Итак, в последние февральские дни 2025 года лидер Рабочей партии Курдистана (РПК) Абдулла Оджалан, отбывающий пожизненное тюремное заключение на острове Имралы, призвал членов этой террористической организации сложить оружие и самораспуститься. РПК отреагировала на призыв, объявив о прекращении огня.
В той или иной форме призывы такого толка, пусть и не напрямую о разоружению, из уст Оджалана уже звучали. Однако, несмотря на некоторое временное затишье в истории, террористы РПК продолжали свои антитурецкие акции. Совершим краткий экскурс в историю вопроса, тем более что отдельные эпизоды помогут более детально понять общий фон и сегодняшней ситуации вокруг данного вопроса.
Для начала обратимся к информации от 27 (14) марта 1907 года, опубликованной в московской газете «Русский голос», согласно которой, «ко всем невзгодам османского султана, на глазах у которого турецкое государство трещит и расползается по всем швам, прибавляется теперь сепаратистское движение в Малой Азии». Армяне – граждане Османской империи — «предлагают курдам соединиться с ними, восстать против падишаха и создать независимое армяно-курдское государство».
К слову, один из идеологов «Дашнакцутюна» Ованес Качазнуни признает создание «осенью 1914 года армянских добровольческих отрядов для борьбы против турок». Речь здесь идет о Первой мировой войне, когда в Кавказскую армию Российской империи вошли четыре добровольческие армянские дружины, сформированные из османоподданных армян, на фоне чего тогдашний министр иностранных дел России Сергей Сазонов обозначал необходимость «поддерживать самые тесные отношения как с армянами, так и с курдами, чтобы использовать их во всякую минуту, если состоится разрыв с Турцией».
Согласно же отдельным положениям Севрского договора 1920 года, на фоне передачи Стамбула под международное управление предполагалось, в том числе «создание независимого Курдистана». Однако Лозаннская конференция 1923 года фактически аннулировала последний пункт Севра.
В 1927 году в иракском Киркуке было открыто крупное нефтяное месторождение, в связи с чем стала фиксироваться мощная активность Великобритании, приступившей к разработке проектов сооружения ж/д путей и нефтепроводов из Ирака к побережью Средиземного моря; трансперсидской ж/д к границам Индии; прокладки автотранспортного пути из Ирака до этнически азербайджанских территорий Каджарского Ирана и др. Что, по словам российского военного историка Николая Корсуна, привело к планам прикрытия Ирака с его нефтеносным районом со стороны Турции, Персии и СССР путем создания «буферного Курдского государства».
По окончании Второй мировой войны уже укрепившийся Советский Союз задействовал «курдский фактор» в ином формате. В октябре 1945 года возникла «Демократическая партия Иранского Курдистана», а в начале 1946 года было провозглашено образование «Курдской Народной Республики» (Мехабадская республика), вооруженные силы которой через некоторое время возглавил Мустафа Барзани.
Согласно воспоминаниям сына всесильного тогда Лаврентия Берии — Серго, по окончании разведшколы оказавшегося в 1941 году в Иране по линии Генштаба, «находясь в контакте с курдами, мы передали им огромное количество оружия». На уточняющий вопрос сына о причинах интереса Москвы к курдам Лаврентий Берия раскрыл: «Первоначально данная идея возникла у англичан. Курды – это острый кинжал, который можно направить против Турции, Ирана или Ирака. Пока дела идут хорошо, англичане поддерживают разногласия между иракскими, иранскими и турецкими курдами. Но они имеют подпольную сеть в каждой из этих групп, и при желании могут их объединить, чтоб создать хорошо вооруженное, богатое нефтью и сырьем государство. Что же касается нас, то мы не могли оставить эту монополию англичанам. Нам было необходимо, чтобы Турция вела себя спокойно».
Как конкретизировал в этой связи известный советский разведчик Павел Судоплатов, «в Москве полагали, что Барзани сможет сыграть важную роль в свержении проанглийского режима в Ираке. И что особенно важно, с помощью курдов мы могли надолго вывести из строя нефтепромыслы в Ираке (Мосул), имевшие тогда исключительно важное значение в снабжении нефтепродуктами всей англо-американской военной группировки на Ближнем Востоке и в Средиземноморье».
Листаем странички мировой истории дальше и оказываемся на рубеже первой и второй четвертей ХХ века. Согласно информации экс-руководителя разведывательной структуры Румынии Иона Михая Пасепы, подготовка террористов организовавшей «многочисленные теракты против США в Западной Европе» Армянской секретной армии освобождения Армении (ASALA, АСАЛА), созданной в 1975 года органами КГБ СССР, осуществлялась в Бейруте, на базах Организации освобождения Палестины (ООП), рождение которой также «было спланировано КГБ».
В том же 1975 году в самом разгаре было восстание курдов в Ираке, возглавляемое просоветской Демократической партией Курдистана (ДПК), во главе которой стоял Мустафа Барзани. После подавления иракского восстания под патронажем американцев, в противовес ДПК, был создан Патриотический союз Курдистана. Москва отреагировала на это в 1978 году, посодействовав рождению Рабочей партии Курдистана (РПК, ПКК, PKK), активисты которой прошли обучение в лагерях ООП. Именно с РПК в 1980 году подписала договор АСАЛА, обязавшаяся обеспечить профессиональную подготовку и финансирование террористов ПКК (aa.com.tr).
Согласно турецким источникам, с 1992 года соответствующие структуры страны «добились больших успехов в операциях, направленных против РПК», которая с 1993 году начала предпринимать шаги, направленные «на восстановление и реструктуризацию». С актуализацией же вопроса о транспортировке бакинской нефти по маршруту Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) появилась информация о том, что террористы «вполне могли бы сорвать» строительство трубопровода. Как отмечалось в этой связи, раз Россия «вступила в борьбу за пути транспортировки каспийской нефти», следовательно, «РПК, рассудили ее лидеры, становится естественным союзником Москвы».
Как следствие, в июле 1993 году террористы совершили теракт против мирных жителей деревни в провинции Эрзинджан, расположенной аккурат в зоне БТД. Параллельно заговорила и АСАЛА, по линии которой прозвучала угроза противостоять прокладке «пантюркистского» трубопровода. В августе 1993 года в интервью турецкой газете Hurriyet российский посол в Турции Альберт Чернышев открыто упомянул о «курдском факторе» как о возможной угрозе для проекта БДТ. Но, будучи вызван в МИД Турции, он заявил, что его слова не должны рассматриваться в качестве предостережения Анкаре. Хотя «в турецкой столице воспринимали это именно таким образом» (icisleri.gov.tr).
Однако, несмотря на все препоны, 20 сентября 1994 года Баку подписал знаменитый нефтяной контракт, именуемый «Контрактом века» (11 международных компаний, представляющих семь стран мира), что, по словам Общенационального лидера Гейдара Алиева, продемонстрировало миру, насколько «суверенные права Азербайджанской Республики утвердились».
Весьма симптоматично, что в день подписания контракта представительство Фронта национального освобождения Курдистана (ФНОК), являвшегося политическим крылом РПК в странах СНГ и Восточной Европы (со штаб-квартирой в Москве), распространило заявление о том, что эта структура не допустит «строительства нефтепровода через Курдистан без учета справедливых интересов курдского народа». Кроме того, лидеры ФНОК напомнили уже известное к тому времени мнение представителей РПК: «Исходя из совпадения стратегических позиций курдского движения и России по вопросам транспортировки каспийской нефти, курды надеются на сотрудничество с Россией». Подобного рода заявления по линии ФНОК озвучивались регулярно, что в Турции расценивалось в качестве ответа России на политику Анкары в отношении нефтепровода БТД. Тем более что официальная Москва в качестве аргумента против транспортировки каспийской нефти посредством турецкого маршрута приводила «проблемы безопасности, связанные с проходом трубопровода на Джейхан» через курдонаселенные территории (или вблизи них).
Весьма показательно, что в октябре 1997 года Госдепартамент США включил PПK в список террористических организаций. Как отмечали эксперты, дело здесь не в том, что «Турция, которая является врагом номер один для курдских террористов, – союзник США». Основная причина в том, что PПK развернула настоящую войну «в восточной Турции, где американские компании планируют провести нефтепровод от каспийских месторождений к турецкому средиземноморскому побережью». На следующий же год главы Азербайджана, Грузии, Турции, Казахстана, Узбекистана и министр энергетики США поставили свои подписи под Анкарской декларацией о реализации проекта строительства БТД.
С 1999 года лидер РПК Абудулла Оджалан, как о том говорилось в начале, отбывает пожизненное заключение. В 2013 году, по результатам переговоров с правительством Турции, он в своем обращении актуализировал «новый период» движения путем перехода «от вооруженного сопротивления к эпохе демократической политической борьбы». Как отмечается, пусть и «с незначительными нарушениями», но режим прекращения огня протянулся до 2015 года, когда Оджалан заявил, что РПК «должна начать вместе с Турцией миротворческий процесс на основе взаимно согласованных принципов». В свете чего президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган произнес, что «эти призывы хороши, но самое главное – осуществить их». Эрдоган как в воду глядел, так как ситуация в данном направлении не стабилизировалась, и вскоре террористические акции продолжились.
Ну а теперь можно вернуться в дни сегодняшние. На фоне объявления РПК о прекращении огня 1 марта Эрдоган громогласно объявил, что «если данные нам обещания не исполнятся, ответственность за последствия не будет лежать на нас. Если потребуется, то уничтожим каждого террориста, пока не ликвидируем последнего».
Таким образом, позиция официальной Анкары озвучена. И дело остается за малым – соблюсти террористами РПК собственные обещания, в свете чего они должны пропустить через себя констатацию Эрдогана о том, что Анкара «действует, руководствуясь древней государственностью и интересами страны, решительно реализуя политику, меняющую ход истории в пользу Турции». Коротко и ясно!
