Политики, эксперты и журналисты продолжают обсуждать подписание Устава Совета мира на Давосском форуме. И вряд ли есть необходимость в который уже раз напоминать, что создан этот Совет по инициативе президента США Дональда Трампа, что в число стран-учредителей вошёл Азербайджан — президент Ильхам Алиев накануне подписал Устав Совета мира, что призван этот орган нормализовать ситуацию в секторе Газа и вообще на Ближнем Востоке…
Конечно, здесь наличествует огромное поле для комментирования. Очевидно, и это уже отмечалось, что на новый уровень выходят взаимоотношения Азербайджана и США. Наша страна ещё раз подтвердила свой высокий политический авторитет в таком сложном регионе, как Ближний Восток. Азербайджанская дипломатия высокого уровня уверенно расширяет «поле деятельности».
Можно вспомнить, что на Ближнем Востоке успешное посредничество демонстрировали именно США. Первым прецедентом стали переговоры в Кэмп-Дэвиде в 1978 году, когда удалось добиться мира между Египтом и Израилем. При американском посредничестве была подготовлена и проведена и знаменитая встреча в Осло, где уже и палестинский «реис» Ясир Арафат был вынужден признать за Израилем право на существование.
Но есть тут ещё одна сторона вопроса. Конфликт на Ближнем Востоке — один из самых кровавых и застарелых. Он тянется по меньшей мере с сороковых годов ХХ века. И за это время за нормализацию ситуации в этом регионе брались многие официальные международные организации, и прежде всего ООН. Огромный ворох резолюций, решений, обеспокоенных заявлений, целое агентство помощи палестинским беженцам — перечислять можно до бесконечности. Но на деле заметных успехов ООН здесь так и не продемонстрировала. Зато скандалов — сколько угодно. Достаточно вспомнить участие, точнее, соучастие сотрудников БАПОР, того самого агентства по помощи палестинским беженцам, в атаке на Израиль 7 октября и обнаружение удостоверения БАПОР у одного из руководителей ХАМАС.
Возможно, на заре своей деятельности ООН и представляла собой эффективный инструмент. Достаточно вспомнить Корейскую войну, где международный контингент, включая и турецких военнослужащих, действовал именно под флагом ООН. Уже на рубеже пятидесятых — шестидесятых годов ХХ века ООН вела активную посредническую деятельность в Африке. Именно тогда при невыясненных обстоятельствах погиб генеральный секретарь ООН Даг Хаммаршельд.
Но сегодня обитатели помпезного небоскрёба на набережной Ист-Ривер в Нью-Йорке с успехом плодят бумаги, выражают обеспокоенность, влипают в коррупционные скандалы, ну а эффективность их деятельности — увы, нуль без палочки.
И вот на таком фоне создание Совета мира уже превращается в ещё один красноречивый признак политического банкротства ООН. Это параллельная структура для решения тех задач, которые, по идее, должна была бы решать именно ООН, но она их решить то ли не может, то ли не желает.
Азербайджану тоже есть что вспомнить. Около трёх десятков лет на бумаге оставались четыре резолюции СБ ООН, посвящённые Карабаху и требующие немедленного вывода армянских войск с территории Азербайджана. В конце концов Азербайджан выполнил их сам, когда вышиб оккупантов военным путём.
Строго говоря, Совет мира — уже не первый прецедент создания «параллельных структур». Многие эксперты не без оснований полагают, что, к примеру, та же «большая семёрка», успевшая некоторое время побыть и «большой восьмёркой», — это, по сути, альтернатива Совету Безопасности ООН, где пять постоянных членов с правом вето чаще всего просто не могут договориться между собой и выработать солидарную позицию. Международные форумы типа того же Давоса слишком уж напоминают неформальную альтернативу Генассамблее ООН — с той разницей, что здесь куда меньше театральных эффектов и куда больше реальных решений, в том числе и со стороны большого бизнеса.
Другой вопрос — как долго в ООН собираются делать вид, будто политического банкротства этой организации не произошло.
