Год назад, после подписания Трехстороннего заявления, был дан старт совместной миротворческой миссии России и Турции в Карабахе, а также принято решение о создании Совместного российско-турецкого миротворческого центра. Тогда большинство экспертов сходились во мнении: и этот центр, и формат «2+2», в котором идет сегодня процесс постконфликтного урегулирования стали возможны благодаря особым отношениям Москвы и Анкары.
Но что происходит сегодня?
Можно, конечно, советовать не преувеличивать тот факт, что еще в конце октября Роспотребнадзор доблестно запретил ввоз в РФ турецких мандаринов и лимонов. Но накануне в министерстве обороны России состоялось селекторное совещание. В ходе которого министр обороны России Сергей Шойгу поручил включить в перечень обязательных для просмотра в Вооруженных силах России кинолент фильм «Небо» — о летчике Пешкове. РосСМИ цитируют Шойгу: «Восемнадцатого ноября в широкий прокат выходит художественный фильм «Небо», который снят при поддержке Министерства обороны. Кинопроект повествует о подвиге Героя России подполковника Олега Пешкова, погибшего при выполнении боевой задачи в Сирийской Арабской Республике». Министр уверен: такое «правильное» кино поспособствует патриотическому воспитанию военнослужащих России.
Намеренно оставим в стороне дискуссию, прав ли был Ленин со своим «Из всех искусств для нас важнейшим является кино», и язвительные «шпильки», как подействует на личный состав даже самый правильный фильм, если водить на него строем и по приказу. Вспомним другое. Олег Пешков — это пилот бомбардировщика Су-24М, который 24 ноября 2015 года, после очередного удара по туркманским сёлам и позициям сирийской умеренной оппозиции, залетел в воздушное пространство Турции, где и был сбит. Причем целый ряд косвенных признаков не позволяет исключать, что в планах российского командования значились тогда и удары по Джейханскому терминалу — во всяком случае, фейки, будто бы через этот терминал переправляется «игиловская нефть», не стеснялся озвучивать Путин собственной персоной. Между Москвой и Анкарой тогда разгорелся серьёзный кризис. Его, правда, разрулити, пусть и с немалым трудом. Но сам факт, что именно из Пешкова теперь лепят героя, снимают фильмы, и это кино Шойгу рекомендует к просмотру, говорит о многом.
Более того, в тот же день на турецком треке отличился Игорь Конашенков, официальный представитель Министерства обороны РФ. Комментируя появление в Чёрном море американских военных кораблей, Конашенков сначала заявил, что «речь идет о внеплановых действиях сил США, которые создают многонациональную группировку вооруженных сил в непосредственной близости от российской границы. Подобные действия являются дестабилизирующим фактором в черноморском регионе, одной из целей которых является военное освоение территории Украины», после чего с металлом в голосе изрёк: «С учетом того, что в учениях, помимо американских ВМС, планируется задействование тактической, патрульной и стратегической авиации, а также контингента Вооруженных сил Болгарии и Грузии, Румынии, Турции и Украины – налицо изучение предполагаемого театра военных действий в случае подготовки Киевом силового решения на юго-востоке».
Проще всего, конечно, предположить, что на российскую верхушку неизгладимое впечатление произвёл появившийся в небе над Донбассом «Байрактар». Но, во-первых, истерить и принимать меры по этому поводу нужно было на стадии заключения «оружейных» соглашений между Анкарой и Киевом. Потому как уже тогда не было сомнений, что Украина приобретает «Байрактары», прекрасно зарекомендовавшие себя и в Ливии, и в Сирии, и в Карабахе, не для парада или престижа. А во-вторых, предъявлять претензии Анкаре по поводу его применения глупо и непрофессионально. «Байрактары», стоящие на вооружении ВСУ, уже украинские. Хоть и произведены в Турции. Но вряд ли в РФ не понимают таких азбучных вещей.
Возможно также, что разозлили Москву переговоры президентов Турции и США Реджепа Тайипа Эрдогана и Джо Байдена. Как уже рассказывал Minval.az, официальные релизы по поводу этих переговоров были достаточно сдержанными, но по из итогам Эрдоган сделал несколько весьма оптимистичных заявлений по поводу развития отношений Анкары и США. И если теперь Анкара активизирует сотрудничество с партнёрами по НАТО, в том числе и на таком чувствительном для РФ направлении, как Украина и Черное море, это даёт солидную информацию к размышлению. В том числе и о мотивах РФ: там выстраивали с Турцией «особые отношения», рассчитывая оторвать ее от НАТО и лишить защиты партнеров по Североатлантическому альянсу, но не были готовы к тому, что в Анкаре не пожелают переходить на российскую политическую орбиту. И тем более что там сделают свои выводы, против кого Россия накачивает мускулы в Севастополе, Сухуми и Гюмри.
Но, судя по всему, по-настоящему вывели РФ из равновесия и масштабы натовского ответа на стягивание войск к границам Украины, и то, какое участие в этом принимает Турция.
Господину Конашенкову следует, конечно, напомнить, что, во-первых, Украина и Грузия — это независимые государства, которые вправе выстраивать свою оборонную политику, исходя из своих интересов. А во-вторых, у Киева есть все права и на решение конфликта на юго-востоке силовым путём (тем более что в Карабахе соответствующий прецедент уже создан), и, если получится, привлечь к этому процессу своих союзников. А уж у натовских Турции и Румынии тем более есть все основания опасаться российской политики на Чёрном море, с оккупацией Абхазии, Крыма и планами «рубить коридор» к Приднестровью через Черноморское побережье Украины.
Только вот нервозная реакция Москвы — верный показатель, что на такой натовский ответ на свое бряцание оружием Арбатский военный округ не рассчитывал. И тем более не рассчитывал на участие в ответных действиях НАТО Турции. Которой, конечно, очень хочется «достойно ответить”, но где? На сбитый самолёт Пешкова, судя по многим косвенным признакам, «отвечали» в апреле 2016 года на карабахском фронте, толкнув на силовую авантюру Ереван. Задумка казалась безупречной: накачанная российским оружием Армения обязательно что-нибудь захватит, Турция получит болезненный удар там, где не сможет на него ответить, а тем более позвать на помощь НАТО, да еще будут сорваны планы Азербайджана транспортировать нефть и газ в обход России. Но теперь и результаты апрельских боев 2016 года, и события в Товузе, и тем более исход 44-дневной войны и разгром Армении, мягко говоря, не позволяют считать Карабах удачной точкой для «асимметричного ответа». Слишком уж велик риск получить «асимметричный результат».
И если Минобороны РФ в качестве ответа не проводит учения, а рекомендует к просмотру в войсках фильм о сбитом летчике, это верный признак, что никакого хэппи-энда у нынешнего российского политического кино не предвидится.
Нурани
