Баку переходит в дипломатическое наступление: это стало очевидно после встречи глав МИД стран ОБСЕ в Стокгольме. В течение нескольких дней в информационном пространстве уверенно анонсировали встречу министров иностранных дел Азербайджана и Армении. Однако, вопреки анонсам, Джейхун Байрамов и Арарат Мирзоян так и не встретились. МИД Азербайджана выступил со специальным заявлением: «Известно, что Азербайджан всегда выступал за диалог, и на предыдущих встречах в Нью-Йорке, Минске и Париже глава МИД Азербайджана озвучивал позицию страны по нормализации армяно-азербайджанских отношений в постконфликтный период. Однако.,за несколько часов до встречи, назначенной на 3 декабря, армянская сторона организовала провокацию. В частности, была распространена информация о незаконном визите армянских парламентариев на территорию Азербайджанской Республики. Таким образом, в ответ на эту провокацию со стороны Армении азербайджанская сторона не сочла целесообразным проведение встречи министров двух стран в Стокгольме». В переводе: вся ответственность за срыв встречи глав дипломатических ведомств в Стокгольме лежит на армянской стороне.
Отказ от встречи такого уровня за несколько часов до ее начала — это априори демарш. Причем, если можно так выразиться, «демарш крупного калибра». Но, как и в случае с 44-дневной войной, где Азербайджан применял не просто мощное, а именно высокоточное оружие, стокгольмский демарш оказался и масштабным, и выверенным с ювелирной точностью. Отказавшись от встречи, в Баку доказательно и аргументированно «перевели стрелки» на Ереван, напомнив об армянской провокации с визитом парламентариев и возложив именно на Армению всю ответственность за срыв переговоров. Но не менее важно другое: отказ Азербайджана от встречи глав МИД как минимум ставит под вопрос шансы на возрождение после войны посреднической миссии Минской группы ОБСЕ.
А вот тут нужны закулисные подробности. Напомним: ратуют за возвращение к переговорам в рамках МГ ОБСЕ прежде всего в Ереване. В армянской верхушке, судя по всему, всерьёз полагают, что возвращение к этой переговорной «площадке» позволит как минимум «соскочить» с выполнения условий капитуляции, сформулированных в трехстороннем заявлении от 10 ноября 2020 года, а как максимум — вернуться и к старым переговорным предложениям со «статусом Карабаха» и т.д.
Есть ли у этой самой Минской группы реальные шансы на возрождение своего посредничества, да еще с прежним статусом «главной переговорной площадки» — вопрос по меньшей мере открытый. В самом деле, МГ ОБСЕ не продемонстрировала дееспособной дипломатии за более чем четверть века своего посредничества, и 44-дневная война, если уж называть вещи своими именами — это не только военный разгром Армении, но и политическое банкротство Минской группы. Сегодня, в послевоенных реалиях, когда уже появился формат «2+2», посредники из Минской группы регулярно напоминают о себе, но пока еще в этой структуре не появилось ни адекватных переговорных предложений, ни хотя бы внятной дипломатической «модели», на основе которой можно было бы говорить о постконфликтном посредничестве.
Тем не менее, встреча в Стокгольме на полях СМИ ОБСЕ могла, конечно, сыграть роль «кислородной подушки» для посредничества Минской группы. Но переговоры не состоялись, и самое главное, Азербайджан умело и профессионально «перевёл стрелки» на Армению, которая «выстрелила себе в ногу» на дипломатической арене. Где дела у нее и так идут не ахти.
Плюс ко всему срыв переговоров в Стокгольме как минимум создаёт не самый благоприятный фон и для переговоров президента Азербайджана и премьер-министра Армении в Брюсселе, на которую в Армении тоже возлагались нешуточные надежды, Насколько они были оправданы — вопрос риторический. Еще накануне 44-дневной войны в европейских структурах принимали такие документы, что в МИД Армении едва ли не падали прилюдно в обморок от ужаса, а эксперты били тревогу: Азербайджан по сути получил от Европы карт-бланш на военное решение! Сегодня, на фоне газового кризиса в Европе, когда интерес Брюсселя к Азербайджану по понятным причинам растёт, Армении вряд ли стоит рассчитывать на выполнение всех своих капризов. Но это все же прогноз на будущее, пусть и ближайшее. А вот в «сухом остатке» — и другие реалии азербайджанской «высокоточной дипломатии». Отказавшись от встречи в Минске, Азербайджан еще и направил мировому сообществу чёткий месседж. Да, наша страна выступала и выступает за диалог, но вот соглашаться на «переговоры ради переговоров» на фоне армянских провокаций не будет. Более того, это не просто демарш, а еще и «демарш с позиции силы». В Баку прекрасно осознают и свое правовое преимущество, и статус страны-победителя, и то, насколько изменился расклад сил на дипломатической арене после того, как Азербайджан военно-политическим путём выполнил «карабахские» резолюции СБ ООН и освободил свои земли от армянской оккупации.
И, наконец, самое главное (хотя, быть может, и не обозначенное в пресс-релизах). Провокации накануне важных дипломатических встреч — это, если уж называть вещи своими именами, традиционная для Армении тактика, которую Ереван не однажды демонстрировал еще до 44-дневной войны. Но теперь у представителей официальной армянской верхушки есть предостаточно информации к размышлению, к каким последствиям приводит тактика планомерного торпедирования переговорного процесса. Азербайджан не хотел бы повторения в регионе военного сценария, но в Баку готовы и к такому варианту развития событий. А вот есть ли на этот случай план «В» у Армении, большой вопрос. Как, впрочем, и наличие у Еревана «плана А».
Нурани
