В ночь на 8 апреля мир, и прежде всего ближние и дальние соседи Ирана, вздохнули с облегчением. Дональд Трамп, который обещал, что этой ночью «погибнет целая цивилизация», отозвал свой ультиматум. Вашингтону и Тегерану буквально в последний момент удалось договориться, причём решающую роль в том, что США и Иран достигли соглашения, сыграл Пакистан.
В Исламабаде вполне могут считать себя «победителями по очкам». Не участвуя в конфликте и не принимая ничью сторону, Пакистан укрепил своё положение на международной арене и не просто предоставил технические условия для переговоров, но и вёл активное посредничество. Так или иначе, в Тегеране сегодня открыто благодарят пакистанские власти за дипломатические усилия.
А вот с непосредственными участниками конфликта всё не так просто. Победителями себя объявили и США, и Иран. Но при этом Иран понёс тяжелейший ущерб и вынужден был откатиться от своих явно завышенных требований насчёт репараций и компенсаций. В США тоже не могут не понимать, что Вашингтону пришлось соглашаться на не самые выгодные «10 пунктов», предложенные Ираном.
Minval Politika весьма подробно рассказывал об условиях достигнутой сделки, тем не менее напомним: как утверждает Высший совет национальной безопасности Ирана, Вашингтон «принципиально обязался» и признать за Ираном право на обогащение урана, и вывести свои войска из региона, и признать суверенитет Ирана над Ормузским проливом, и отменить санкции. В США тоже объявили о своей победе, при этом в Белом доме заявили, что приняли иранские 10 пунктов в качестве основы для переговоров, которые пройдут в пятницу в столице Пакистана. Проще говоря, торг ещё продолжается, и до чего стороны договорятся в итоге, пока ещё не совсем ясно. Не говоря о том, что остаётся открытым вопрос, что означает фраза «принципиально обязался» в иранской интерпретации.
Но тем не менее факт остаётся фактом. Нынешняя военная кампания, как и прошлогодняя «12-дневная война», не позволила США решить главную задачу — падения «режима неизбранных мулл», как выражался вашингтонский «болтающий класс», не произошло. Возможно, правы те «источники», которые утверждают, что в США рассчитывали именно на то, что в ответ на ракетные удары иранцы выйдут на улицы и свергнут «режим» — в кавычках и без. Однако оказалось, что в такой стране, как Иран, ракетные удары — не самый действенный способ менять власть.
Более того, в кабинетах и коридорах власти укрепились именно позиции радикалов. Не сработала и ставка на курдов, что был вынужден признать лично Трамп. Американская стратегия явно заходила в тупик. Вашингтон оказался перед непростым выбором: или сворачивать программу ракетных ударов, или переходить к заведомо непопулярной сухопутной операции. На таком фоне пакистанское посредничество было нужно США не меньше, чем Ирану. Именно поэтому в Вашингтоне согласились на двухнедельное перемирие и отменили собственные дедлайны.
Другой вопрос — станет ли это перемирие началом будущего прочного мира. США, будем реалистами, от своих целей вряд ли отступятся. Тем более свою политику вряд ли изменит Иран, где явно почувствовали себя победителями. И нет сомнений, что в долгосрочном плане происшедшее вряд ли прибавит безопасности в регионе.
