«Теневой флот» стремительно растет и начинает разрушать правила мирового судоходства, установленные десятилетиями. Об этом предупредили крупнейшие морские державы мира, пишет Financial Times.
На протяжении десятилетий судоходная отрасль была защищена нормами, гарантирующими свободу судоходства и нейтральный статус коммерческих судов. Однако разрушение этих принципов создает серьезную угрозу для мировой торговли, заявила группа из 18 ведущих морских государств.
«Без морской торговли цепочки поставок распались бы, а мировая экономика в том виде, в котором мы ее знаем, внезапно остановилась бы», — говорится в заявлении группы, опубликованном во вторник.
Борьба за контроль над Ормузским проливом, пандемия Covid-19 и появление «теневого флота» в результате санкций США, ЕС и Великобритании — это не «эпизодические потрясения», а «сигналы структурного изменения условий функционирования мировой торговли», заявила Консультативная группа по судоходству (Consultative Shipping Group, CSG), страны — участницы которой обеспечивают более пятой части мировой торговли по тоннажу.
Это первое публичное выступление CSG с момента создания организации более 60 лет назад. В нее входят, в частности, Греция, Сингапур, Дания, Япония, Канада, Великобритания, Нидерланды и Южная Корея.
«Морские маршруты все чаще превращаются в инструменты давления и источники риска», — предупредила CSG, добавив, что последние события показывают, насколько «хрупкой» может оказаться система морской торговли.
Генеральный директор Датского морского управления Брайан Вессель, возглавляющего CSG, заявил Financial Times, что морские державы решились на столь редкое публичное заявление из-за растущей обеспокоенности фрагментацией судоходной отрасли и подрывом стандартов, установленных Международной морской организацией (IMO) — структурой ООН, регулирующей международное судоходство.
«На протяжении десятилетий мы строили мировую торговлю, исходя из того, что суда могут свободно пересекать границы. Теперь это базовое предположение оказалось под давлением», — заявил он.
«Глобальные равные условия и международные правила, которые мы на протяжении многих лет разрабатывали в рамках IMO, воспринимались как нечто само собой разумеющееся», — добавил Вессель.
Более 80% мировой торговли перевозится морским транспортом, который действует в соответствии с правилами IMO. Сама организация была официально создана в 1948 году, однако концепция международного регулирования морей берет начало еще в XVII веке, когда сформировался принцип mare liberum — «свободы морей».
Из-за своей ключевой роли в мировой торговле коммерческие суда все чаще становятся как мишенью, так и инструментом в геополитическом противостоянии.
Россия, Украина, США и Иран в ходе конфликтов этого года наносили удары по гражданским судам. Одновременно попытки Ирана установить платный режим прохода через Ормузский пролив продемонстрировали уязвимость важнейших морских транспортных узлов.
В понедельник Тегеран заявил, что близок к заключению соглашения с Оманом об управлении судоходством через Ормузский пролив, через который ранее проходило около пятой части мировых поставок нефти и газа. Пока неясно, будет ли взиматься плата за проход судов.
Судовладельцы и морские организации предупреждают, что введение такого сбора создаст опасный прецедент и может подтолкнуть другие государства, контролирующие берега стратегически важных морских узких мест, к аналогичным действиям.
Одновременно санкции США, ЕС и Великобритании против России и Ирана привели к стремительному расширению «теневого флота» нефтяных танкеров. По данным TankerTrackers.com, сейчас он насчитывает более 1 500 судов — почти пятую часть всего мирового танкерного флота.
Практически все эти суда не имеют традиционного страхового покрытия.
Этим летом судно Caroline Bezengi, относимое к «теневому флоту» и перевозившее около 800 тыс. баррелей российской нефти, подорвалось на магнитной мине у побережья Омана. У судна отсутствовало традиционное страхование ответственности судовладельца (Protection and Indemnity, P&I), из-за чего правительству Омана потенциально придется самостоятельно покрывать многомиллионные расходы, связанные с ликвидацией последствий инцидента.
