Не так давно в российских СМИ публиковалась серия статей по делам самых кровавых и страшных преступников (маньяков, серийных убийц и насильников), закончивших свою свирепую жизнь «вышкой». Журналист работал с архивами, опрашивал бывших сотрудников органов госбезопасности и собрал большой материал, последовательная публикация которого вызвала огромный общественный резонанс.
Автор также упоминал о громком факте каннибализма, произошедшем 3 октября 2018 года в Ленинградской области, когда человек с соответствующей фамилией – Зверев и его малолетняя сожительница убили и съели хозяина дома, пустившего их на постой.
Учитывая факт, что подобные случаи могут происходить в любой точке мира, сотрудники «Минвала» решили узнать, был ли зафиксирован когда-нибудь аналогичный ужас в Азербайджане.
На вопросы издания ответил правозащитник Эльдар Зейналов, подтвердивший, что случаи каннибализма в нашей стране случались.
— На примере Чикатило мы знаем, что иногда маньяки отрезают или откусывают различные части тела своих жертв. Не исключено, что они их потом ритуально поедают, хотя и не признаются в этом.
Маньяк-гомосексуал из Азербайджана
Расул так и не смог ответить, зачем отрезал мальчику половой орган…
Я припоминаю историю про смертника по имени Расул. В начале 1990-х он был осужден за убийство. На первых порах, будучи неоднократно судим и, пройдя через знаменитую российскую колонию «Белый лебедь», он выдавал себя в корпусе смертников за «авторитета» и даже был принят в «общаковую хату». Однако потом насчет него появились вопросы. Тайно наведя справки, сокамерники узнали, что он изнасиловал и убил ребенка (единственного сына у родителей), причем для чего-то отрезал ребенку половой орган. За такое в тюрьмах «опускают», что сделали и с Расулом, причем на многократно повторявшийся вопрос о том, зачем он отрезал мальчику половой орган, он так и не смог ответить. Уже много позже, после смерти Расула, уголовники прочли в какой-то российской газете, что Расул был в России на учете как маньяк-гомосексуал, насильник малолетних. Убил ли он ребенка ради удовлетворения своей похоти или еще и «полакомился» его телом, так и осталось на темной совести уголовника.
— Существует ли в УК АР отдельная статья, посредством которой наказывают каннибалов?
— Специальной статьи о наказании за каннибализм, именно за поедание человеческого мяса, в нашем уголовном законодательстве нет. Иначе бы те, кто по незнанию пообедал человечиной, автоматически стали бы преступниками. Но ясно, что съесть человеческую плоть нельзя без убийства или нанесения жертве телесного повреждения. А за это уголовное наказание, естественно, предусмотрено. Если человек съест человеческую мертвечину, то тем самым нарушит статью 245 УК (надругательство над трупом или могилой). В случае голода, в принципе, поедание плоти уже умершего человека может быть расценено судом как смягчающее обстоятельство. Но если, например, собравшиеся в побег из таежного лагеря заключенные прихватят с собой упитанного товарища в качестве «живого консерва», то это будет отягчающим вину обстоятельством. Так поступали и в блокадном Ленинграде, где в 1941-1942 гг., за каннибализм были арестованы более 2000 человек. Тех, кто убивал живого человека с целью его поедания, расстреливали — таких было 586. Простым трупоедам давали определенный срок.
«Солдатский базар» и пирожки с ногтями в Баку
Кто-то находил в пирожках то ноготь, то еще что-то человеческое…
— Мой отец переехал в Баку в 1947-м. В тот период через Баку проходил большой поток людей: кто-то возвращался из армии, кто-то покидал голодные северные районы СССР, переселялся в «хлебные» южные города, было много демобилизованных солдат. Всех их по приезду в Баку встречал «Солдатский базар» около вокзала. Там можно было продать что-то из своих вещей, купить полезную мелочь, а также найти и квартирных хозяев, сдававших жилье. Вот эти люди, якобы сдававшие жилье, по слухам, и были причастны к исчезновениям людей (впрочем, в хаосе того времени, пропажа человека часто оставалась незамеченной). Узнав, что человек не имеет родственников, которые будут его искать, человека убивали и пускали его мясо в продажу, на пирожки. А чемодан, одежду, вещи, продавали на рынке. Якобы кто-то находил в пирожках то ноготь, то еще что-то человеческое. Но пирожки все равно ели, а история с пущенными на пирожки демобилизованными солдатами так и осталась легендой. Впрочем, не исключено, что где-то в архивах угрозыска на этот счет есть подтверждающие документы. Ведь и каннибализм времен Голодомора или Лениградской блокады долгое время тоже считали антисоветской выдумкой, пока уже в постсоветское время не вскрыли архивы.
Бакинские людоеды не ждали «мяса по талонам»
Матерых убийц все же пронимало, когда он своим низким голосом спокойно рассказывал о том, что сливал из убитых и пил свежую человеческую кровь…
Но вернемся к реальным фактам. В 80-е годы прошлого века в Баку проживала семья Щетиновых. Молодые муж и жена были гостеприимными, часто принимали на даче гостей, которые вспоминали потом вкусные мясные блюда, которыми их потчевали радушные хозяева. В 80-е годы мясо продавали по талонам, если помните, а потому в дом, где всегда угощали мясными блюдами гости ходили охотно. Тем неожиданней для знакомых был арест этой пары. Оказывается, они Щетиновы убивали людей, использовали их мясо, а остальные части хоронили там же, на даче. Андрею Щетинову дали расстрел, его жене — 15 лет лишения свободы. Андрей Щетинов, по воспоминаниям сокамерников по камере №132 корпуса смертников Баиловской тюрьмы, был очень спокойный, тихим заключенным. Ничего в его внешности и поведении не соответствовало совершенному им преступлению. Однако матерых убийц все же пронимало, когда он своим низким голосом спокойно рассказывал о том, что сливал из убитых и пил свежую человеческую кровь. В корпусе смертников старшина, который почему-то не мог произнести фамилию людоеда, прозвал его «Штирлицем», остальные же называли его просто «Адамйеян» («Людоед»). В 1992 году он был одним из 7 человек, которому отказали в помиловании. Очередь до него дошла 14 февраля 1993 года. Смерть Людоед встретил спокойно, без истерик. Когда старшина открыл «кормушку» (окно для подачи пищи в двери камеры) и бросил: «Штирлиц, руки!», Андрей поправил на голове шапку, попрощался с сокамерниками и повернулся спиной к «кормушке». В коридоре он поздоровался с заключенными, попросил у старшины сигарету. Один из исполнителей торопил старшину, но тот дал заключенному докурить. Андрей, поблагодарив его, попрощался с корпусом и пошел в сторону подвала. Перед дверью расстрельного подвала, по традиции, пожелал остальным свободы, и спокойно вошел в подвал. Вскоре раздались несколько выстрелов.
Годы спустя, я пытался найти жену Андрея, чтобы поговорить об их деле. В Азербайджане всего одна женская колония, и она бы ее не миновала. К сожалению, женщина к тому моменту уже освободилась, да и персонал в колонии поменялся. Кто-то вспомнил рассказы, что у них в «четверке» (колония №4) «действительно сидела людоедка, но отбыла срок и вышла».
Как еврей-«нунций» и его бакинская сожительница расчленили и съели подростка
Вдвоем с сожителем они его убили, расчленили и съели, а остатки тела выкинули с мусором…
— Существует еще и единичный случай факта поедания человека в Азербайджане: в начале 2000-х годов женщина с 15-летним сыном познакомилась с прожженным авантюристом из Латвии – евреем по национальности. За кого он только себя не выдавал: за юриста по образованию, за католического священника, якобы был чуть ли не папским нунцием в Испании, имел испанский паспорт на другое имя. При этом еврей-священник в Баку активно занялся бизнесом и кого-то «кинул». После ареста выяснилось, что «католический священник» еще и сожительствует с женщиной, хотя священникам в католичестве предписан целибат (безбрачие). В ходе следствия, к которому привлекли и эту женщину, выяснилось, что бесследно пропал ее сын. В дальнейшем женщина сделала страшное признание, что вдвоем с сожителем они его убили, расчленили и съели, а остатки тела выкинули с мусором. Об этом деле писали в бакинской прессе, но причина содеянного так и осталось неясной. В заключении оба фигуранта этого дела стали от всего отказываться и писать жалобы, правда, весьма неубедительные. Например, женщина прислала мне фото сына на каком-то европейском фоне, на обороте которого было от руки написано от имени мальчика, что он жив-здоров, работает в такой-то немецкой фирме, у него такой-то телефон. Однако я сравнил почерки на фото и письме, и оказалось, что он одинаков. Телефонный код не соответствовал городу и был короче на пару цифр. Все же нашел указанную фирму, связался с ее руководством, показал им фото, и те категорически отрицали, что знают его и тем более брали его на работу. В общем, выяснилось, что она бессовестно врала. В заключении она вела себя примерно, и ее освободили досрочно. Обратился ко мне и «священник» (по-моему, ему дали пожизненное заключение или большой срок). Причем заявил, что он «политзаключенный», стал жертвой глобальной провокации против католической церкви и хочет обратиться в Европейский Суд по Правам Человека, но при этом не смог заполнить высланную ему анкету на латышском языке (хотя и утверждал, что является юристом с европейским образованием). Он был убежден, что жалобу посланника Папы Римского в ЕСПЧ примут в порядке исключения и после пропущенного им 6-месячного срока. Я предложил ему написать письмо Папе Римскому, но тот отказался. Понятно, что в этом случае оба сожителя врали, что-то скрывая. Не исключено, что пропавший мальчик чем-то мешал любовникам, и они от него избавились. Но съели ли они его или расчленили и выбросили, без знакомства с делом сказать трудно. А дела такого рода остаются закрытыми.
Яна Мадатова
