Талибы нарушают катарские договоренности. Какой будет реакция мирового сообщества?
В Кабуле объявлен состав нового правительства Афганистана. И оказался он весьма примечательным. Пост главы правительства заляг один из основателей запрещённого во многих странах «Талибана» мулла Мохаммад Хасан Ахунд, который руководил боевиками во время войны с правительственной армией Афганистана. Пост его заместителя занял еще один полевой командир — Абдул Гани Барадар, который тем не менее считается здесь лидером политического крыла. МВД возглавил Сираджуддин Хаккани, сын основателя «сети Хаккани», разыскиваемого ФБР за теракты. Министр обороны — сын Мухаммеда Омара Якуба, основателя «Талибана». Он последние два года руководил боевиками. МИД Афганистана возглавил Амир Хану Моттаки — бывший министр образования и бывший министр информации и культуры Афганистана в правительстве талибов, свергнутом силами НАТО в 2001 году. В опубликованном списке еще около 20 фамилий, и все названные персоны в той или иной степени связаны со все тем же «Талибаном».
Наверное, при большом желании и политическом воображении одно найти пространство для рассуждений, что в этом правительстве представлено и радикальное, и умеренное крыло «Талибан», что надо еще присмотреться, дождаться первых шагов нового кабинета и уже потом делать выводы и т.д.
Но уже оглашённый состав нового правительства наводит на невеселые выводы. Прежде всего, никакого «инклюзивного правительства» в Афганистане не сформировано. Все портфели распределены исключительно в верхушке самого «Талибана». Здесь не появилось ни женщин (неужели кто-то на это действительно рассчитывал?), ни представителей национальных и религиозных меньшинств, ни авторитетных лидеров моджахедов. Более того, наличие в новом кабинете министров персон, связанных с первым правительством талибов, тем самым, которое оказывало гостеприимство многим террористическим группировкам, включая «Аль-Каиду» бен Ладена, «Исламское движение Узбекистана» и т.д., а также лиц, находящихся под санкциями ООН, не позволяет исключать, что и появление в Афганистане международных террористов вовсе не исключено.
Возможно, по законам жанра, здесь должны следовать очередные язвительные «шпильки» в адрес США на тему «ну и чего вы добились за 20 лет?» Но куда важнее другое. Формирование нового правительства — это уже как минимум повод задать вопрос, на самом ли деле «Талибан» изменился, и если да, то настолько ли, чтобы всерьёз говорить о его «рукопожатности»? Будем реалистами: шокирующие новости о запрете в Афганистане музыки и расстрелах певцов приобретают уже другое прочтение. Более того, теперь нет и не может быть уверенности, что с новым правительством вообще имеет смысл договариваться. Если кто не понял, подписанные в Катаре соглашения талибы просто не. Талибы выполнять. И это, будем реалистами, вполне в традициях афганского «глубинного народа»: здесь далеко не все, и это еще мягко сказано, считают необходимым держать слово, данное «гяурам», кто бишь не своим единоверцам.
А вот это уже ставит непростую задачу и перед соседними с Афганистаном странами, и перед теми, кого принято именовать «внешними игроками». Свои интересы в Афганистане есть и у нашей страны. В Баку активно и динамично сотрудничали с правительством Ашрафа Гани, Афганистан решительно поддержал Азербайджан во время 44-дневной войны, наша страна вместе с Туркменистаном и Афганистаном является участницей проекта «Лазуритового коридора»…
Но сегодня, после кошмарных видеокадров из Кабульского аэропорта и формирования нового правительства, многочисленные внешние игроки ищут ответ на вопрос: что теперь делать с Афганистаном? Верить, что талибы все же изменились, и наводить мосты с новым правительством Афганистана? Формирование нового правительства, будем реалистами, трудно считать аргументом в пользу такого варианта. Ждать и, как выразился один из героев романа Уоррена «Вся королевская рать», «держать лапки в стерильной чистоте»? Но как быть, если при этом на афганском поле разовьют бурную деятельность геополитические конкуренты? Игра стоит свеч. Бедный и отсталый Афганистан оказался одной из богатейших в мире «подземных кладовых». Здесь имеются богатые залежи лития, который используется в производстве аккумуляторных батарей для компьютерных гаджетов и электромобилей. Уже в 2010 году Пентагон обещал Афганистану славу «литиевой Саудовской Аравии». Здесь есть месторождения нефти, газа, угля, меди, серебра, золота, кобальта, серы, свинца, цинка, редкоземельных элементов, железной руды, соли, наконец, драгоценных и полудрагоценных камней, включая легендарный лазурит и памирские лалы, то есть рубины. Различные источники оценивают стоимость афганских полезных ископаемых в 1-3 триллиона долларов. И это еще самая грубая прикидка. И если талибы смогут обеспечить в стране достаточную стабильность, чтобы здесь могли «развернуться» добывающие компании, то вполне могут найтись и желающие поскорее ухватить свой кусок афганского «пирога», не боясь при этом «запачкать лапки».
Другой вопрос, удастся ли новому правительству обеспечить эту самую стабильность. Талибы могут делиться фотографиями из столицы Панджшера, но сторонники Ахмада Масуда-младшего, которые создали Фронт национального сопротивления Афганистана, уже объявили, что они ушли в горы и развернут партизанскую войну. А что такое партизанская война в Афганистане, гражданам постсоветского пространства известно по опыту советской интервенции. Тогда просоветское правительство тоже вроде бы контролировало все провинции, но на деле его власть существовала только в крупных городах. Никуда не исчезла и опасность раскола в самом «Талибане». Никто не отменял и внутрипуштунский трайбализм. Наконец, в отличие от 1996 года, сегодня Кабул сотрясают акции протеста, и не только женщин, не желающих носить паранджу. Все же американское военное присутствие продлилось 20 лет, и за это время в Афганистане выросло целое поколение, привыкшее уже к не талибским порядкам. И если афганские генералы, не вступая в бой, сдавали целые провинции, рассчитывая на то, что талибы изменились, то у многих рядовых граждан мнение может оказаться иным. Решимость воевать за свою страну, кстати говоря, тоже.
А это значит, что в Афганистане еще ничего не закончилось. И вполне возможно, что главные новости впереди.
Нурани
