Есть расхожее выражение: женщина из ничего может сделать шляпку, салат и скандал. Вот и армянские агрессоры в союзе со своими лоббистами в Москве «из ничего» могут устроить очередную провокацию — и по ходу дела знатно опозориться. Впрочем, судите сами.
Вечером 7 апреля на основе договоренностей между министрами обороны России и Армении Сергеем Шойгу и Давидом Тонояном в российский «форпост» прибыл «военно-медицинский десант» — военно-транспортный самолет ВКС России привез медоборудование и специалистов, которые займутся борьбой с COVID-19 в армянской армии. Там уже есть случаи заражения.
И вот некоторые политические круги на эту новость отреагировали весьма своеобразно. Сначала агентство «Регнум», известный рупор армянских лоббистов в Москве, устами своего штатного провокатора-«аналитика» Станислава Тарасова замечает: существует, мол, «некоторая неясность: будут ли российские военные проводить противовирусные мероприятия в военных частях, расположенных в зоне нагорно-карабахского конфликта». И вообще, коронавирус «способен свободно перемещаться между окопами противоборствующих сторон», а значит, самый лучший выход из ситуации — это «стимулировать Баку и Ереван заключить хотя бы временное мирное соглашение в зоне нагорно-карабахского конфликта, переориентировать главные усилия конфликтующих сторон на организацию совместной борьбы с пандемией». В переводе — использовать околокоронавирусную риторику для того, чтобы попытаться «пробить» международную изоляцию оккупационного режима, созданного Арменией в Ханкенди. Вбрасывает господин Тарасов и другую идею: Может случиться и так, что придется думать над более серьезным блокированием границ с Ираном, возможно, с участием России». Проще говоря, на оккупированном участке границы Азербайджана и Ирана, по задумке господина Тарасова, встанут российские «зеленые фуражки» — как и на границе Армении с Ираном.
И что же — Тарасов высказывал свое личное мнение? Или же имел место старый как мир «зондаж» общественного мнения? И его статья — это обращение армянской агрессивной верхушки к России посредством таких «неофициальных» каналов?
Более того, появилась эта статья на показательном фоне — практически синхронно с телефонным разговором министра иностранных дел Армении Зограба Мнацаканяна с главой МИД РФ Сергеем Лавровым, об «особом отношении» которого к армянской тематике вряд ли есть необходимость напоминать. По одним данным, обсуждали Карабах. По другим, борьбу с коронавирусом. Обсуждался ли в их ходе вопрос «вхождения» российских военных медиков в Карабах, не уточняется. По понятным причинам, ответ на такой вопрос вряд ли стоит искать в пресс-релизах, но на статью в российском «рупоре» с небывалой оперативностью отреагировали иреванские пропашиняновские СМИ, которые принялись озвучивать вопросы: а обсуждается ли это в военно-политическом руководстве? И как к этому отнесется Тегеран?
Здесь бы, конечно, поинтересоваться: а при чем тут вообще Тегеран, если все будет происходить за пределами территории ИРИ? И надо ли так понимать эти намеки, что нахождение российских пограничников в Мегри с Ираном старательно согласовывалось? Гадать можно долго, но куда важнее другой вопрос: как на эти «намеки» отреагирует Москва?
Вряд ли там не понимают, какую реакцию официального Баку, и не только Баку, вызовет появление в оккупированном азербайджанском Карабахе российских военных — даже в статусе «вирусологов», «санитаров» и т.д. Тем более что Азербайджан — государство, которое проводит независимую внешнюю политику, и вряд ли в Баку это молча стерпят. Вызовы в МИД АР посла РФ после того, как в Москве на полуофициальных «тусовках» мелькали представители ханкендинского режима, дают изрядную пищу для размышлений. И что же — Москва послушно шагнет в политическую ловушку за армянской «приманкой»? И самое главное, что это за «приманка»? Что в таком случае получает Россия, кроме скандала и неприятностей? Особенно с учетом последствий «крымнаша»?
Но при этом «за кадром» остаются сами «коронавирусные» реалии. Здесь, конечно, была и есть международная помощь, но все же то, что происходит между Россией и Арменией — это уже не помощь, а демонстративное подтверждение статуса «нищего форпоста», где остро не хватает не только тестов, но и лабораторий, и где даже борьбу с коронавирусом в собственной армии приходится отдавать на аутсорсинг и перепоручать Москве.
А тем временем в Азербайджане реализуют свою программу борьбы с коронавирусом. Проведено более 50 тысяч тестов на COVID-19. Еще в конце марта президент Азербайджана Ильхам Алиев сообщил, что наша страна закупила несколько современных медицинских лабораторий. Теперь они действуют и в Баку, и в регионах. Как сказал председатель правления TƏBİB Рамин Байрамлы, «несколько дней назад в Гяндже начала функционировать лаборатория. Лаборатории будут открыты и в Шеки, и Сумгайыте. Нам удалось создать лабораторию в Нахчыване». Это позволяет выявлять больше случаев заражения, прерывать эпидемические «цепочки» и держать ситуацию под контролем. На подходе — программа развертывания модульных госпиталей.
И вот на этом фоне жителям Ханкенди самое время задуматься о возвращении в состав Азербайджана. После чего на оккупированных землях будет развернута настоящая борьба с коронавирусом. И да, о вхождении в состав Азербайджана неплохо бы задуматься и жителям Иревана. У Азербайджана на такой случай найдутся и лаборатории, и тесты, и мобильные госпитали. Вопрос, хватит ли здравого смысла у армянской стороны…?
Нурани, политический обозреватель
