«Московский комсомолец» подготовил статью о переговорах по Карабаху в Санкт-Петербурге. Минвал представляет ее с незначительными сокращениями.
Лидеры Армении и Азербайджана прибыли на переговоры в Санкт-Петербург с закрытым забралом. Уже протокольные встречи каждого из них с Владимиром Путиным продемонстрировали, что ни одна из сторон не готова к компромиссу. Встретившись в Овальной гостиной Константиновского дворца, Саргсян и Алиев не пожали руки и уселись друг напротив друга. Поддавшись общему настроению, Путин тоже был немногословен.
Американского и французского сопредседателей рабочей группы ОБСЕ на переговоры не пригласили.
Ильхам Алиев и Серж Саргсян прилетели в Санкт-Петербург практически одновременно. Длинные кортежи один за одним отправились в сторону Константиновского дворца, на территории которого каждой делегации отвели по отдельному коттеджу.
Программа переговоров была анонсирована российской стороной заранее: сначала Владимир Путин с глазу на глаз встречается с президентом Армении (а лидер Азербайджана ждет на нейтральной территории), потом они меняются местами.
Каждая двусторонняя встреча по графику должна была продолжаться около получаса (по факту понадобилось около полутора). Обоим президентам Путин для начала предлагал обсудить двусторонние отношения и товарооборот, который с Арменией вырос, а с Азербайджаном, напротив, упал.
Однако Серж Саргсян, по всей видимости, не был расположен к обмену ничего не значащими любезностями, хотя и порадовался солнечной погоде, установившейся в Санкт-Петербурге после дождливых выходных. «Я не буду останавливаться на двусторонних вопросах, здесь проблем нет», — отрезал он, предложив сразу перейти к основной повестке дня.
Ильхам Алиев вел себя более дипломатично, начав встречу с Путиным с поздравлений по случаю успешного завершения ПМЭФ. Впрочем, по основному пункту переговоров позиция Азербайджана также не изменилась. «Конфликт затянулся, нынешний статус кво неприемлем. Чтобы он изменился, нужно начать освобождение территории Азербайджана, которая более 20 лет находится под оккупацией», — подчеркнул Алиев.
Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков еще с утра намекал, что прорыва в решении нагорно-карабахской проблемы в Санкт-Петербурге ожидать не приходится. Основная цель — «застраховаться» от возобновления боевых действий и не дать пропасть наработкам по урегулированию, пояснил он журналистам.
К числу таких «наработок», как известно, относятся соглашение о прекращении огня 1994 года и Московская декларация 2008 года — единственный документ по Карабаху, под которым стоят подписи президентов Армении и Азербайджана. Все последующие предложения (в том числе те, что были озвучены на недавней встрече Саргсяна и Алиева в Вене) по сути являются «перепевками» инициатив многолетней давности.
Армянский президент на двусторонней встрече с Путиным объявил, что рассчитывает продвинуться по имплементации договоренностей о создании механизма расследования нарушения режима перемирия.
Алиев своей программы-минимум раскрывать не стал, отметив лишь, что рассчитывает на придание «конструктивной динамики» переговорному процессу. Впрочем, его цели и так хорошо известны — первым шагом Баку хочет вернуть контроль над несколькими (по некоторым данным, пяти из семи) граничащими с Карабахом районами, которые сейчас используются в качестве буферной зоны.
Журналисты рассчитывали, что Владимир Путин выскажет свою позицию, а может, и озвучит новые инициативы по урегулированию нагорно-карабахского конфликта на трехсторонней встрече с Алиевым и Сагрсяном.
Изначально ее планировалось провести в формате рабочего завтрака, однако из-за трехчасовой задержки завтрак плавно перетек в нечто среднее между поздним обедом и ранним ужином. Официанты, выстроившиеся за тонкой перегородкой, чтобы не мешать СМИ, старались не греметь приборами. Но слушать было практически нечего.
Посадив Алиева и Саргсяна напротив друг друга и подождав пока фотографы запечатлеют очередную совместную встречу для истории, Владимир Путин сказал буквально следующее: «Мы с вами уже поговорили в двустороннем формате, а сейчас втроем поговорим». После этого встреча проходила за закрытыми для прессы дверями.
