Политическая активность вокруг Ирана бьет ключом. В том числе в Армении, где обсуждают новую супер-идею — строительство газопровода из Ирана через Армению в Грузию. Озвучил ее накануне «новрузовских» каникул не кто иной, как премьер-министр Армении Никол Пашинян. На своей очередной пресс-конференции он заявил: «Армения заинтересована в транзите иранского газа через свою территорию». Поавда, вынужден был признать, что «речь о строительстве нового газопровода пока не идет». Однако тут же добавил: «Недавние переговоры по газу в Иране вызвали интерес в регионе».
Интерес Армении понятен. О собственном куске транзитного пирога здесь мечтают дав и перманентно. Напомним: недавно, в ходе своего очередного визита в Россию, Никол Воваевич Пашинян мечтательным тоном изрек: он-де очень хотел бы, чтобы через его родную Армению проходили экспортные газопроводы. Чем вызвал прямо-таки шквал язвительных насмешек: Армения, которая в силу географии контролирует самый удобный и логичный путь от Каспия к Средиземному морю, свой шанс на участие в каспийских проектах в роли страны-транзитера безнадежно и бездарно упустила, не успев вовремя помириться с Азербайджаном. И теперь суетливо пытается изобрести замену, прежде всего с помощью Ирана. Где есть и нефть, и газ, и еще налаженные и близкие отношения с Арменией.
Игра, с точки зрения Еревана, стоит свеч. Дело не только и не столько в том, что перед Арменией наконец откроется перспектива получить свой вожделенный кусок «транзитного пирога» —в Ереване пытаются сделать этакий «ход конем» на грузинском поле.
А здесь Еревану есть о чем тревожиться. Сначала — визит новоизбранного президента Грузии Саломе Зурабишвили в Баку и ее четкое и принципиальное заявление в поддержку территориальной целостности Азербайджана, что вызвало в Армении едва ли не шок. Затем — визит госпожи Зурабишвили в Ереван и серия звонких и обидных «пощечин» принимающей стороне, в том числе резкие заявления на встрече со спикером парламента Армении Араратом Мирзояном о визитах представителей оккупационного режима, созданного Арменией в Ханкенди, на захваченные Россией грузинские земли. Дошло до того, что даже российские аналитики констатировали: Грузия, которая ранее выдерживала баланс между Арменией и Азербайджаном, теперь куда решительнее встает на сторону Баку. Теперь новый «укол»: в дни Новруз байрамы госпожа Зурабишвили отправилась в регионы Грузии, населенные азербайджанцами. И теперь, похоже, в Армении пытаются «перехватить инициативу» и строят радужные планы: вот теперь через территорию и при посредничестве Армении на рынок Грузии придет иранский газ, Тбилиси снизит свою энергетическую зависимость от Баку, влияние Армении возрастет — лепота!
Но самое главное, по расчетам Еревана, этому трубопроводному проекту предназначена стратегическая роль на иранском треке: с его помощью здесь пытаются наконец подвести под политическую дружбу двух стран надежный экономический базис.
Однако в реализацию армянских газовых мечтаний эксперты верят не очень. Рынок Грузии, который к тому же занят азербайджанским газом, такой проект не окупит. Европейский экспорт Ирану на фоне нынешних санкций не светит. А когда «засветит», в силу вступит трубопроводная география: зачем Ирану труба через Армению в Грузию, когда он может выйти на трассу «Южного газового коридора» в Азербайджане или же в Турции? В Тегеране, быть может, и рады подбросить денежку своим оголодавшим ереванским партнерам, но проект ЮГК — азербайджанский, а рисковать своим транзитом не хочется. К тому же договариваться об этих проектах надо не только и не столько с Ереваном, сколько с Москвой. Сама Армения, напомним, получает газ из России по трубопроводу, проходящему через территорию Грузии и даже не контролирует собственных газовых сетей —они на 100% принадлежат «Газпрому». Да, в середине «нулевых», когда Россия взяла их под свой контроль, хватало разговоров, что сделала это Москва прежде всего с иранским «прицелом». Но такие игры имели бы смысл в случае реализации проекта «Южного потока»: в Москве, напомним, собирались покупать азербайджанский газ у устья скважины, прокачивать его по своим трубопроводам и продавать в Европе от своего имени. Те же планы существовали в отношении Ирана. Но теперь, когда Азербайджан успешно реализует свой независимый газовый экспорт, прежние планы приходится пересматривать.
И если газовые прожекты имеют немного шансов на реализацию, то политическое сближение налицо.
И вряд ли случайно, что как раз на пике этих разговоров доселе мало кому известный портал с провокационным названием «Россия-Арцах» изобрел и опубликовал, а «Голос Армении» старательно повторил новую официальную версию очередного военного преступления армянских оккупантов в Карабахе. Напомним: 25 лет назад, 17 марта 1994 года, за 20 лет до сбитого над Донбассом малайзийского «Боинга», армянские оккупанты сбили в небе над Карабахом иранский С-130. На его борту из Москвы в Тегеран летели иранские дипломаты с семьями — на праздник Новруз. Погибли все, находившиеся на борту, включая 7 женщин и 9 детей. То, что самолет был сбит армянскими силами, стало известно практически сразу же. По горячим следам в Иране признали, что самолет стал жертвой огня «армянской зенитной установки, дислоцированной в Карабахе». Затем появилась новая версия: С-130 взорвался в воздухе «по неустановленной причине». Ссориться с Арменией в Иране не стали. А теперь уже в Ереване вбрасывают новую версию: дескать, во всем виноваты такие-сякие азербайджанские авиадиспетчеры — мол, из-за них иранский гражданский «борт» залетел не туда, куда следовало…Точно так же, с той же ущербной «логикой», Россия, напомним, пытается переложить вину за сбитый малайзийский «Боинг» на Украину: почему самолет находился в небе над Донбассом, почему украинские диспетчеры его не «увели» и т.д. Теперь те же упреки доселе мало кому известный ресурс адресует Азербайджану. И на это можно было бы не обратить внимание, если бы все не происходило как раз на фоне новых объятий и поцелуев иранского и армянского руководства. Это и визит Пашиняна в Иран в годовщину Ходжалинской трагедии, и плакат «Карабах — это Армения, и точка!», на фоне которого Никол Воваевич делал селфи на встрече с армянской диаспорой. Тегеран и Ереван явно идут на сближение. Но так как воспоминания об уничтоженном гражданском самолете все же мешают объятиям, в информационное пространство вброшена версия по «переводу стрелок» на Азербайджан.
Но уже и в Армении озвучивают вопрос: а не слишком ли это рискованно — бросаться в иранские «газовые объятия» на фоне нынешнего обострения отношений Тегерана и Вашингтона? А что, если США весьма жестко отреагируют на эту дружбу? Да еще теперь, когда США ведут весьма жесткую «энергетическую войну» с Россией и Ираном, прежде всего на европейском рынке?
Самое удивительное, что еще 10 марта исполнительный директор Армянского национального комитета Америки (АНКА) Арам Гампарян на своей странице в одной из соцсетей разразился пространным комментарием на тему… «избирательного применения санкций (США — Minval.az) против Армении» и возмущался: «Небольшой филиал компании (иранской авиакомпании Mahan Air —Minval.az) в Ереване (Flight Travel) подпал под санкции администрации Трампа в числе всего трех из десятков представительств Mahan Air во всем мире, на которых были наложены санкции (два других расположены в Малайзии и Таиланде). Более крупное представительство в Турции избежало санкций, несмотря на намного большие масштабы, объемы и финансовые обороты (пять аэропортов), чем Flight Travel в Ереване». И вообще, по версии главы ANCA, экономические связи Армении с Ираном не идут ни в какое сравнение с тем, что наблюдается у Ирана с Азербайджаном и Турцией. И теперь он возмущается: почему под санкции попала именно Армения?
Не сказать, чтобы закрытие филиала иранской сомнительной авиакомпании так уж ударило даже по армянской экономике. Важен политический смысл. Если у Азербайджана и Турции с Ираном взаимодействие сугубо коммерческое, то Армения помогает ИРИ обходить санкции и решать деликатные проблемы. И если в США этим заинтересовались, то вслед за закрытием филиала Mahan Air могут последовать и куда более серьезные рестриктивные меры. Особенно на фоне скромных результатов «иранских» переговоров Болтона в Ереване. Вряд ли в Ереване не осознают риска. Просто решения, как и в случае с газом, принимаются не в столице Армении, а в Кремле. Где сначала считают риски для себя, а уже потом для «форпоста».
Нурани, политический обозреватель
