Становятся известны всё более интригующие подробности плана государственного переворота, задуманного Рамизом Мехтиевым. Напомним: Рамиз Энверович собирался поставить во главе страны некий «Госсовет», возглавить который намеревался сам. Также Мехтиев передал в Москву список из 50 предполагаемых членов этого Госсовета. Пока полный список участников неизвестен. Однако, согласно просочившимся сведениям, в него вошли два представителя оппозиции — председатель партии «Народный фронт Азербайджана» Али Керимли и член Национального совета Гюльтекин Гаджибейли.
А это не просто ещё одно подтверждение версии, что интерес Мехтиева к радикальной оппозиции не ограничивался «блогерами-матерщинниками». Контактировал Рамиз Энверович и с верхушкой этой самой радикальной оппозиции. Но зачем ему понадобились Керимли и Гаджибейли в составе Госсовета?
Сама по себе идея «Госсовета», куда были бы приглашены все более-менее влиятельные политики, возникала в Азербайджане не раз. Первым её выдвинул на пике своего мятежа командир ОПОНа Ровшан Джавадов. Затем нечто подобное обсуждалось и в оппозиционном лагере — правда, уже с участием оппозиционных же политиков, которым было непросто договориться между собой.
И ещё в середине девяностых, как раз на фоне мятежа ОПОНа, независимые эксперты пришли к ожидаемому выводу: идея «Госсовета» очень красиво смотрится в заявлениях, но если собрать в один орган представителей всех политических сил страны, получится прекрасная дискуссионная площадка, но никак не орган управления государством. Просто потому, что любой конкретный вопрос «утонет» в бесконечных дискуссиях и обсуждениях. Проще говоря, идея красивая, но слишком уж наивная. Более того, при всей наивности такой идеи создавать нечто подобное имело бы смысл, если бы в обществе внутриполитические страсти достигли пика, и приглашали бы туда политиков, действительно имеющих вес и авторитет. В девяностые и в начале нулевых эти соображения ещё могли иметь место. Но не сегодня, когда радикальная оппозиция растеряла своё влияние и авторитет практически до нуля.
Но зачем эту идею решил сегодня возродить Мехтиев? Опытный аппаратчик, очевидец и в значительной степени участник политических процессов девяностых – нулевых, он не мог не знать, что в результате «Госсовет» будет просто неработоспособен. Скорее, он планировал собрать под крышей «Госсовета» своих марионеток, которые бы послушно поддерживали любое его решение. При этом сохранялась бы видимость коллегиального руководства. И вот при таком раскладе лидеры радикальной оппозиции действительно были нужны Мехтиеву — для оформления «политической витрины» и «доказательства» его демократичности.
Вспомним, как в адресованном своим московским покровителям письме Рамиз Энверович обещал и имидж Азербайджана за рубежом улучшить, и демократию продвинуть, и гражданское общество развивать… Для иллюстрации всех этих процессов, которых в реальности не было бы и быть не могло, как раз и нужны были персоны вроде Али Керимли и Гюльтекин Гаджибейли. И, судя по всему, господин Мехтиев был полностью уверен в их управляемости.
Казалось бы, абсурд. И Керимли, и Гаджибейли прямо-таки с пеной у рта обличали коррупцию, выступали за демократические реформы по западным лекалам… И вдруг они оказываются в команде такого персонажа, как Рамиз Мехтиев? Но вспомним, как эта же самая радикальная оппозиция устраивала политические «обнимашки» с радикальными исламистами из Нардарана — настолько, что даже включала их лидеров в состав оргкомитета хиленьких митингов на стадионе «Мехсул».
Ещё раньше, напомним в который уже раз, эта самая радикальная оппозиция и радикальная политэмиграция открыто выполняли политические заказы российского «Газпрома» и пытались сорвать договорённости Азербайджана с Западом по экспорту газа. Затея предсказуемо лопнула, но о политической неразборчивости радикальной оппозиции она свидетельствует более чем красноречиво. А при таком послужном списке уже не приходится удивляться, что оппозиционные радикалы были готовы войти в состав мехтиевской хунты и изображать там её мифическую «демократичность».
Только вот, похоже, не учли, что даже торговать политическим имиджем можно лишь в том случае, если от этого имиджа хоть что-то осталось. А этим не могут похвастаться ни Мехтиев, ни Керимли, ни Гаджибейли.
