Сегодня в Европе обсуждается вопрос регистрации движения «Мусульманское единство» (ДMЕ), того самого, которое было основано в Азербайджане в 2015 году теологом Талехом Багирзаде, и оказалось в центре внимания из-за своей проиранской радикальной деятельности. Сторонники которого на протяжении нескольких лет выступали против государственности Азербайджана, совершая вооруженные нападения на госслужащих и заявляя о намерении создать на территории страны шариатское государство.
Насколько хорошо в симпатизирующих сторонникам ДМЕ европейских организациях знакомы с прошлым этого движения? Может ли деятельность организации с темным криминальным прошлым в светской и христианской Европе в будущем превратиться в угрозу безопасности? И наконец, задавались ли этими вопросами европейские структуры, работающие с религиозными образованиями? Чтобы получить хоть какие-то ответы на наши вопросы, Minval Politika обратился с запросами в Посольство Германии в Азербайджане и Представительство Европейского союза в Азербайджане.
Дополнительную обеспокоенность вызывают сообщения британских СМИ о гражданине Великобритании азербайджанского происхождения, которого обвиняют в передаче КСИР информации о британских военных базах на Кипре.
А пока мы обратимся к истории и расскажем, с чего начиналась и чем закончилась деятельность ДМЕ в Азербайджане.
В прошлых статьях мы уже писали о нардаранских событиях (26 ноября 2015 года), в ходе которых произошло вооруженное столкновение между членами религиозной организации и силовиками, в результате погибли двое полицейских Исмаил Тагиев и Вугар Насибов. Также были ликвидированы пять сторонников движения.
Как известно, ДМЕ обвинялось в попытке изменить государственный строй Азербайджана и установить систему управления, основанную на шариате. Причем члены движения признавали духовным лидером ныне покойного верховного руководителя Ирана аятоллу Али Хаменеи и выступали с резкой критикой светских властей страны. В декабре 2017 года суд приговорил руководителя Талеха Багирзаде и группу сторонников к длительным тюремным срокам по обвинению в терроризме, попытке насильственного изменения конституционного строя и призывах к массовым беспорядкам (по 10 статьям УК АР). В целом, к уголовной ответственности было привлечено несколько десятков сторонников и соучастников Багирзаде. Однако не всех удалось выявить.
29 ноября 2015 года собравшимся в Нардаране участникам акции протеста было сделано предупреждение. Тех, кто не является местным жителем, попросили покинуть поселок. Старейшины села обратились к силовикам с просьбой не трогать прибывших со стороны и организовать для них автобус, чтобы они беспрепятственно выехали, что и было сделано. Этим автобусом, кстати выехали сторонники Багирзаде, которым удалось даже вывезти несколько единиц огнестрельного оружия, что стало известно позднее, при задержании гражданина Мохтабара Бабаева. Выяснилось и то, что Бабаев находился в Гяндже, когда через соцсеть члены организации призвали молодежь присоединиться к ним в Нардаране.
Оказалось, что к тому времени движение «Мусульманское единство» обросло многочисленными активными сторонниками, часть из них в последующем была задержана в Гяндже и Лянкяране. Но на этом история «Мусульманского единства» не закончилась.
В 2018 году в Гяндже произошло событие — покушению на убийство главы Исполнительной власти города Гянджи Эльмара Велиева и его телохранителя — сержанта полиции Гасыма Ашбазова. Вскоре по подозрению в совершении преступления был задержан Юнис Сафаров. В совместном заявлении Генеральной прокуратуры, Службы государственной безопасности и министерства внутренних дел АР, распространенном 6 июля 2018 года, говорилось, что действия Сафарова приравнены к террористическому акту.
Любопытные детали выяснились в ходе расследования: так, в 2016 году Сафаров выехал в Иран, где восемь месяцев прожил в городе Гум. За этот период он прошел военную подготовку для участия в составе вооруженных группировок на территории Сирии. В 2017 году Сафаров вернулся в Азербайджан, а уже в январе 2018 года Сафаров принялся выслеживать Эльмара Велиева.
Расследование показало, что Сафаров преследовал цель создания государства, управляемого шариатом. Для этого он должен был убить несколько чиновников и создать таким образом хаос, панику и ажиотаж. Более того, он подготовил видеоролик, в котором обратился к гражданам Азербайджана от имени движения «Мусульманское единство» и собирался его распространить в случае, если запланированный им на 3 июля террор состоялся бы.
В видеообращении Сафаров заявил, что убил человека, оставившего без отца детей лидера движения «Мусульманское единство» Талеха Багирзаде и велел брать пример с него. Призвал убивать врагов Ислама и заявил, что власть в Азербайджане должна быть захвачена исламским единством…
Разумеется, Сафаров действовал не один: в августе того же года в Сумгайыте силовики ликвидировали еще одного участника гянджинских событий – Мураза Рагимова, который, как оказалось, планировал взрыв в Баку еще в 2012 году, прямо перед началом международного песенного конкурса «Евровидение». Как член движения «Мусульманское единство» он принял непосредственное участие в гянджинских событиях.
Напомним, что 10 июля 2018 года, около 20:00, в Гяндже около двухсот радикально настроенных людей пытались провести незаконную акцию перед зданием исполнительной власти города. Группа намеревалась устроить беспорядки, расшатать стабильность в городе. Игнорируя предупреждения, сторонники движения оказали полицейским сопротивление. В итоге при выполнении служебных обязанностей погибли замначальника Главного управления полиции Гянджи полковник полиции Ильгар Балакишиев и замначальника полиции Низаминского района Гянджи полковник-лейтенант Самед Аббасов. В ответ на эти события силы безопасности провели операции в городах Гянджа, Шамкир, Сумгаит и Баку, в результате которых было арестовано более 60 человек.
К счастью, правоохранительные органы и руководство Азербайджана смогли предотвратить распространение иранского радикального влияния на территории страны. Но смогут ли и успеют ли сделать тоже самое в Европе – это уже отдельный вопрос.
И еще. Очень сомнительно, что, рассматривая вопрос регистрации движения «Мусульманское единство», в Европе не изучили его прошлое. Скорее всего, кейс ДМЕ собран, если учесть дотошную работу и опыт глобальной сети расследовательских организаций. Но в таком случае возникает другой вопрос: что проиранские прокси готовят в Европе? Ведь тот факт, что ведется обсуждение вопроса регистрации ДМЕ, говорит о том, что проиранские силы уже достигли внушительных масштабов в Европе, чтобы влиять на решения полномочных структур…
