Сразу два российских бизнесмена — владелец алкогольной SPI Group Юрий Шефлер и совладелец технологической IPG Photonics Валентин Гапонцев, обратились к американским лоббистским фирмам для того, чтобы понять, как на их бизнес повлияет внесение в «кремлевский список» США, пишет БК.
Еще один фигурант доклада американского Минфина — экс-владелец газовой компании «Нортгаз» бизнесмен азербайджанского происхождения Фархад Ахмедов — обратился к юристам для подготовки исков, чтобы «отстаивать свою честь и репутацию в американских судах» из-за включения в получивший известность доклад. Об этом сам бизнесмен рассказал РБК.
«Я первый из российских бизнесменов заявил, что буду оспаривать так называемый «кремлевский список». Пока что этот список был переписан из журнала Forbes, но в любом случае я буду отстаивать свою честь и репутацию в американских судах, — сообщил Ахмедов. — Сейчас мои юристы собирают необходимые документы по запросу [юридической] компании Williams&Connolly (она будет представлять интересы бизнесмена, но договор с ней пока не заключен) о том, какой ущерб нанес этот список. [Подготовка иска] — это вопрос не одной недели и не одного месяца».
«Несогласный» с включением в «кремлевский доклад» бизнесмен Фархад Ахмедов родился в 1955 году в Азербайджане. В 2012 году он продал НОВАТЭКу 49% газовой компании «Нортгаз» более чем за $1,3 млрд. Вырученные деньги он частично потратил на покупку акций НОВАТЭКа, а также ЛУКОЙЛа, «Газпрома», Сбербанка и других компаний. В 2004–2009 годах он представлял в Совете Федерации сначала Краснодарский край, а затем Ненецкий автономный округ. В 2017 году Ахмедов занял 67-е место в российском рейтинге Forbes с состоянием в $1,3 млрд.
Вместе с тем, опрошенные РБК эксперты сомневаются в эффективности лоббирования в данной ситуации. «Что могут сделать в данной ситуации лоббисты, непонятно. Можно было лоббировать непопадание в список, а исключение из списка — это явление, которое пока ни с кем не происходило. Теоретически можно предположить, что кого-то могут исключить из списка, но он появился полтора месяца назад, из него никого не исключали и не добавляли, непонятна даже процедура исключения из этого списка», — говорит партнер Herbert Smith Freehills Алексей Панич. Помимо потенциальной угрозы в виде применения реальных санкиций, попадание в «Кремлевский доклад» может иметь и косвенные последствия: «Вокруг человека создается некая аура, в его отношении вроде бы рассматривается вопрос принятия санкций, и к взаимодействию с таким лицом американские партнеры начинают относиться с большой осторожностью», — говорит он.
«В ответе № 552 своего FAQ в отношении закона CAATSA Минфин США прямо указал попавшим в «кремлевский список» бизнесменам, что фигурирование в 9-страничном докладе не означает «переезда» в санкционный список. Но желание бизнесменов любыми средствами избежать своего попадания туда очень хорошо понятно», — говорит юрист-международник Сергей Гландин, изучающий вопрос санкций.
Затею с лоббированием он считает «напрасной, даже вредной». «Если прочесть 241-ю статью закона CAATSA, то там черным по белому написаны критерии попадания под санкции: размер состояния и близость к режиму Владимира Путина. В случае с господином Шефлером, он подпадает под первый, но не подпадает под второй критерий», — говорит юрист. В OFAC (подразделение Минфина по санкциям. — ред.) сидят далеко не глупые люди, они тщательно собирают информацию о потенциальном фигуранте и, конечно же, заметят желание доказать непричастность к правящему режиму, указывает Гландин, а воздействовать на OFAC через лоббирование все равно бесполезно — «это напрасно выкинутые деньги».
Minval.az
