Пресс-секретарь Министерства иностранных дел Ирана Исмаил Багаи заявил сегодня, что о добрососедских отношениях не может быть речи, если соседние государства принимают у себя агрессора.
«Мы не можем говорить о добрососедских отношениях, когда соседние страны принимают у себя агрессора. Если они всерьез намерены создать региональный механизм безопасности, первым шагом должно стать предотвращение использования их территорий внешними силами для угроз или нападений на другие страны», — заявил Багаи.
Как видим, не называя Азербайджан напрямую, судя по контексту прежних заявлений иранских официальных лиц, он вновь затрагивает тему, которую в Тегеране неоднократно использовали для давления на Баку. Да, обвинения в том, что территория Азербайджана якобы использовалась для угроз Ирану или проникновения израильских беспилотников, ранее звучали со стороны иранских политиков, дипломатов и подконтрольных государству СМИ, однако убедительных доказательств этих утверждений представлено не было.
Более того, в июне 2025 года президент Ирана Масуд Пезешкиан действительно призвал проверить сообщения о возможном использовании азербайджанского воздушного пространства, но Азербайджан категорически отверг обвинения, а иранский посол в Баку впоследствии заявил, что иранская сторона полностью уверена: азербайджанская территория не будет использована против Ирана.
В августе 2026 года сам Пезешкиан публично признал, что Азербайджан оказывал Ирану существенную помощь во время войны, в том числе содействовал решению транспортных вопросов и обеспечению необходимых поставок. На этом фоне очередные рассуждения о недопустимости предоставления соседями своей территории внешним силам звучат как минимум неоднозначно: Баку неоднократно заявлял, что не позволит использовать свою территорию для военных действий против соседних государств, включая Иран.
Так что если у Багаи есть доказательства обратного, то он мог бы четко указать на это, приведя доказательства сказанного. Их, я уверен, не существует. При этом практика озвучивания туманных намеков лишь подрывает доверие между двумя соседними странами. Тем более что пресс-секретарь МИД Ирана весьма прозрачно намекнул на недовольство официального Тегерана визитом в Баку президента Израиля Ицхака Герцога.
А вот тут стоит уточнить, что состоявшийся на прошлой неделе визит Ицхака Герцога был связан с его участием в работе Седьмого саммита Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), который стал событием, определяющим дальнейшую судьбу одной из наиболее масштабных многосторонних площадок континента. Ведь на фоне войн, растущего недоверия между мировыми центрами силы, кризиса международных институтов и обострения конкуренции за транспортные и энергетические маршруты предстоящий форум приобретает особое значение.
Кроме того, помимо Герцога, в данном мероприятии участвовали руководители самых разных стран. Более того, в работе саммита участвовал и Иран, представленный заместителем министра иностранных дел по правовым и международным вопросам Каземом Гарибабади. Таким образом, Баку собрал на одной международной площадке представителей Ирана и Израиля — государств, оказавшихся по разные стороны военного противостояния.
Да, когда президент Израиля Ицхак Герцог приступил к выступлению, иранская делегация демонстративно покинула зал. Но это уже был выбор иранской стороны. К Азербайджану, который принимал столь важное мероприятие, у Тегерана не может быть никаких претензий. В том числе и по причине неуместности попытки вмешательства во внешнеполитическую линию, проводимую Баку.
И тут также есть что напомнить иранской стороне. Начнем с того, что Иран не разорвал дипломатические отношения с Арменией и не закрыл общую границу даже после того, как в результате армянской военной агрессии была оккупирована примерно пятая часть территории Азербайджана. Напротив, Тегеран последовательно развивал отношения с Ереваном, а армянские президенты регулярно посещали Иран: Левон Тер-Петросян побывал там трижды — в 1992, 1994 и 1995 годах, Роберт Кочарян — дважды, в 2001 и 2006 годах, а Серж Саргсян — четыре раза, в 2009, 2011, 2013 и 2017 годах.
При этом второй и третий президенты Армении были выходцами из руководства карабахского сепаратистского движения, а Азербайджан обвиняет их в причастности к тяжким преступлениям, связанным с оккупацией и войной. Так вот, в годы их президентства Ереван и Тегеран не просто сохраняли политические контакты, но и укрепляли договорно-правовую базу двусторонних отношений. Сотрудничество охватывало энергетику, транспорт, торговлю и банковскую сферу, включая проекты газопровода Иран — Армения и линий электропередачи, а в 2016 году стороны договорились расширять транспортные связи и упростить взаимные поездки граждан.
По данным МИД Армении, сегодня договорно-правовая база отношений с Ираном насчитывает более 190 международных документов. Иными словами, Тегеран десятилетиями считал возможным развивать стратегически значимые связи с государством, которое держало под оккупацией 20% территории Азербайджана, варварски опустошая наши земли и разрушая там мечети. На этом фоне претензии Ирана к Азербайджану из-за развития азербайджано-израильского сотрудничества выглядят по меньшей мере нелогично: если Тегеран считает собственные отношения с Ереваном суверенным внешнеполитическим выбором, он должен признавать такое же право и за Баку.
