«Да благословенны будут все забывающие,
ибо не помнят они ошибок своих.»
Фридрих Ницше
Открываем год. Разумеется, «подвести итоги» особо не удалось, так как сейчас события у нас проносятся просто вихрем, не успеваешь опомниться, что день — новый манжет и новая сенсация, с видео или без. Поэтому 31 декабря ничего не кончилось и с 1 января ничего не началось, все остается, так как и было, однако, несмотря на это, странности продолжаются…
Например, в прессу просочилась весьма странная информация, о том, что власти собираются строить большую стену вокруг линии оккупированных территорий. Всей линии без исключения, то есть обхватить забором огромную территорию, почти одну пятую часть Азербайджана. Хотя искать логику в действиях нашей власти не очень просто, но все же: если это — правда, то спрашивается – какой от этого прок?
Переговоры по Карабаху в нынешнем виде формате окончательно скомпрометировали себя, и зашли в глубокий тупик – это понятно уже даже младенцу. После того, как начиная с 2008-го года бывший «унтер-президент» (это по В. Наводворской, зато сейчас «прим» по Путину) Медведев провел более 10-и встреч в трехстороннем формате, не произошло ни миллиметра продвижения в этом вопросе. Скорее наоборот, после истории попытки криминализации во Франции «закона о геноциде» и героизации нашего «Раскольникова» местного масштаба, всем стало ясно, что уровень ненависти в обоих обществах зашкаливает не на шутку. «Цюрихские протоколы», предпринятые Турцией и «Новым Римом», для нового решения сложных региональных вопросов, также ни к чему особому не привели, кроме «флажных ультиматумов», между прочим между двумя государствами одной нации – это уже по Общенациональному, не (Аз)ТВ, а Лидеру. Короче говоря, словосочетание «Минская группа ОБСЕ», стала именем нарицательным. Заявления же, типа «Минская группа ОБСЕ должна активизировать свои действия» — в лучшем случае вызывают зевание, тошноту и расстройство кишечника, разумеется, на обращающих хоть малейшего внимания, этим пустым и ничего не значащим слово-мантрам, звучащим, словно некое ostinato в нашем обществе вот уже почти 20 лет.
Сейчас все «примирители» как-то приуныли, видать даже перелеты в бизнес-классе и прочие прелести «миротворчества», не особо вдохновляют для бодреньких заявлений. Нет сомнений, что эта публика опять-таки стойко должна продолжить свою суровую миссию в этой бесконечной череде переговоров – разумеется, что трудней найти кого-либо более заинтересованных в продолжении этого процесса, как чинуш и бюрократов разного калибра, что наших, что «забугорных». И все они бы с удовольствием продолжили так же до бесконечности, однако…
В данной ситуации все понимают: на этот год в переговорах надеяться вообще не на что. Совсем. Потому, что в обеих противоборствующих странах в этом году должны состояться «выборы», да президентов. И в данной ситуации, как выразил однажды один из столпов отечественной политики: «есть такие вопросы, ответы на которых лимитируют дальнейшие возможности маневрирования».
Кажется, вопрос исчерпан и можно было пойти пить чай. Но нет, жизнь ведь не может быть такой простой. Выскочила откуда-то эта стена и с ней надо что-то сделать. Попробуем.
Интересно, что это такое? Стена, забор, ограда, быть может? С XXI веком во дворе строить такую ограду? Для чего же? Быть может, по мнению наших властей это будет неким Ultima ratio, или «letzte Entscheidung» в этом довольно долгом и бессмысленном по своей сути молчаливом противостоянии последних 20-и лет? Или это какое-то стратегическое военное решение? Не военный, но могу сказать, но кажется ВВС и ракетные службы у всех армий мира давненько на службе. И вообще, если честно, когда задумываешься об усилиях и затратах, да вероятном бюджете, который потребовался для… как бы корректно сказать? Ну допустим, «реализации амбициозного проекта», то на ум приходит только одно, и это то же самое, о чем и Вы подумали, дорогой читатель. Да, толстый будет бюджет, и приятно будет осваивать его, и приятно будет тем, кто будет осваивать его, и да благословенны будут они в этом освоении в очередной раз во имя Отца и Сына – Аминь! Вспоминается весьма уместная строчка бессмертного Высоцкого: «Уж если я чего решил, так выпью обязательно». Ничего не скажешь. Аллах хейир версин, как говориться, «бон аппетит».
Однако кроме военных и «экономических» моментов, в таком тонком деле как изоляция стеной, есть еще и некий, безусловно, историко-культурный аспект. Есть аналоги в мировой истории, такой «аналогу олмаян» идее?
Первое, что приходят на ум, безусловно, Великая Китайская стена — одна из крупнейших и древнейших Стен в мировой истории и архитектуры, с протяженностью более чем восьми тысяча километров. Китайцы строили ее с незапамятных времен для защиты от внешнего врага, который, тем не менее, несколько раз умудрялся переходить ее. Стена столь огромной протяженности, построенная в разных географических и ландшафтных условиях, с началом XX века окончательно потеряла военный смысл, став сугубо культурным достоянием Поднебесной и местом массового туристического паломничества. Сейчас она, как уникальное архитектурное сооружение включена ЮНЕСКО в список объектов всемирного наследия, как некое стремление человека, «объять необъятное».
Такую же военную функциональность несла в себе Стена при Римской империи, так называемый «Вал Адриана», возведенная в Северной Англии. Vallum Hadriani была оборонительным укреплением, длинною почти 120 км, построенная римлянами при императоре Адриане для предотвращения набегов аборигенов и пересекает всю северную Англию. Сейчас это выдающийся памятник античности в Великобритании.
Но если из античности попытаться перебраться к нам поближе, то в памяти сразу же всплывает трагическая Берлинская Стена. Berliner Mauer, которой было суждено стать символом перемен и нового времени для Европейской цивилизации. Это массивное сооружение из камня и бетона, с мощной охраной, минами, датчиками передвижения, колючей проволокой и прочими средствами защиты от человека, было построено в начале 60-х и почти тридцать лет не давала людям перейти знаменитую на весь мир улицу Friedrichstrasse. В отличие от Великой Китайской и Vallum Hadriani, у нее есть точная дата начала строительства — 13 августа 1961 года.
Еще в отличии от первых двух, у Берлинской Стены не было никакой военной функции, у нее было сугубо изоляционное и даже некое идеологическое значение, из-за чего, ситуация, несмотря на трагизм и крайнюю напряженность, иногда приобретала даже комический оттенок. Кажется, весь мир облетела знаменито-двусмысленная фраза Кеннеди — “Ich bin ein Berliner” — которое на немецком можно также трактовать как «Я — пончик», так как фраза Berliner, кроме традиционного «берлинец», означает также и пончик.
Ужасный и трагический символ разделения народа, Стена к 1989-му году, перед моментом падения, превратилась в многокилометровую выставку граффити. Несмотря на трагизм и боль, затянувшиеся на десятилетия, Стена превратилась в некий культурный символ и достопримечательность Берлина, и после разрушения, её фрагменты мгновенно превратились в сувениры и объекты торговли. Она же инициировала очень многие культурные начинания: знаменитая рок-группа Scorpions спели песню “Wind of Change”, а небезызвестная по фильму Вима Виндерса («Небо над Берлином») Postdamer Platz стал центром мирового кино. Шедевры же немецкого кино, как «Гуд бай Ленин», или «Жизнь других», кажется смотрели все. А песня Удо Линденберга — „Wir wollen einfach nur zusammen sein“, словно обрамляла стремление немцев к объединению. Может быть, когда-то такое суждено пережить и нам…
Итак, каков результат небольшого экскурса? Были стены – безусловно. Помогли, предотвратили они что-либо? Вряд ли. Интересно, построят ли наши власти такое? Ничего не приходит на ум, кроме латинского выражения Credo quia absurdum — означающее «Верую, ибо абсурдно».
Наше общество сейчас, безусловно, переживает глубокий стресс. Это аксиома, не требующая доказательств. Первооткрыватель этого понятия, то есть стресса, выдающийся канадский ученый Ганс Селье, рассматривал физиологический стресс как ответ на любые предъявленные организму требования, и считал, что с какой бы трудностью ни столкнулся организм, с ней можно справиться двумя типами реакций: активной, или борьбы, и пассивной, или бегства от трудностей или готовности терпеть их.
Кстати, Селье не считал стресс вредным, а рассматривал его как реакцию, помогающую организму выжить. Значит, выживем, даже если будем строить Стену.
P.S. А ведь кроме перечисленных, история знает еще одну Стену — Стену плача…
Эльмир Мирзоев
нимдаш
