Это будет очередной пример того, сколь неоднозначен окружающий нас мир. И о том, что не стоит очаровываться, чтобы не разочаровываться. Ну и о том, что далеко не каждый мусульманин – друг Азербайджана. В общем, всесторонне поучительная история нарисовалась после того, как демократ Абдул Эль-Сайед, победивший на выборах в Сенат США от штата Мичиган и ставший первым избранным сенатором-мусульманином в истории страны, выступил с заявлением в поддержку армянской повестки.
Как мы ранее передавали, это его заявление еще 1 октября опубликовала армянская лоббистская организация ANCA, которая поддерживала кандидатуру Эль-Сайеда на выборах. Политик поблагодарил организацию за поддержку и раскритиковал администрацию Дональда Трампа за предоставление военной помощи Азербайджану, назвав это «вопиющим нарушением международного права». Эль-Сайед также пообещал отстаивать «мир», «безопасность» и «право армянского народа на самоопределение».
В подобных заявлениях Абдула Эль-Сайеда нет ничего удивительного, если вспомнить его собственный рассказ о детстве, проведенном в окружении армян: они были его одноклассниками, учителями и людьми, с которыми он рос и формировал свои взгляды. Среди них были и потомки тех, кого армянская сторона причисляет к жертвам так называемого «геноцида армян».
При этом в его окружении, судя по всему, не было азербайджанцев, чьи семьи пережили оккупацию Арменией около 20% территории Азербайджана, вынужденное переселение и потерю родных домов. Не было и потомков или близких родственников жертв Ходжалинского геноцида, которые могли бы рассказать ему о судьбах мирных жителей, погибших в феврале 1992 года. Ему никто не рассказывал о том, сколько мечетей в Карабахе разрушила Армения.
Поэтому неудивительно, что политик сегодня охотно воспроизводит армянскую трактовку регионального конфликта, но практически не замечает азербайджанскую боль и исторический опыт. Похоже, его политическая оптика сформировалась под влиянием только одной стороны конфликта – и теперь это влияние проявляется в его публичных заявлениях. Кроме того, нужно учитывать и фактор влиятельности армянской диаспоры в США вообще и в Мичигане в частности.
Тем временем армянская диаспора Мичигана – одна из наиболее заметных и политически активных армянских общин американского Среднего Запада. По поводу ее численности звучат разные цифры. Более 17 тысяч – это цифра, которую приводили представители властей штата; до 50 тысяч – это оценка, озвученная Армянским общественным центром в Дирборне. Разница объясняется в том числе различными критериями подсчета: происхождением, самоидентификацией, смешанными семьями и многим иным.
Но дело далеко не в цифрах. Мичиган – не просто очередной американский штат. Это один из ключевых колеблющихся штатов (swing states), результаты голосования в котором способны повлиять на исход президентских выборов. Армянская община давно научилась использовать это обстоятельство. Основной инструмент политического влияния – Armenian National Committee of America (ANCA) и ее местное подразделение ANC of Michigan.
И бесспорным фактом является то, что ANCA занимается лоббированием, взаимодействует с конгрессменами и сенаторами, поддерживает кандидатов, выступающих за армянскую повестку, и организует избирательную мобилизацию. Особенно показателен пример президентских праймериз Демократической партии в феврале 2024 года. Тогда армянские активисты Мичигана присоединились к кампании голосования «Uncommitted» (неопределившиеся), направленной против политики администрации Джо Байдена. Их претензии касались, в частности, американской военной помощи Азербайджану.
Да, основную кампанию организовали арабские американцы, протестовавшие против политики Байдена в Газе. Но ANCA поддержала эту инициативу и использовала ее для продвижения собственной внешнеполитической повестки. В итоге около 13% участников демократических праймериз проголосовали за вариант Uncommitted. Руководитель ANCA Арам Ампарян в итоге публично признал, что армяне не обеспечили основную массу этих голосов, но сыграли свою роль в кампании.
Поэтому и неудивительно, что Мичиган официально признал «геноцид армян» еще в 2002 году, а в 2026 году Палата представителей штата вновь принимала резолюцию о Дне памяти жертв «геноцида армян». Вот сколь влиятельной силой в Мичигане являются армяне. А еще именно 1 октября ANCA объявила о поддержке Абдула Эль-Сайеда, кандидата демократов на выборах в Сенат США от Мичигана. В ответ кандидат публично выступил против американской военной помощи Азербайджану и пообещал отстаивать интересы армянской общины. Да, именно тогда и именно в ответ на свою поддержку он сделал это заявление.
Но показательно и другое. При всей значимости Конгресса США не стоит забывать, что определение внешнеполитического курса страны – прежде всего прерогатива президента, а не отдельных сенаторов или конгрессменов. Именно президент руководит внешней политикой, формирует её стратегические приоритеты и располагает правом вето, которое никуда не исчезало и будет оставаться важным инструментом сдерживания нежелательных законодательных инициатив. Поэтому посыпать голову пеплом из-за результатов нынешних выборов и отдельных заявлений политиков, поддерживающих армянскую повестку, явно преждевременно.
Да, отношения Баку и Вашингтона традиционно во многом зависели от политической принадлежности американского президента: в периоды демократических администраций они нередко становились более напряженными, тогда как при республиканцах наблюдалась тенденция к их улучшению. Особенно наглядно это проявилось во время первого президентства Дональда Трампа, когда азербайджано-американский диалог получил дополнительные возможности для развития.
Нынешний курс Трампа на укрепление американских позиций в стратегически важном Южном Кавказе также открывает перспективы для дальнейшего сближения двух стран. И это вполне закономерно: прагматичная американская политика рано или поздно должна исходить из понимания того, что без стратегического партнерства с Азербайджаном закрепить долгосрочное влияние в регионе невозможно.
Особое значение в этом контексте имеет подписанная 10 февраля 2026 года в Баку президентом Ильхамом Алиевым и вице-президентом США Джей Ди Вэнсом Хартия о стратегическом партнерстве между Азербайджаном и Соединенными Штатами. Документ предусматривает углубление сотрудничества в энергетике, транспортной логистике, развитии Среднего коридора и маршрута TRIPP, искусственном интеллекте, инвестициях и сфере безопасности, фактически закрепляя стратегическую роль Азербайджана в реализации американских интересов на Южном Кавказе.
Из всего этого следует сделать достаточно простой вывод: да, поддержанный ANCA демократ Абдул Эль-Сайед, вероятно, будет последовательно лоббировать интересы армянской диаспоры и выступать с критическими заявлениями в адрес Азербайджана, однако ни он, ни другие проармянски настроенные конгрессмены и сенаторы не способны единолично перечеркнуть стратегическое партнерство Баку и Вашингтона, закрепленное соответствующей Хартией.
Это, впрочем, вовсе не означает, что с Эль-Сайедом и другими американскими политиками не нужно выстраивать диалог: напротив, их следует приглашать в Азербайджан, в том числе на освобожденные территории, чтобы они могли собственными глазами увидеть последствия армянской оккупации, разрушенные города, села и оскверненные мечети. Одновременно Азербайджану необходимо продолжать наращивать собственную геополитическую значимость, укреплять экономический, энергетический, транспортный и оборонный потенциал, поскольку именно реальный вес государства в конечном счете определяет отношение к нему мировых центров силы.
И здесь весьма показателен пример нынешнего госсекретаря США Марко Рубио, который еще в бытность сенатором пользовался поддержкой армянских организаций, но сегодня, занимая ключевой пост в американской администрации, не демонстрирует той антагонистической по отношению к Баку позиции, которой от него могли бы ожидать в армянском лобби. В конечном счете многие американские политики, даже обязанные своей электоральной победой поддержке армянской диаспоры, неизбежно сталкиваются с необходимостью руководствоваться прежде всего национальными интересами Соединённых Штатов, а они далеко не всегда совпадают с пожеланиями тех, кто помогал им прийти к власти.
