Ситуация на Ближнем Востоке вновь срывается в штопор. Центральное командование ВС США (CENTCOM) сообщило в социальной сети Х, что завершили очередную серию ударов по Ирану, атаке подверглись около 90 военных объектов. Какие именно цели были атакованы, не конкретизируют ни в Вашингтоне, ни в Тегеране. Иран не стал выступать с заявлением и сразу ответил огнём. Здесь ранее заявили, что нанесли удар по 85 американским целям в странах Персидского Залива.
То, что о перемирии после такого можно будет говорить исключительно в теоретическом измерении, было ясно с самого начала. Ну а теперь президент США Дональд Трамп в весьма резких выражениях объявил о разрыве соглашения и срыве переговоров. «Перемирие с Ираном закончилось. Я не принимаю соглашение. Всё кончено. Переговоры с ними — пустая трата времени», — заявил Трамп. — Переговоры могут продолжаться. Но они очень много врут. Они постоянно врут. Они лжецы, они мошенники, они больные люди».
Затяжную войну, впрочем, Трамп не прогнозируют. И логичнее всего предположить, что конфликт в регионе становится «хроническим вялотекущим с обострениями». Шансов на возобновление переговоров тоже немного – особенно при нынешней команде в США. После слов «они лжецы, они мошенники, они больные люди» снова через несколько дней сесть с ними за стол переговоров, а потом ещё анонсировать сделку – это слишком. Кроме того, в переводе с вашингтонского политического, «большой войны не будет» может означать, что в США не планируют по крайней мере сухопутной высадки и рассчитывают переломить ситуацию при помощи серии ракетных и бомбовых ударов.
Строго говоря, сухопутную операцию в США и не планировали. Иран – это не остров Гренада, сухопутная операция неизбежно столкнётся с сильнейшим сопротивлением, в том числе и «партизанским». Более того, как показали похороны аятоллы Али Хаменеи, мобилизационный потенциал иранских властей достаточно высок. Плюс ко всему нет и оппозиции, которая смогла бы отстранить от власти нынешнее правительство и взять ответственность за страну на себя. Что же касается амбициозных планов «вторгнуться и строить страну заново», то США на примере Афганистана уже наблюдали, что это стратегия не работает, войска всё равно придётся выводить, да ещё с позором. Неудивительно, что Трамп на это не идёт. Однако сценарий «ракетной войны», если и не заведомо проигрышный, то уж точно не выигрышный. Иран уже пережил две серии ударов – сначала израильских, затем американских. И все это время демонстрировал завидную устойчивость – и политическую, и военную.
Однако выхода у Трампа тоже нет. Наблюдать, как иранцы нарушают достигнутые договорённости – удовольствие ниже среднего. Ничего не предпринимать Вашингтон тоже не может. Это удар по имиджу едва ли не больший, чем Афганистан для Байдена.
Наконец, есть и такое обстоятельство. Дональд Трамп уже критиковал союзников по НАТО, что те не включаются в его иранскую стратегию. И теперь генсек НАТО Марк Рютте в беседах с журналистами уже не исключает, что страны – члены альянса примут участие в иранской войне. Насколько это совпадает с обещаниями Трампа, что большой войны не будет – вопрос открытый. Тем более нет ясности с Турцией. Там, напомним, воздерживаются от слишком резких действий с сопредельными странами, особенно под чужой политический заказ. И всё это наталкивает на один вывод: в Персидском Заливе большой войны, по всей видимости, не будет. Мира не будет тоже. А вот взрывоопасная военно-политическая неопределённость грозит затянуться на очень долгий срок.
