О раскрытом «китайском секрете» Путина и Жапарова; о том, чьей родиной стала Центральная Азия; новом транспортном маршруте для ЦА; разгромном докладе Евросоюза о правах человека в республиках региона; нефтяных и газовых подвижках Казахстана и Туркменистана; военно-техническом сотрудничестве Узбекистана и Турции, а также об ином – в нашем обзоре.
Про новый железнодорожный маршрут для России с выходом на Индийский океан через Туркменистан, Иран, Афганистан и Пакистан с большим профитом для республик Центральной Азии рассказало издание Eurasia Today со ссылкой на «идею» вице-премьера РФ Марата Хуснуллина.
Отмечается, что товарооборот России и Индии достиг более $70 млрд. Из них экспорт РФ в Индию составил $65,7 млрд. Стороны поставили задачу довести взаимную торговлю до $100 млрд к 2030 году.
На этом фоне развитие сухопутной логистики становится стратегическим вопросом. Уже существующеий международный транспортный коридор «Север – Юг» протяженностью около 7,2 тыс. километров соединяет Россию с Ираном и далее с рынками Индии. По итогам 2025 года по нему было перевезено около 21,5 млн тонн грузов, а контейнерные перевозки выросли примерно на 35%.
«Если новый маршрут получит практическое развитие, – пишет издание, – его значение выйдет далеко за рамки российско-индийской торговли» То есть, «Для стран Центральной Азии появится дополнительный сухопутный выход к портам Пакистана и рынкам Южной Азии, что позволит диверсифицировать экспортные маршруты и снизить зависимость от традиционных направлений через Россию, Китай и Каспийское море».
Так, Узбекистан, Казахстан, Туркменистан и Кыргызстан смогут расширить поставки сельхозпродукции, промышленных товаров и сырья, а развитие железнодорожной инфраструктуры даст новый импульс приграничной торговле, логистике и созданию транспортно-складских центров.
В более широком смысле такой коридор способен связать Россию, Центральную Азию, Афганистан, Пакистан и Индию в единую транспортно-экономическую цепочку. Для региона это означает сокращение логистических издержек, появление новых рынков сбыта и усиление взаимозависимости стран, что делает развитие транспортной инфраструктуры важным инструментом экономической стабильности.
Анализ ДНК установил, что родиной тюльпанов является Центральная Азия – «предок» современных тюльпанов существовал здесь около 22,8 млн лет назад, информирует «Азия-плюс». В соответствующих изысканиях участвовала международная группа ученых Кембриджского университета, Королевских ботанических садов Кью; из Центральной Азии, включая таджикистанских исследователей, восстановивших эволюционную историю рода Tulipa. В ходе исследований ученые изучили 254 пластидных генома – около 86% известного разнообразия тюльпанов. Результаты опубликованы в американском научном журнале American Journal of Botany.
Не вдаваясь в специфику изысканий, подчеркнем, что главный вывод исследования касается всей истории рода Tulipa: «Генетические данные показывают, что Центральная Азия была не только одним из мест распространения тюльпанов, но и главным регионом их ранней эволюции и последующего разнообразия». И горы ЦА теперь можно с достаточной уверенностью называть «родиной тюльпанов».
Экспертам «светоча демократии» – Евросоюза – все «неможится»: на фоне ухудшающейся ситуации с правами человека в самом ЕС, они продолжают упорно критиковать ситуацию с такими правами в государствах Центральной Азии и строчат на нее обличительные доклады. Между тем, как показывает новейшая история, такого рода «письмена» и устные заявления не раз становились детонаторами революционных событий или попыток к беспорядкам почти во всех республиках региона.
На сей раз Евросоюз обнародовал отчет о состоянии с правами человека в ЦА по итогам 2025 года. Так, ситуация в Казахстане (в пересказе ИА «Фергана») названа «неоднозначной»: «С одной стороны, в прошлом году были объявлены реформы, … причем, изменения позиционировались властями как часть концепции построения «Справедливого Казахстана» и «государства, слушающего мнения людей».
С другой стороны, наблюдались негативные явления: «… законодательные ограничения возможностей гражданского общества, давление на независимые СМИ, расширение надзора за неправительственными организациями, что привело к созданию атмосферы правовой неопределенности и развитию самоцензуры. Кроме того, ущемлялись права представителей ЛГБТ-движения, особенно после принятия в конце года закона о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений».
В Кыргызстане, считают эксперты ЕС, ситуация с правами человека продолжала ухудшаться, чему «способствовали решения руководства страны». Докладчики раскритиковали закон о средствах массовой информации, обязывающий все СМИ проходить регистрацию, и ограничивающий долю иностранного участия в проектах на уровне не более 35%. Контроль за медиаконтентом тоже не понравился европейским экспертам, поскольку он «стал причиной для политически мотивированных преследований журналистов». Кроме того, власти закрыли Национальный центр предотвращения пыток, переведя эту структуру в ведение омбудсмена.
Далее: «Серьезной проблемой Кыргызстана остается коррупция, а Антикоррупционная стратегия применяется избирательно». Ну и – непременное: «В Кыргызстане с дискриминацией сталкиваются национальные меньшинства и представители ЛГБТ, а новый закон о религии подавляет свободу вероисповедания и ограничивает права религиозных общин». (Добавим «от себя»: ЕС, как видно, соскучился по «тюльпановым» и иным переворотам в КР).
Впрочем, есть и позитивный момент: Конституционный суд отклонил предложение о введении смертной казни за тяжкие преступления против женщин и детей. Подчеркивается, однако, что решение было принято после значительного общественного противодействия инициативе властей.
В Таджикистане ситуация с правами человека охарактеризована как «сложная» – в частности, в силу ограничений, затрагивающих безопасность журналистов, свободу выражения мнений, а также уязвимого положения ряда групп населения (женщин и беженцев – в основном, из Афганистана).
По данным экспертов, представители СМИ подвергались арестам с последующими серьезными тюремными сроками. Давление также оказывалось на оппозиционеров и правозащитников. Незавидным было и положение активистов Горного Бадахшана, которых называли «преступниками и экстремистами» и приговаривали к длительному заключению.
Эксперты выделили некоторые улучшения лишь в борьбе с домашним насилием и в работе пенитенциарной системы. «Хотя, поскольку механизмы подотчётности оставались неполными, нельзя уверенно говорить о каком-либо значительном прогрессе в этих направлениях» – резюмировали европейские эксперты.
Что же до Туркменистана, о нем, сказано в отчете, «красноречиво говорит тот факт, что организация Freedom House поставила ему 1 балл из 100 возможных в рейтинге «Свобода в мире». Здесь наблюдается ограничение свободы СМИ, выражения мнений, собраний, есть опасения по притеснению религиозных движений и (опять же!) ЛГБТ-сообществ. Известны случаи применения пыток в отношении заключённых. Отмечается, что, несмотря на официальное признание ликвидации всех случаев, когда люди остаются без гражданства, Туркменистан продолжает отказывать в выдаче паспортов соотечественникам, проживающим за рубежом.
Из положительных явлений аналитики упомянули улучшения в решении вопросов гендерного равенства и активное сотрудничество туркменского правительства с Международной организацией труда по искоренению принудительного труда.
В Узбекистане, утверждают эксперты ЕС, ситуация с правами человека и демократией в 2025 году «неуклонно ухудшалась, наблюдался откат почти во всех областях». Так, несмотря на «формальные реформы», были зафиксированы ограничения гражданских и политических прав, подавление свободы выражения мнений и мирных собраний; уголовные преследования журналистов, блогеров и правозащитников.
Критике подвергся и ряд новых законов, в частности, о криминализации фактов разглашения информации, полученной на закрытых судебных заседаниях, ужесточении обязательств НПО по отчетности о зарубежном финансировании, и т.д.
Плюсом в Европе сочли присоединение Узбекистана к Орхусской конвенции и принятие мер по улучшению качества воздуха; утверждение стратегии по защите детей от всех форм насилия. Есть позитивные изменения в сфере гендерного равенства: отменен период примирения в бракоразводных процессах, наблюдается положительная статистика по материнской смертности, увеличено представительство женщин в парламенте.
Казахстан
Казахстан перераспределил часть экспортных потоков нефти на фоне перебоев в работе Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), информирует «Интерфакс» со ссылкой на министерство энергетики. По его данным, часть объёмов направлена по другим действующим маршрутам, в частности, Атырау – Самара. Увеличились также поставки в Китай.
Поясняется, что перераспределение экспорта произошло на фоне серии атак беспилотников на танкеры в районе морского терминала КТК под Новороссийском, посредством которого Казахстан экспортирует более 80% добываемой в стране нефти.
Казахстан анонсировал два новых проекта, связанных с производством сжиженного природного газа (СПГ). Как передает «Восточный экспресс 24», площадками для их реализации выбрана область Жетісу. Совокупный бюджет обоих предприятий – 170,2 млрд тенге. Один из заводов разместится на территории Панфиловского района. Финансовая ёмкость этого проекта – 135,2 млрд тенге. Ожидается, что строительство завершится к 2027 году, а один из его участников – компания, связанная с ОАЭ.
Второе предприятие – в Кербулакском районе. Его смета – 35 млрд тенге. Период реализации проекта частным оператором, зарегистрированным в РК, рассчитан на 2026–2028 годы. Аналогичный объект планируется возвести в Мангистауской области с участием канадского инвестора (предварительная стоимость – $125 млн).
В Казахстане создан беспилотник-перехватчик под названием «Шункор-88», задачей которого является выявление и обезвреживание «опасных аппаратов», сообщает inbusiness.kz. Как утверждают разработчики, «Шункор-88» разгоняется до 450 километров в час и способен сбивать дроны на удалении от восьми до десяти километров. Аппарат предназначен для охраны воздушного пространства.
Главным преимуществом новинки названа его цена – выпуск одного такого дрона обойдется от $25 до $50 тыс. Для сравнения: зенитная ракета, согласно данным разработчиков, стоит от $2 до $5 млн.
Кыргызстан
«Росатом» приступил к реализации проекта первого в стране ветропарка, а российско-кыргызский фонд развития подключился к его финансированию. Первые компоненты оборудования доставлены в республику, информирует Eurasia Today.
«Росатом» рассчитывает реализовать проект по принципу полного цикла – от проектирования и строительства ветроэлектростанции до её последующей эксплуатации и обслуживания. Поясняется, что для Кыргызстана появление нового источника генерации особенно актуально на фоне хронического дефицита электроэнергии и роста внутреннего спроса. Страна традиционно опирается преимущественно на гидроэнергетику, однако ее возможности напрямую зависят от водности рек. Развитие ветровой генерации позволит диверсифицировать энергобаланс и дополнить существующие гидроэлектростанции. Точная установленная мощность строящейся ветроэлектростанции, объем инвестиций и сроки её ввода в эксплуатацию пока не оглашены.
Президент Кыргызстана Садыр Жапаров раскрыл, почему Пекин изначально отказался строить железную дорогу Китай – Кыргызстан – Узбекистан. В интервью журналисту Али Токтакунову, стенограмму которого опубликовало издание Tazabek, Жапаров рассказал, что отказ был обоснован тем, что прежде следует получить согласие России. Такой ответ прозвучал от тогдашнего посла КНР в Кыргызстане Ду Дэвэнь, которую, вскоре после своего избрания президентом, он пригласил для беседы по реализации проекта.
«Если Россия будет против, если Россия не даст согласия, мы не сможем приступить к строительству этой дороги», – процитировал Жапаров слова посла. Она пояснила, что Китай находится в евразийском пространстве, а Кыргызстан является членом Организацию Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), поэтому без учета позиции Москвы проект невозможен.
В итоге Жапаров, по его словам, оперативно вылетел в Москву на рабочую встречу с президентом России Владимиром Путиным. Переговоры заняли порядка 35-40 минут, в ходе которых президент Кыргызстана убедил Путина в необходимости строительства дороги, нужной его стране «как воздух и вода». И тогда проекту был дан старт.
Как подчеркнул Жапаров, ему понятна позиция Китая – ведь речь идет о двух «великих державах», которые не могут не учитывать интересы друг друга.
В представлении Жапарова, дорога Китай – Кыргызстан – Узбекистан являет собой обновленный вариант Великого Шелкового пути; она рассчитана не на десятилетия, а на тысячелетия, и нужна, в первую очередь, самой КР. Экономический эффект от транзита по территории республики оценен им, по меньшей мере, в $400 – $500 млн ежегодно («чистые» поступления в бюджет).
Президент посетовал на наличие внешних и внутренних сил, желающих срыва строительства железной дороги. Речь, в том числе, о блогерах и «крикунах», финансируемых извне, и раздувающих тему «китайской угрозы».
Словом, дорога строится, ее сдача в эксплуатацию намечена на 2030 год. Она сократит путь из Китая в страны Ближнего Востока на 900 километров, а сроки доставки грузов – на 7–8 дней.
Узбекистан
РУз и Турция переходят к новому этапу военно-технических отношений – от закупок готовой продукции соответствующей номенклатуры до совместного производства и локализации оборонных технологий. Как передает Eurasia Today, узбекская делегация во главе с замминистра обороны республики Алишером Нарбаевым посетила в Турции государственную оборонно-промышленную корпорацию Makine ve Kimya Endüstrisi (MKE), где стороны обсудили дальнейшее взаимодействие и формы промышленной кооперации.
Для Узбекистана интерес к турецкой оборонной промышленности следует рассматривать в контексте более широкой политики модернизации вооруженных сил и развития собственной технологической базы. Отмечается, что подобный подход соответствует общей тенденции внешней политики Ташкента, стремящегося к сохранению стратегической автономии и диверсификации международных связей, взаимодействуя одновременно с Россией, Китаем, Турцией, государствами Запада и другими партнерами.
Отношения с Турцией при этом уже имеют институциональную основу. В начале 2026-го министры обороны двух стран подписали план реализации военного сотрудничества на текущий год, а также отдельное соглашение в сфере военной медицины и подготовки кадров. В официальных турецко-узбекских документах стороны также заявили о намерении продолжать углубление оборонного и военно-промышленного взаимодействия.
Что же касается Турции, «Центральная Азия становится (для первой) одним из перспективных направлений экспансии национального оборонно-промышленного комплекса». Исследователи германского фонда SWP отмечают, что военно-техническое сотрудничество стало одним из новых рычагов Турции в Центральной Азии, хотя государства региона продолжают проводить избирательную и многовекторную политику. И углубление военно-промышленных связей с Ташкентом позволяет Анкаре не просто расширять экспорт, но и закрепляться в производственных цепочках региона.
Ташкент одновременно развивает военные отношения с Россией: ранее стороны согласовали программу стратегического партнерства в военной сфере на 2026–2030 годы: «Такая параллельная работа показывает характерную для Узбекистана многовекторную модель, при которой различные партнерства рассматриваются как взаимодополняющие, а не обязательно взаимоисключающие».
Пресс-служба президента Узбекистана сообщает о введении в эксплуатацию в августе 27 скважин на газовых месторождениях страны. В частности, работы на месторождениях «Янги Култак», «Ниёз», «Коратау», «Марварид» и «Тегирмон» обеспечат дополнительный приток порядка 887 тыс. кубометров природного газа. Новые объемы рассматриваются как часть более масштабной программы по компенсации естественного снижения добычи на старых месторождениях и укреплению внутреннего энергетического баланса страны.
Сообщается также, что по итогам 2025 года предприятия компании «Узбекнефтегаз» добыли 25,2 млрд кубометров газа, пробурили 56 новых скважин и капитально отремонтировали ещё 29. На 2026–2027 годы запланировано более 300 геолого-технических мероприятий. Перед компанией поставлена цель стабилизировать годовую добычу примерно на уровне 25,4 млрд кубометров и увеличить суточное производство с 66 до 70 млн кубометров. Отмечается, что результаты геологоразведки уже дают дополнительные возможности.
Одновременно начинается реформирование системы распределения: частным компаниям планируется предоставить возможность самостоятельно импортировать сжиженный газ, либо покупать его на бирже и поставлять населению и бизнесу. Первым регионом для апробации новой модели названа Андижанская область.
Туркменистан
Госконцерн «Туркменгаз» и госкорпорация Afghan Gas подписали меморандум, касающийся газификации провинции Герат на северо-западе Афганистана, сообщает ИА «Фергана со ссылкой на «Нейтральный Туркменистан». Документ подписан в ходе рабочего визита председателя Халк Маслахаты (Народного Совета) Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в Афганистан.
Согласно меморандуму, стороны договорились о совместной работе по созданию в провинции Герат газотранспортной инфраструктуры, снабжению туркменским природным газом промышленных предприятий, электростанций и населения провинции.
На переговорах основное внимание было уделено реализации проекта строительства газопровода Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия (ТАПИ). По сообщению афганского агентства DID Press, на афганском участке газопровода проложено 116 километров труб, из которых 38 полностью уложены под землю. Ещё 135 километров трассы полностью подготовлены к укладке труб. Ключевой этап строительства магистрали до города Герат планируется завершить до конца 2026 года.
В ближайшее время начнутся полевые изыскания и проектирование внутренней газораспределительной сети самого Герата. В строительных работах, которые ведёт «Туркменгаз», задействовано около 700 туркменских специалистов. Заключено 17 международных контрактов на закупку оборудования.
Что же касается ТАПИ, он предполагает строительство газопровода мощностью 33 млрд кубометров газа в год от месторождения Галкыныш на юге Туркменистана через афганские города Герат и Кандагар, пакистанские Кветта и Мултан до индийского Фазилка. Общая протяженность маршрута – 1,8 тыс. километров. Из них 214 пройдут по территории Туркменистана, 774 – Афганистана, и 826 километров – по территории Пакистана до границы с Индией.
Мажоритарным акционером оператора проекта выступает консорциум TAPI Pipeline Company Limited с 85%-ой долей в нем «Туркменгаза». Остальные (по 5%) принадлежат госкорпорациям Афганистана, Пакистана и Индии. Предварительная стоимость проекта – $10 млрд.
Поставки газа для трубопровода обеспечит одно из крупнейших в мире газовых месторождений – Галкыныш, содержащее более 27 трлн кубометров газа. В апреле текущего года «Туркменгаз» и Китайская национальная нефтяная корпорация (CNPC) запустили четвертый этап разработки месторождения, включая новые производственные мощности и буровые работы, которые, как ожидается, увеличат выработку коммерческого газа до 10 млрд кубометров в год.
