«Какими мы были тогда, вернувшись с войны, — молодые и лишенные веры, как шахтеры из обвалившейся шахты». Эта цитата из «Трех товарищей», которой Ремарк характеризовал душевный настрой немецких ветеранов Первой мировой, наверняка отражает эмоциональное состояние участников любых вооруженных конфликтов. (На фото — кадр из голливудского фильма «Цельнометаллическая оболочка»).
Никому не секрет, что война, в независимости от ее результатов накладывает свои опечатки на психологии ее участников. Оно и понятно. Ежедневные бои, гибель людей от разрыва бомб или от попадания пуль и многое другое не может пройти бесследно. Психические расстройства, стресс, нестирающиеся воспоминания о погибших товарищах, трудный поиск себя в мирной жизни — не всем вернувшимся домой солдатам дано справиться со столь тяжким грузом.
Механизм записи травматической информации в памяти значительно отличается от такового при обычных событиях. В этом случае происходят значительные нарушения в нормальной схеме обработки мозгом входящей информации. В результате в дальнейшем то, что хотя бы отдалённо напоминает травмирующее событие, будет автоматически вызывать немедленную защитную реакцию всего организма, иногда без осмысления на уровне сознания происходящего и своей реакции на него. При этом повторное переживание травматического воспоминания будет восприниматься как реальная опасность, имеющая место «здесь и сейчас», а не в прошлом.
Посттравматическое расстройство может привести к возникновению симптомов, которые в свою очередь приводят к более высокому риску суицида.
О проблемах поствоенного синдрома в мире широко начали говорить после вьетнамской войны. По данным статистики, посттравматические симптомы проявились у 700 000 американских ветеранов этой войны, пишет издание «Вести.аз».
По мере участия американских военных в других войнах проблема еще более усугубилась. Так, по статистике, в США каждый день кончают жизнь самоубийством почти два десятка ветеранов.
Несколько лет назад российское издание «Известие» подготовило на эту тему статью, в которой отмечалось, что попытки американских властей, прежде всего министерства по делам ветеранов, предотвращать подобные трагедии пока особых результатов не дают.
Вполне вероятно, что именно невозможность быть сильнее прошлого оказывается роковым обстоятельством для тех, кто уцелев в мясорубке войны, в мирной жизни решает совершить суицид.
К примеру, об одном из бойцов спецназа американской армии, Эндрю Маркесано Fox News написал так:
«Неприятель не смог его сломить, но в конечном итоге отмеченный наградами «зеленый берет» обнаружил, что враг был внутри него».
У Маркесано за плечами было шесть «командировок» в Афганистан, еще полдюжины поездок в другие горячие точки, Серебряная звезда — награда, которую вручают за проявленные в боях отвагу и мужество.
И после возвращения судьба его не обидела. Маркесано получил должность в Пентагоне и перебрался в Александрию — по сути пригород Вашингтона, расположенный на территории соседнего со столичным федеральным округом Колумбия штата Вирджиния.
Сержант покончил с собой после ужина с командиром батальона, в котором служил. Как сообщает телеканал со ссылкой на его друзей-сослуживцев, погибший так и не справился с воспоминаниями после как минимум одной из «командировок» — в 2009-м, когда он служил в долине Аргандаб недалеко от Кандагара. В ту поездку во втором батальоне 508-го пехотного полка, который вошел в состав 82-й воздушно-десантной дивизии, был зафиксирован один из самых высоких уровней смертности за всю афганскую кампанию, начатую в 2001 году.
За несколько дней до самоубийства Маркесано отправил сослуживцам по батальону (2-508) сообщение, в котором предлагал связаться с ним любому, кому придется туго. «Мы делали такие вещи, о которых снимали фильмы, но в некоторых случаях писатели и продюсеры даже не попробовали рассказать нашу историю… этот ранец тяжел… и когда он тяжел, мы, черт возьми, должна помогать друг другу, надо просто позвать на помощь…. Не дайте воспоминаниям из долины победить».
Послание Маркесано уже не мог получить еще один сержант из того же второго батальона Аллен Томас. Обладатель двух Пурпурных сердец (этой медалью награждают только получивших ранение или погибших бойцов — посмертно) покончил с собой в 2013 году. За несколько дней до трагедии он, рассчитывая получить экстренную психическую помощь, сам обратился в приемное отделение госпиталя для ветеранов. Однако свободных коек не нашлось, и сержанта отправили домой, дав лишь рецепт на болеутоляющие препараты. Через несколько дней он свел счеты с жизнью.
Неправительственные эксперты считают, что ситуация в последние годы стала лишь хуже. «Общее число самоубийств среди ветеранов увеличилось по итогам четырех из пяти последних лет. С 2007 по 2017 год число суицидов среди бывших участников боевых действий подскочило почти на 50%», — писала Military Times. Как указывало профильное издание, ветераны в полтора раза чаще решаются на этот отчаянный поступок, чем те американцы, которые никогда не служили в армии. Для женщин-военных этот коэффициент еще выше — 2,2.
В министерстве по делам ветеранов не раз говорили, что для снижения числа самоубийств среди ветеранов недостаточно только государственных программ. Две трети покончивших с собой военных — это те, кто не обращался к врачам военных госпиталей за помощью, добавляли в ведомстве.
Психологи отмечают, что в большинстве случаев побывавшие на войне, даже не подозревают о своих психологических проблемах и зачастую отказываются обращаться к психологам, считая это как проявление слабости.
С другой стороны, ветераны войны являются чувствительными ко всем процессам в обществе, к малейшему проявлению безразличия к ним. Любое проявление безразличного отношения к ним, может спровоцировать агрессию, и даже довести их до самоубийства.
Вместе с тем есть пути предотвращения суицидов. В этом деле ответственность ложится на многих – на членах семьи, друзьях, прессы, на представителях госструктур.
Почет и уважение, к людям, которые прошли войну, не раз сталкивались со смертью может стать основой изменения поведения. Следует дать знать таким людям, что другие, которые не были на войне испытывают огромное чувство благодарности и уважения к ним, так как без их самопожертвования в прямом смысле этого слова не было бы желанных результатов на поле боя.
