Пронзительная фотосессия врачей Таможенного госпиталя, работающих с ковидными больными, по много часов не снимая спецодежды, без отдыха и свежего воздуха, без сна, в постоянном нервном напряжении, вызвала широкий ажиотаж в социальных сетях. Ею делились, люди искренне благодарили врачей за отвагу и доблесть.

Несколько раз в СМИ были опубликованы репортажи из центров, в которых содержатся больные коронавирусом. Но очень многие вопросы по-прежнему остаются недосказанным и пребывают в так называемом закулисье, за которое сегодня заглянул сотрудник издания Minval.az, чтобы узнать ответы на свои вопросы.

Сегодня собеседник «Минвала» – профессор, доцент кафедры хирургических болезней учебно-хирургической клиники Азербайджанского медицинского университета Адалят Рустам.

— Я работал в ковидной зоне в мае, в одной из больниц медицинского университета. Больше всего больных находится сегодня в Клиническом медицинском центре №1  (бывшая больница имени Семашко — ред.), оснащенной более чем 1000 койками, и все они отданы под ковидных больных. Больница переполнена заболевшими. И не только «Семашко», но и другие больницы: терапевтическая и хирургическая клиники медицинского университета, Бакинский центр здоровья , новая больница «Ени Клиника», больница Нефтяников, научно-исследовательский институт легочных заболеваний. Все перечисленные мною клиники принимают только коронавирусных больных.

— Очень часто говорят о том, что якобы скорая помощь реагирует только на звонки ковидных больных, а людям, скажем, с подозрением на инфаркт или с другими не менее серьезными заболеваниями, машину для осмотра и госпитализации не высылают. Насколько эти разговоры правдивы?

— Это неправда. Стационарное лечение передано Минздраву, ранее всеми этими вопросами занимался TƏBİB. Скорая помощь принимает всех. Просто существуют ковидные бригады «скорой», которые принимают вызовы именно людей с подозрением на коронавирус. Остальные бригады работают в прежнем режиме.

— Среди врачей, борющихся с эпидемией коронавируса в стране, есть заболевшие ковидом, есть, к сожалению, и умершие от этого заболевания. Как получается, что люди, одевающие спецкостюмы, заболевают?

— Да, есть и заболевшие, и погибшие от коронавируса врачи и медицинские работники. Заражение как правило происходит вне больницы, во время вне стационарного контакта. Как правило, это поликлинические врачи и медсестры, семейные врачи, так как все эти медработники не обеспечены спецкостюмами. А если заражение происходит в больнице, то только в случае нарушения техники безопасности.

Читайте также: Профессор Адиль Гейбулла — Minval.az: «Переболеть ковидом – не вариант, так как есть определенный риск. А вакцина – это иллюзия»

— Расскажите о рабочем дне врача, работающего в зоне заражения. В больницу поступают люди с диагнозом коронавирус. Как их размещают, в какой последовательности? Как проходит рабочий день врача, какие специалисты принимают участие в их лечении?

— Во время моей работы с ковидными больными в каждой палате клиники лежало по 2 больных. Если состояние одного больного тяжелое, то к нему второго пациента в палату не помещали. Больных разделяли по степени тяжести заболевания: тяжелые лежали в реанимации, выздоравливающие – в других корпусах,  вновь поступивших размещали отдельно. Больные средней тяжести находились в обычных палатах. В данный момент бессимптомных больных и больных с легкой степенью ковида в больницы не принимают, «скорая» к ним не приезжает. А во время моей деятельности в ковидном корпусе даже асимптомных больных принимали в больницы.

Адалят Рустам (в центре) вместе с коллегами

— Сегодня ситуация поменялась к худшему. Согласно ежедневным данным Оперштаба при Кабмине, количество заболевших ежедневно растет, равно как и летальные случаи среди заболевших. Почему такое происходит? Государство принимает все необходимые меры, в стране во второй раз объявлен карантинный режим, были и локдауны по выходным. Но это ни к чему не привело. Может быть, нас накрыла вторая волна заболевания, которую мы все ждали?

— Все это происходит потому что Оперативный штаб уже не контролирует ситуацию. Представители этой структуры буквально умоляют граждан страны соблюдать дистанцию, носить маски, не выходить без особой надобности из дома. Согласно последним прогнозам, количество больных ковидом в течение 15-20 дней поднимется до 1000 человек. Я же считаю, что заболевших будет гораздо больше: где то около 3 тысяч. Потому что асимптомых больных и легкобольных статистика не учитывает. В статистику входят те, кто обратился в «Скорую» и в стационары, кто прошел тесты. Только эти результаты публикуются. Асимптомные больные и больные в легкой форме проходят лечение дома, под контролем Минздрава. А если учитывать количество всех заболевших, то как я уже говорил, их будет как минимум 3 000 человек в день. В деле спасения больных принимает участие весь медицинский состав клиник без исключения. Нас не разделяют по квалификации: и вирусологи, и инфекционисты, и эндокринологи, и кардиологи, и хирурги, травматологи, урологи, ЛОРы – мы все сообща боремся с эпидемией. По 8 часов в день не снимая спецкостюмов. А в больнице Нефтяников смена длится 12 часов. 12 часов врачи и медработники не снимают спецодежду. Норма ношения такого костюма – до 4-х часов. Даже ликвидаторы в зоне Чернобыльской АЭС через каждые 4 часа снимали форму, мы же работаем в авральном режиме, не снимая спецодежду по многу часов. Отсюда и синяки на лице, и красные глаза, и серые, измятые лица. Это война, понимаете? Война с невидимым врагом, который косит наших граждан. Мы – солдаты и офицеры, воюющие в условиях особого риска.

— Скажите, а задействовано ли волонтерское движение в клиниках, где лечат больных коронавирусом? И если да, то насколько оно эффективно?

— Должно быть, но его нет. В качестве волонтеров у нас выступают врачи, вышедшие на пенсию.  Это врачи поликлиник и стационаров, они самоотверженно встают на борьбу с эпидемией, хотя именно пожилые врачи находятся в особой зоне риска – с учетом возраста. А что касается волонтеров, то лично я бы всех нарушителей карантинного режима, объявленного в стане в связи с пандемией коронавируса не штрафовал бы, а принудительно отправлял бы на штрафные работы в зоны заражения, надевал бы на них спецкостюмы и заставил бы работать наравне с медперсоналом. И чтобы они не снимали костюм в течение 8 и более часов, чтобы они не могли лишний раз отпить глоток воды и проглотить кусок хлеба, чтобы и они недосыпали, чтобы их родные сходили с ума от беспокойства, как сходят всякий раз наши. Когда на их глазах будут бредить и задыхаться, когда будут умирать… Думаю, что после того, как эти нарушители, отработав в «эпидемиологическом штрафбате», резко поменяют свое мнение и расскажут всем своим друзьям и родным, как на самом деле это страшно – заболеть коронавирусом! Кроме того, злостных нарушителей следует обязать в случае заражения лечиться за счет собственных средств, а не за счет госбюджета. Ведь государство 4 месяца предупреждает, врачи, специалисты ежедневно публикуют воззвания: соблюдайте карантин, оставайтесь дома, носите маски, не выходите без нужды… Но нет! Словно об стену горох….

— Скажите, во сколько государству обходится лечение одного коронавирусного больного?

— Один пациент с среднетяжелой формой заболевания ежедневно обходится казне в 120-150 манатов. А лежать в стационаре такой больной может от 10 дней до месяца. А тяжелый больной обходится казне от 1000 до 3000 манатов в день. У нас в Азербайджане всего один пациент лежит под аппаратом ЭКПМО – Бахрам Багирзаде. И лечение его обходится государству в 3000 манатов в день (в Турции нахождение под таким аппаратом оценивается в 2,5 тыс. долларов, в Англии – около 8 тысяч фунтов стерлингов). Мой друг и коллега Таир Бабабейли, гражданин Турции, 22 дня лежал в Стамбуле под ЭКМО, и умер. Бахрам Багирзаде более 10-ти дней находится под этим аппаратом. Как Вам известно, уважаемая Мехрибан ханум взяла на себя его лечение.

— Мы все ждем хороших новостей.

— Увы. Обрадовать я ничем не могу. По данным представителей Оперштаба, его состояние критическое, но стабильное. Но если состояние критическое, оно стабильным никак быть не может, это просто ничего не значащие слова, и не более. У Бахрама Багирзаде легкие повреждены на 100% — полностью. И это состояние – необратимое. Его легкие не восстановятся, а начнут повреждать другие органы. Кроме того, у Бахрама Багирзаде масса сопутствующих заболеваний: диабет, гипертония, тяжелая форма ожирения.

Яна Мадатова

Minval.az