С берегов Персидского залива по-прежнему приходят драматичные новости. Иран продолжает атаковать цели в нефтяных эмиратах. Официально Тегеран бьёт по американским военным базам в этих странах. Но в реальности достаётся и аэропортам, и НПЗ, и другим гражданским и инфраструктурным объектам.
Возможно, правы те, кто считает, что до окончания войны время для подведения её итогов и масштабной аналитики ещё не пришло. Но кое-что очевидно уже сейчас. В том числе и в таком деликатном вопросе, как наличие на своей территории иностранных, прежде всего американских, военных баз.
На излёте «холодной войны» эти базы воспринимались как нешуточная гарантия безопасности. В некотором смысле «моментом истины» для стран Персидского залива стало лето 1990 г., когда иракские войска вторглись в Кувейт. «Раздавить» небольшой, богатый и, в общем-то, беззащитный Кувейт армии Саддама Хусейна не составило труда. Более того, эту страну тут же объявили девятнадцатой провинцией Ирака. А уже в январе 1991 года стартовала «Буря в пустыне» – американская военная операция по освобождению Кувейта, в рамках подготовки которой в многих странах Залива и были развёрнуты американские базы. Выводить которые даже после падения режима Саддама Хусейна никто не стал. Да и сами власти нефтяных монархий на этом не очень настаивали, полагая, что эти самые военные базы – неплохая гарантия безопасности на случай внешнего вторжения.
А этот опыт уже далеко не безразличен для Азербайджана. Особенно с учётом наших собственных реалий. Да, в начале девяностых многим казалось, что размещение американских или НАТОвских военных баз – это лучший способ создать противовес военному сотрудничеству России и Армении. Но сегодня иллюзии рассеялись.
На фоне иранской войны раскрывается, скажем так, «тёмная сторона» наличия этих самых военных баз. Дело не только и не столько в том, что любая страна, в том числе и США, размещает где-либо военные базы прежде всего в собственных интересах. Куда важнее другое. Прежде всего, для гарантий безопасности нужны соответствующие военные договоры, где эти гарантии прописаны. А договоры всегда предусматривают обязательства обеих сторон – со всеми, как говорится, вытекающими. И существенно ограничивают «свободу рук» во внешней политике. И самое главное: в любом случае эти военные базы – прежде всего мишень. В том числе и на чужой войне. Более того, как показывает, опять-таки, иранская война, риски здесь очень часто больше дивидендов.
А тогда уже становится понятно, насколько мудро поступил Азербайджан. На территории нашей страны нет никакого иностранного военного присутствия – ни в виде баз, ни в миротворческом статусе, ни как-либо ещё. Тем более нет оккупационных войск. И это потребовало огромных усилий. Апрельские бои 2016 года, 10-ю годовщину которых мы отметили совсем недавно, 44-дневная Отечественная война 2020 года, антитеррористические рейды в сентябре 2023-го – всё это позволило покончить с армянской оккупацией и восстановить суверенитет Азербайджана на всей международно признанной территории.
Ещё раньше, в 2012 году, была закрыта Габалинская РЛС. Прекращена и миротворческая операция в Карабахе. Всё это потребовало огромных усилий – и военных, и политических, и дипломатических. А ещё наша страна не поддалась на чьи-то, на первый взгляд, щедрые посулы и не разместила на своей территории иностранные военные базы. Со всеми рисками и опасностями, которые этот шаг несёт, – при весьма скромных и призрачных дивидендах.
Настоящая политическая дальновидность выглядит именно так.
