Оценивать ситуацию в любой стране мира по отдельным событиям, отдельным проблемам или отдельным цифрам — занятие неблагодарное. Сиюминутная картина практически никогда не позволяет увидеть реальное направление движения государства. Экономика развивается циклами, политические решения дают результат спустя годы, инфраструктурные проекты требуют времени, а масштаб государственных преобразований становится очевидным лишь тогда, когда между началом процесса и его нынешним состоянием появляется достаточная временная дистанция.
Именно поэтому самым честным и объективным оценщиком происходящего в любой стране остается время. И если мы действительно хотим понять, чего добился Азербайджан, предлагаю просто отмотать историческую ленту примерно на десять лет назад и посмотреть, где мы находились тогда и где находимся сегодня. Сразу скажу, что картина получится весьма впечатляющей.
Начнём с того, что за это десятилетие Азербайджан совершил исторический прорыв, который невозможно измерить исключительно экономическими показателями. Военно-политическим путем были восстановлены территориальная целостность и государственный суверенитет нашей страны. После почти трёх десятилетий оккупации Азербайджан вернул контроль над своими территориями в результате 44-дневной войны 2020 года и антитеррористической операции сентября 2023 года. Само по себе это событие уже изменило геополитическую конфигурацию Южного Кавказа.
Но одновременно изменилось и положение Азербайджана за пределами региона. Сегодня Баку одновременно развивает стратегическое партнерство с Соединёнными Штатами, всеобъемлющее стратегическое партнерство с Китаем, союзнические отношения с Турцией и играет одну из ключевых ролей в Организации тюркских государств. Для Европейского союза Азербайджан становится всё более значимым партнером благодаря энергетике, развитию «зелёной» энергетики, транспортной связанности и своему положению между Европой, Кавказом и Центральной Азией.
Еврокомиссия прямо называет Азербайджан важным элементом диверсификации европейских энергопоставок и отмечает его роль в развитии новых энергетических и транспортных связей. Иными словами, десять лет назад Азербайджан был прежде всего важным региональным государством. Сегодня его значение значительно шире региональных рамок. Но внешнеполитический капитал имеет смысл только тогда, когда за ним стоит экономическая устойчивость. И сегодняшние цифры дают весьма серьёзные основания для оптимизма.
По состоянию на 1 сентября 2026 года стратегические валютные резервы Азербайджана оцениваются в $90,77 млрд. По сравнению с 1 сентября прошлого года это примерно на 15,7% больше. Причём только за август резервы увеличились почти на $4 млрд. Это — показатель финансовой устойчивости нашего государства и его способности переживать внешние шоки, поддерживать стабильность национальной валюты и одновременно продолжать финансирование долгосрочных проектов.
Особенно показательно положение Центрального банка. За первые восемь месяцев года его валютные резервы выросли на $3,8 млрд, или на 33%, достигнув исторического максимума — $15,3 млрд. В августе ЦБ провёл покупки иностранной валюты на $1,5 млрд, что и стало одним из факторов столь существенного роста. Очевидно же, что резервы — это финансовая подушка безопасности. Это возможность реагировать на падение мировых цен на сырье, ухудшение внешней конъюнктуры, финансовые кризисы или иные непредвиденные обстоятельства, не ставя под угрозу фундаментальную стабильность экономики.
Это одновременно и пространство для маневра, позволяющее государству проводить долгосрочную экономическую политику, а не принимать решения исключительно под давлением сегодняшнего дня. Тем временем есть еще один важный показатель — государственные финансы. За восемь месяцев 2026 года профицит государственного бюджета составил 3,7159 млрд манатов. То есть государство не просто расходует накопленные ранее ресурсы, но и сохраняет положительный баланс доходов и расходов.
При этом всё это происходит на фоне дальнейшего сокращения внешнего государственного долга. Последние доступные официальные данные Госкомстата показывают внешний госдолг на уровне около $4,6 млрд и его снижение примерно на 7,5% год к году. Вот здесь уже возникает то самое понятие, которое гораздо важнее отдельных статистических показателей, — финансовый суверенитет.
Государство, у которого одновременно растут валютные резервы, сокращается внешний долг и сохраняется профицит бюджета, получает значительно больше возможностей самостоятельно определять экономическую политику. Оно меньше зависит от внешних кредиторов, международной финансовой конъюнктуры и необходимости занимать средства для решения текущих задач.
Причём речь идёт не только о нефтяных доходах. Азербайджан последовательно расширяет ненефтегазовую составляющую экономики. По приведённым данным, за январь–август 2026 года ненефтегазовый экспорт без учета немонетарного золота вырос на 17,6%, достигнув $2,8 млрд. Это особенно важно в контексте долгосрочной стратегии. Нефть и газ позволили Азербайджану накопить значительные финансовые ресурсы. Но задача следующего этапа заключается в том, чтобы эти ресурсы превращались в новые производства, транспортную инфраструктуру, сельское хозяйство, технологии, человеческий капитал и экспортные возможности. И здесь мы подходим к тому, что, возможно, является наиболее масштабным преобразованием последних лет.
Речь идет о том, что освобождённые территории сегодня фактически представляют собой крупнейшую площадку строительства и восстановления в современной истории Азербайджана. Строятся дороги, железнодорожные линии, аэропорты, энергетические объекты, жилые комплексы, школы, больницы, промышленные предприятия, объекты сельскохозяйственной инфраструктуры. На наших глазах формируется новая экономическая география Азербайджана.
То есть государство фактически одновременно решает две задачи: ликвидирует последствия тридцатилетней оккупации и создаёт на освобожденных территориях совершенно новую экономическую систему. Именно поэтому Карабах необходимо рассматривать не только как символ национальной победы, но и как один из будущих двигателей экономического роста.
Именно в этом заключается главный результат последних десяти лет. Азербайджан не просто стал богаче или сильнее. Он стал более субъектным. Государство, которое еще десять лет назад вынуждено было постоянно учитывать нерешенный конфликт, оккупацию части своей территории и связанные с этим геополитические ограничения, сегодня само формирует значительную часть региональной повестки.
Оно располагает большими финансовыми резервами, сокращает внешний долг, расширяет внешнеэкономические связи, укрепляет отношения одновременно с Вашингтоном, Пекином, Анкарой и Брюсселем, играет активную роль в тюркском мире и инвестирует огромные ресурсы в восстановление освобожденных территорий. Покажите мне второе государство в мире, которое смогло бы добиться таких же колоссальных, всесторонних успехов за последние 10 лет. Уверен, что не найдете.
