История одного из сильнейших государств средневековья – Византийской империи – это постоянная череда войн, смут и переворотов, на фоне которых ослепительно сверкают литература, философия, живопись и архитектура. Византия неоднократно пыталась ассимилировать многочисленные подвластные ей этносы в единый, объединенный идеей православия и наследия Рима, народ. Независимо от своей этнической принадлежности император Византии – прежде всего, центральное звено светской власти, не имеющее национальности. Поэтому любые попытки противостоять этой власти воспринималось как атака на основополагающие элементы государственности и безжалостно каралось. Армяне, игравшие довольно значительную роль в истории этой сверхдержавы, не являлись исключением.
Изображение императрицы Ирины (слоновая кость, VIII век, Барджелло)
В сентябре 783 года царица Ирина пыталась заставить склонить легионы к принятию присяги. Ей мечталось быть единовластной самодержицей, в обход интересов сего сына Константина VI. Но военные ей ответили однозначно: «мы не будем ставить имени Ирины впереди Константина, но Константина, как и прежде, поставим впереди Ирины». Ее полководцы Алексей и начальник флота Муселема прибыли к недовольным легионам, но сами были схвачены. Тогда все остальные военные части арестовали своих командиров и провозгласили единственным царем Константина.
Константин VI (справа) со своим отцом Львом IV
Ирина, опасаясь расправы, согласилась. Константин немедленно арестовал ближайших соратников матери, а подстрекателей к бунту, естественно, приблизил к себе. Но уже 15 сентября следующего года Ирина смогла уговорить сына восстановить существовавший до этого статус-кво. «Царь по совету и увещанию матери и других сановников провозгласил ее царицею и разделил с нею почести», — сообщает источник, Феофан Исповедник.
Но вот незадача – Армянский легион, набранный из армян, желавших служить в византийской армии, отказался повиноваться. Командиры легиона решили призвать на царствие полководца Ирины – Алексея, ранее арестованного по подозрению в подготовке госпереворота.
Скорее всего, заговор реально имел место при дворе. По-видимому, пока шло следствие над Алексеем, Константин решил попытать счастья в военном походе против болгар. В конце июля произошло сражение между болгарским ханом Кардамом и Константином, похожее больше на побоище. Источник осторожно намекает на то, что никто не стал обуздывать юношеский пыл Константина. «Царь по юношеской пылкости и обманутый лжегадателями, что победа ему принадлежит, неосторожно и не устроившись вступил в сражение и претерпел сильное поражение». Зря Константин окружил себя прихлебателями из числа вчерашних предателей.
Расчет оказался верным. Юный (на тот момент ему было всего 20 лет) император потерял почти всех преданных ему людей «в том числе Михаила магистра Лаханодракона, Варду патриция, Стефана первого оруженосца, Хамея, Никиту и Феогноста, которые были военачальниками». Оставшиеся легиона решили поставить на царство Никифора, одного из полководцев Ирины и двоюродного дядю императора.
Константин расправился с ним и с его братом по византийским законам не слишком сурово: одного ослепил, другому приказал отрезать язык. Ирина по совету всесильного при ней евнуха Ставракия наущала сына расправиться и с последней «угрозой» — преданному только армии и военному искусству Алексеем и его «также лишили зрения». Экзекуция имело место в августе, «индиктиона 15, в девятом часу».
Армяне, имевшие виды на Алексея, пришли в бешенство. Они арестовали своего командира «Феодора, патриция Комулиана» и посадили его под стражу. Надеясь решить вопрос мирным путем, Константин послал на переговоры первого оруженосца Ардашира и «Хрисохерина военачальника вукеллариев». Но 25 декабря армяне схватили их после стычки и ослепили. По идее император должен был сразу наказать мятежников, но случилось непредвиденное: во время сильной грозы молнии сожгли царские мастерские, где чеканились золотые монеты.
Царю пришлось взять под свой контроль восстановление сгоревших зданий (и тогда народ был не прочь поживиться всем, что плохо лежит). Потом начались пасхальные праздники, когда жизнь в империи сосредотачивалась исключительно в религиозном русле.
Но сразу же после праздников Константин отправился в поход против уже начавших разбойничать армянских легионеров. В воскресенье 27 мая 785 года императорская армия напала на армян. Далее в скупых словах источника содержится уникальных по своему смыслу пассаж. Победу Константин одержал, но «предательством армян при нем находившихся». Постараемся раскрыть смысл этого выражения.
Как известно, в византийской армии и правительственном аппарате служило большое количество выходцев из армянских провинций империи. На определенном этапе основным требованием для получения военного чина или должности было принятие православия. Особенно оно стало жестким, когда арабы разобрались в тонкостях различий между восточными и церквями и стали использовать армянский фактор в борьбе с Византией.
Поэтому особенно заманчивым представляется, что перешедшие в православие армяне, не только потерявшие связь со своей этнической почвой, но и шанс ее восстановить, решили отыграться на своих менее удачливых соплеменниках, заодно и показать рвение неофитов.
Вполне возможно, что вступив в переговоры, армяне-придворные заманили легионеров в ловушку, и когда та захлопнулась, отдали на расправу правительственным войскам. Данное умозаключение может подтвердить тот факт, что схвачены и убиты были высшие чины Армянского легиона. Были убиты Андроник, оруженосец и начальник башен, Феофил начальник башен и Григорий, епископ Синопский – то есть высшее командование, которое, несомненно, могло бы ретироваться в случае смертельной опасности.
Прочих бунтарей подвергнули значительным денежным штрафам, мелких феодалов лишили поместий. Для проведения триумфа 1000 пленных заковали в кандалы и в пешем порядке доставили в Константинополь.
24 июля 785 года колонна пленных вошла через Влахернские ворота в столицу империи. Но Константину этого было мало. Источники не сохранили информации, кто подсказал ему столь уникальный метод клеймения – до этого клейма просто выжигали. По его приказу татуировщики (в то время крайне болезненная операция, проводившаяся нестерильными и зачастую недостаточно острыми инструментами) нанесли на лбах чернильные татуировки «армянский злоумышленник». После этого их частью выслали на Сицилию, частью – в другие острова империи.
И действительно, еще долгое время империя не знала подобных возмущений или бунтов столько крупных этнических соединений и конгломератов.
Шелале Гасанова, Заур Мехдиев
Minval.az
