Парадокс многих западных, прежде всего, европейских «мудрецов» состоит в том, что они любят выступать в роли наставников для всего мира, но далеко не всегда следуют тем принципам, которые сами же называют универсальными. На протяжении многих лет Европа говорит о демократии, правах человека, свободе слова, свободе совести и уважении к личности. Однако всякий раз, когда эти ценности сталкиваются с политическими интересами самих европейцев «универсальность» теряет свое значение.
Но хуже всего то, что на Западе любят подменять понятия. Если тот или иной поступок, заявление или жест европейца оскорбляет чувства, к примеру, верующего, то тут же начинают вопить о свободе слова. Но, как известно, свобода слова или права одного человека заканчиваются ровно там, где начинаются права другого.
Еще одним излюбленным понятием европейской политики остается толерантность. На международных площадках постоянно звучат заявления о необходимости борьбы с расизмом, ксенофобией и религиозной нетерпимостью. Все это, конечно же, замечательно и достойно всякого поощрения. Плохо то, что красивые слова зачастую расходятся с реальностью. В результате складывается впечатление, что одни формы дискриминации осуждаются жестко и безоговорочно, а другие получают оправдание под предлогом свободы слова.
Очередным поводом для подобных дискуссий стал инцидент в Северной Ирландии. В пробританском городе Мойгашель была установлена точная копия мечети, которую организаторы намеревались сжечь. Рядом разместили плакаты с лозунгами о защите границ и борьбе с угрозой радикального ислама. В итоге поджог не состоялся, однако сам факт подготовки подобной акции вызвал широкий общественный резонанс.
Да, министр Великобритании по делам Северной Ирландии Хилари Бенн заявил, что подобные действия не отражают позицию большинства жителей региона. И представитель ирландской националистической партии Шинн Фейн призвал полицию рассматривать происходящее как возможное преступление на почве ненависти. Осудили акцию также и другие политические силы. Это вполне понятно, но при этом на ум приходит мысль: если подобные проявления действительно противоречат европейским ценностям, значит, одних заявлений уже недостаточно.
Общество ожидает не только слов осуждения, но и последовательных действий, способных предотвратить новые случаи разжигания ненависти. А ведь это не единичный, и даже не третичный случай. Подобные явления давно приобрели системный характер.
Например, французский журнал «Шарли Эбдо» неоднократно (в 2006, 2011, 2012 и 2020 годах) публиковал карикатуры на пророка Мухаммеда, объясняя подобное принципом свободы слова и традициями сатиры. Однако для всех мусульман такие изображения стали глубоким оскорблением религиозных чувств. Споры вокруг этих публикаций продолжаются до сих пор, а единого ответа на вопрос, где проходит граница между свободой самовыражения и сознательной провокацией, европейское общество так и не нашло.
Не меньший международный резонанс вызвали публичные акции по сожжению Корана в Швеции и Дании в 2023–2024 годах. Их организаторы также ссылались на право свободно выражать свои взгляды. В то же время эти действия были осуждены ООН, ОИС, многими политиками как в Европе, так и за ее пределами. Несмотря на это, подобные акции показали, насколько легко под вывеской свободы слова могут совершаться оскорбительные действия.
Элементы исламофобии нередко проявляются и в государственной политике отдельных европейских стран. Так, во Франции принцип светскости ограничивает ношение заметных религиозных символов в государственных школах. А в Швейцарии на референдуме 2009 года было принято решение запретить строительство новых минаретов. Сторонники подобных мер называют их защитой светского государства и национальных традиций, тогда как критики видят в них признаки дискриминации мусульманской общины.
Не менее резкими бывают и заявления отдельных европейских политиков. Лидер нидерландской Партии свободы Герт Вилдерс неоднократно выступал за запрет Корана и против строительства новых мечетей. В свою очередь, французский политик Эрик Земмур заявлял, что ислам трудно совместим с французской республиканской моделью.
Приведенные примеры – лишь верхушка айсберга. На самом деле их гораздо больше. Эти случаи могут отличаться по своим обстоятельствам или географии стран, но их объединяет одно: усиление напряженности в обществе. И если европейские государства действительно стремятся сохранить репутацию защитников прав человека, им необходимо одинаково последовательно относиться ко всем проявлениям нетерпимости, независимо от того, против какой религии или группы населения они направлены.
В противном случае, все разговоры о равенстве, уважении, толерантности и прочей «демократической шелухе» не более чем словоблудие.
