Нынешнему главе Франции придётся смириться с тем, что ни он, ни его партия вскоре не смогут играть «первую скрипку» в стране: по последнему социологическому опросу, в разы большее количество голосов, чем макроновский протеже Атталь и другие политики, наберёт на президентских выборах лидер ультраправого «Национального объединения» Марин Ле Пен, готовящаяся устроить «весёлую жизнь» Брюсселю. Но даже если она и проиграет выборы, «эпоха Эммануэля» все равно канет в прошлое.
До президентских выборов во Франции, на которых, согласно конституции страны, Эммануэль Макрон уже не сможет баллотироваться (третий срок не предусмотрен), осталось около восьми месяцев, однако кандидаты на пост главы государства уже определились. Оснований для ажиотажного гадания, кто же станет новым президентом Франции после двух пятилеток правления Макрона – масса.
В частности, без ответа властей остаются вопросы: почему после череды смены глав правительств, сформировать более или менее компетентный кабинет министров — не удалось, и уровень жизни населения последовательно падает; отчего страна превратилась в проходной двор для мигрантов, а её внешняя политика — в бедлам? И как случилось, что Париж гарантированно потерял свои неоколонии, ранее обеспечивавшие «достойное» существовании Франции, утратившей своё влияние не только в мире, но и в Европе, и т.д.
Одной из форм если не гадания, то довольно уверенного предположения, видятся результаты независимых социологических опросов. Президентская гонка официально не объявлена, но де-факто — уже началась.
Согласно результатам последнего социологического исследования (третья декада августа), проведённого компанией Toluna Harris Interactive для телеканала M6 и радиостанции RTL, безусловное лидерство принадлежит ультраправому политику и главе «Национального объединения» Марин Ле Пен, которая получит в первом туре от 35% до 38% голосов избирателей – причём, при любой комбинации претендентов на пост президента. Правда, есть опасения, что французский суд под давлением Брюсселя и Макрона может организовать новый запрет на участие Ле Пен в выборах, и тогда в гонку, не исключено, вступит её ближайший соратник Жордан Барделла. И это при полной очевидности того, что протежируемый Макроном экс-премьер и лидер центристской партии «Возрождение» Габриэль Атталь может набрать не более 17% голосов. Отрыв от Ле Пен — более, чем вдвое.
Определить второе и третье места сейчас затруднительно. Основатель «Непокорившейся Франции» Жан-Люк Меланшон может рассчитывать на 16–17%, но есть нюансы: без участия Атталя и экс-президента Франсуа Олланда, бывший премьер Эдуар Филипп (партия «Горизонты») тоже может набрать 17% голосов (и 19%, если баллотироваться не будут Атталь и лидер Place Publique Рафаэль Глюксманн).
Как видим, второй тур неизбежен: электоральные предпочтения – разные, но лидер – Ле Пен. Ожидается, что рейтинг её будет расти, несмотря на то (или/и благодаря) памятному судебному скандалу вокруг лидера ультраправых, инициированного Брюсселем и с удовольствием подхваченного Макроном, дабы избавиться, в лице Ле Пен, от сильного соперника. Но преследования Ле Пен желаемого результата для президента Франции, его партии и их «высокого начальства» — не дали.
Напомним (Minval освещал эту тему), в марте прошлого года Европарламент обвинил Ле Пен в растрате средств ЕП, в итоге суд на пять лет лишил её пассивного избирательного права. Позже Апелляционный суд подтвердил вину, однако не признал в ней мотива личного обогащения политика. Дело кончилось тем, что Ле Пен оштрафовали на 100 тыс. евро, сократили ей срок избирательного запрета, и теперь лидер ультраправых имеет право баллотироваться в президенты в 2027 году.
Но с чем идёт во власть «Последняя надежда Франции», как назвал Ле Пен американский миллиардер Илон Маск, или «подруга Путина», как её окрестили политические оппоненты без всякого на то основания. Видимо, таковым они считают убеждённость «главного врага Макрона» в необходимости мирного урегулирования украинского конфликта и в несостоятельности санкций против России. Брюсселю этого вполне достаточно для штамповки нелицеприятных ярлыков и их наклеивания на «неверных».
Но самое «приятное» для засевшего в Брюсселе «либерального» клана – ещё впереди. Если Ле Пен выборы выиграет (это будет её третья, как и у Меланшона, попытка), то осуществит уже анонсированное ею проведение конституционного референдума по вопросам миграции, что станет политическим землетрясением для Брюсселя, с ужасом наблюдающего за тенденцией правого крена ряда государств Евросоюза и их центробежной направленностью. То есть, опора в этом вопросе на Францию во главе с Ле Пен станет для Евросоюза совершенно невозможной.
А референдум Ле Пен планирует провести параллельно с парламентскими выборами – они состоятся после президентских. И представить на утверждение парламента разработанный «Национальным объединением» конституционный законопроект «Гражданство – идентичность – иммиграция». Это довольно объёмный пакет (состоял из 18 статей, позже был сокращён до 14), основные положения которого – ограничение или отмена так называемого «права почвы», то есть усложнение получения гражданства Франции для детей иностранцев; введение принципа «национального приоритета» при доступе граждан к жилью и социальным выплатам; затруднение легализации беженцев и ужесточение права их въезда в республику. И, что крайне болезненно для Брюсселя – закрепление в конституционном порядке верховенства законов Франции над международными обязательствами и нормами европейского права.
Так что в случае победы Ле Пен, которую политические оппоненты всячески пытаются не допустить (и дело это не дня сегодняшнего, а с длинным «шлейфом»), Францию и Брюссель ожидают революционные изменения, хотя государства Евросоюза и сами уже пытаются обойти общеевропейские правила и ужесточают миграционную политику с робким отстаиванием принципа национальных приоритетов. Пока Брюссель способен огрызаться и карать такие страны, налагая на них штрафы, замораживая выделение денежным средств, прибегая к другим разнообразным формам шантажа.
Словом, «Новая Франция» во главе с Ле Пен – кошмарный сон для брюссельского начальства, которому требуется «сохранить лицо» и власть до очередных выборов в Европарламент летом 2029 года. А Ле Пен явно угрожает самовольству и диктаторству «цитадели демократии» в лице, в первую очередь, Европейской комиссии под руководством Урсулы фон дер Ляйен. По сути, победа ультраправых будет означать жёсткое изменение баланса сил в Европе: с «единством» она распрощается.
В такой ситуации во Франции (для Европы она не нова) разыгрывается довольно затасканная карта «русской угрозы». Как пишет Le Journal du Dimanche (Франция) – как и ряд других западных изданий, — с приближением предвыборной кампании (она, напомним, фактически уже началась) власти Пятой республики все активнее продвигают тезис «российского вмешательства». И «Выявление мнимых пособников Кремля» становится тем идеальным оружием, которое «позволяет отвлечь французов от результатов правления Макрона и контролировать неугодных».
К когорте последних относится не только Ле Пен, но и все политики, которые «не с нами» — и для Макрона, цепляющегося за власть, и для 27 европейских комиссаров, включая фон дер Ляйен.
«Быть «атакованным Москвой», — пишет издание, — становится … свидетельством респектабельности. Вас поддержала горстка аккаунтов без всякой аудитории – этого уже достаточно, чтобы вызвать подозрение. Габриэль Атталь, не обременяя себя доказательствами, заявляет, что главным выгодополучателем этого «вмешательства» окажется Марин Ле Пен».
Как видим, бородатый постулат о «всемогуществе Кремля» — несмотря на всю его мнимость (ещё никому на Западе он не помог выиграть выборы), не успевает отлежаться в нафталине: ложные нарративы способствуют только одному: иллюзорной влиятельности России едва ли не во всем мире. Уж не логично ли предположить (в духе французской же конспирологии), что Атталь сам «работает» на имидж Кремля?
Но во Франции последнего десятилетия так уж повелось: если ты не макронист, то путинист. Но это далеко не про Ле Пен. Скорее, хоть и с большой натяжкой, Макрону и Ко сподручнее было б громить «прокремлевского» Меланшона, который таковым тоже не является. Но, поскольку рейтинг Ле Пен вдвое выше рейтинга ультралевого политика (хоть, скорее, он и выйдет во второй тур выборов), логичнее взяться за неё. Впрочем, «компромат» нароют против всех, кто не с Макроном – ведь рейтинговые политики сильно потеснят «партию Эммануэля» и на парламентских выборах.
Таким образом, провальная и крайне вредная для мира «эпоха Макрона» после политических шоковых «гидропроцедур» останется в прошлом.
