есть все возможности ознакомиться с ситуацией. И если она при этом откровенно лжёт о «гуманитарной катастрофе» и умалчивает, что тоже является одной из форм лжи, об армянском экологическом терроре, грабеже ресурсов, об иранских инструкторах и о минах — мера ответственности за такую «дунькину дипломатию» уже другая.
Нурани, обозреватель
