Итоговое коммюнике тегеранской встречи министров иностранных дел Азербайджана, Армении, Ирана, России и Турции как бы не принесло сенсации. Участники переговоров подтвердили готовность к урегулированию конфликтов без применения силы, на основе уважения Устава ООН, территориальной целостности и т.д. Но здесь важен сам факт переговоров в формате, который Азербайджан предложил ещё по горячим следам 44-дневной войны.
Тогда, напомним, речь шла о переговорах «3 + 3», то есть Азербайджан, Армения, Грузия, Турция, Иран, Россия. Пока переговоры проходят без участия Грузии. В Тбилиси сразу дали понять, что на фоне нынешней ситуации в Сухуми и Цхинвали ни в каких совместных с РФ форматах участвовать не будут. Однако недавний визит президента Азербайджана Ильхам Алиева в Грузию не оставляет сомнений: Тбилиси «в игре». Причём и как логистический партнёр, и как возможная переговорная площадка.
Ещё недавно в посредничестве пальма первенства принадлежала Евросоюзу. Но брюссельским переговорщикам испортил обедню Эммануэль Макрон – своей ставкой на Армению и попытками втянуть в эту авантюру и руководство ЕС. И теперь Азербайджан уверенно демонстрирует, что переговоры могут проходить и без внерегиональных сил. Особенно если эти внерегиональные силы пытаются играть на обострение. Более того, формат «3 + 3 — 1» — по сути единственный, где участвует Турция. В ситуации, когда «военно-политическую погоду» в регионе определяет «связка» Баку – Анкара, цена у этого обстоятельства уже совершенно иная. Для Брюсселя встреча в Тегеране – даже не «тревожный звонок», а прямо-таки сирена.
Но самое главное, изменилась сама логика и тематика переговорного процесса. А страница армяно-азербайджанского конфликта для нашей страны перевернута. Азербайджан решил «в поле» все вопросы, которые должен был решить, восстановил свой суверенитет и территориальную целостность.
Оставшиеся вопросы – анклавы, делимитация границ и т.д. — могут и должны быть решены без использования силовых рычагов и в рабочем порядке. Теперь на повестке дня разблокирование коммуникаций и Зангезурский коридор. А эти вопросы куда логичнее обсуждать именно в региональном формате. Особенно с учётом геополитических и геоэкономических последствий украинской войны, которые многократно повысили важность коммуникаций между Западом и Востоком, проходящих через Азербайджан и Южный Кавказ.
Зангезурский коридор нужен Азербайджану – как сухопутная связь Нахчываном. Он нужен странам Запада и Востока как часть Срединного коридора. Он нужен в Турции – как прямой и короткий путь к берегам Каспийского моря, а оттуда, по паромное переправе – в Центральную Азию. Этот коридор нужен России – открытия коммуникаций между Азербайджаном и Арменией позволит РФ установить железнодорожную связь с Ереваном по территории Азербайджана. Что на фоне заигрываний Армении и Франции представляет для России особую ценность.
Наконец, излишне напоминать, какие выгоды и этот коридор – и грузопоток по нему, который ожидается весьма солидным! – принесёт той стране, по чьей территории он пройдёт. Кандидатов два – Иран и Армения. Между которыми, по идее, должна разгореться нешуточная конкуренция. Но в реальности Армения с истинно карабахским упорством отказывается обсуждать Зангезурский коридор – и упускает свой шанс.
В «логистическую повестку дня» небезуспешно протискивается Иран, для которого формат «3 + 3 — 1» – ключи если и не от рая, то уж от сокровищницы с золотом точно. Тегеран оперативно свернул всю прежнюю антиазербайджанскую риторику.
При этом у Азербайджана есть альтернатива Зангезурскому коридору – коммуникации через Грузию. И если учесть, что совсем недавно президент Азербайджана обсуждал в Тбилиси расширение транспортного сотрудничества и строительство глубоководного порта Анаклия, грузопотока хватит на всех.
А вот окажется ли достаточно здравого смысла у Еревана, чтобы успеть вскочить уходящий поезд – покажет ближайшее время.
А.Шакур
