Обозреватель ««Аргументов и Фактов» Георгий Зотов подготовил репортаж о царящих в Армении настроениях на фоне противостояния власти и оппозиции в стране. Minval.az публикует ниже репортаж журналиста с незначительными сокращениями:
«Русские наши единственные друзья! – гневно стучит палкой в асфальт житель Еревана Арам Гургенян. – Я всегда это говорил и буду говорить!».
Во время «бархатной революции» в 2018 году к власти в Армении пришло прозападное правительство Никола Пашиняна: оно собиралось активно развивать и улучшать отношения с ЕС и Америкой. Сами видите, что в итоге вышло…
После распада Советского Союза Армения все свои надежды возлагала именно на Запад. Первый президент республики Левон Тер-Петросян, избегая «тоталитарного наследия СССР», даже отменил празднование Дня Победы 9 мая. Как отчаянный коммунист, он обрушился на всё советское – неоднократно заявляя о «о страданиях народа Армении под сапогом советской тирании». Говорят, были планы открыть «Музей советской оккупации» в Ереване – как это уже сделали в Риге и Тбилиси: до такого, к счастью, не дошло. В 1993 году было прекращено обучение в школах на русском языке – остался только армянский. Однако, кланяясь в сторону Запада, экс-президент подписал договор о военной базе РФ в Гюмри. Он отлично осознавал – с одной стороны турецкая армия, с другой – азербайджанская… А Армения посередине, как орех в клещах.
Будучи в оппозиции, нынешний премьер-министр Армении Пашинян горячо призывал к выходу республики из Евразийского экономического союза и Договора о коллективной безопасности с Россией: дескать, зачем нам русские, если нас ждут богатый Евросоюз и мощный блок НАТО? Газ подорожает, но зато сколько других выгод! Едва Пашинян сел в премьерское кресло, его антироссийские высказывания моментально испарились. Выяснилось: терять кучу денег от разрыва с Россией армянские политики вовсе не готовы.
«Нам всё равно объясняли – предыдущая власть президентаСержа Саргсяна, которую армяне ненавидели всей душой, была именно пророссийской, — вспоминает бывший капитан армии Армении Сурен Тер-Гукасян. – То бишь, Россия поддерживала столь неприятных людей — воров и взяточников. Поэтому, лучше понемножку двигаться от неё к хорошим странам Запада. Нового премьера окружили работники, близкие к фонду Джорджа Сороса, ранее тоже отличившие антироссийскими высказываниями». Пашинян вполне понимал: с Россией портить отношения не стоит. Возможно, его устраивала роль Лукашенко – тянуть из Москвы деньги, грозя уйти на Запад. А у нас-то, разумеется, уже привыкли к системе нанимать себе платных друзей.
На митингах оппозиции на проспекте Баграмяна люди наперебой кричали мне – «Нам не нужен Запад! Мы хотим быть с русскими! Вы обиделись? Простите нас!».
Сейчас раздаются голоса, что Армении хорошо бы войти в единый государственный союз вместе с Россией и Беларусью, тогда её не посмеют тронуть турки. Страна резко поняла: как и сто лет назад, она практически беззащитна против турецкой военной мощи. «Армении вообще лучше быть в составе России!» — негромко сообщает мужчина лет сорока в костюме и галстуке. Раньше такое заявление вызвало бы, мягко говоря, взрыв возмущения. Теперь народ просто молчит и вздыхает. «Скажите, Россия нас не бросит?» — спрашивает меня пожилой человек. И напряжённо ждёт ответа.
Я хочу особо подчеркнуть – Запад Армении ничего не обещал, и не был с ней связан договорами о содействии в случае войны с Азербайджаном. Скорее, тут вина армянских политиков, заверявших – нам важно выстраивать отношения с Европой и США, это наши главные партнёры и друзья: видите, американцы мило признали «геноцид армян» в позапрошлом году. Хотя на самом деле-то признание было сделано Америкой специально, дабы позлить Турцию. Запад устранился от проблем Карабаха: его поведением и обусловлено царящее в республике сильное разочарование. Никакой ненависти к России, как в Латвии, Эстонии, Грузии и на Украине, среди подавляющего большинства армян не проявлялось. Понадеялись на новых друзей, а те их кинули.
«У нашей Армении есть лишь один шанс выжить – занимать полностью пророссийскую позицию, — строго говорит мне демонстрант на проспекте Баграмяна. – И мне странно, что это по-прежнему так никто и не понял».
