Во время «Большого разговора» российские журналисты попросили Александра Лукашенко озвучить позицию по Крыму. Президент объяснил, почему официально не признал Крым российским, а Абхазию — независимой, передает новостной сайт Tut.by.
По словам белорусского лидера, в недавних разговорах с Владимиром Путиным тема Крыма не проскальзывала. Ранее же у них было «полное понимание и взаимопонимание» по данному вопросу.
«И я благодарен Путину за его понимание моего положения […], — отметил Александр Лукашенко. — В первый же год этой проблемы я был на инаугурации Порошенко. Четыре года назад или когда. Меня там, перед Радой, окружили западные и украинские журналисты, наверное, сотни человек […] и начали пытать: «Крым — это чей: российский или украинский?» Я и не готовился к этому вопросу, и не хотел дискутировать на эту тему. Я им задал вопрос […]: «Скажите, сколько погибло украинцев, защищавших Крым при нападении, как они тогда обозначили — Россия напала, захватила […]? Сколько погибло украинцев, защищая свою территорию?» Молчание. Ни одного. А сколько прозвучало выстрелов? Ни одного. Ну значит, вы молча согласились, что Крым не ваш как минимум. И дальше я рассуждал на эту тему прямо там, у них в Украине. И они после этого не задали мне ни одного вопроса. Для них это был абсолютно неожиданный ответ, заключающийся в том, что, если это ваше, умирайте, воюйте за этот клочок земли».
По словам президента, некоторые люди в России требовали от него высказать свою позицию по Крыму. В ответ он рассказал им историю, когда они с Борисом Ельциным, Биллом Клинтоном, Нурсултаном Назарбаевым, Леонидом Кучмой и английским премьером Тони Блэром встречались в Будапеште.
«Были ратифицированы соглашения, выводилось ядерное оружие — и Россия, США и Великобритания нам, Украине, Беларуси и Казахстану, откуда было выведено ядерное оружие, предоставили гарантии, — сказал президент. — Прочитайте это соглашение неприкосновенности, признания границ и прочее, прочее… То есть Крым официально в моем присутствии был признан территорией Украины. Это никто не оспаривал. Но Кучма тогда поставил жестко этот вопрос, это все было включено — и я подписал этот документ. Что вы от меня сегодня хотите?
Александр Лукашенко вспомнил, как публично попросил успокоиться тех, кто упрекает Беларусь за позицию по Крыму.
«Скажите, что изменится от того, что я в прямом эфире заявлю, что Крым наш или Крым российский? Что изменится? Ну ничего, пошумят. В России это пройдет новостью вечером. А утром — забудут. И спасибо не скажут, и не надо. Дело не в спасибо. На Западе? Ну может, кто-то заметит. Еще где-то. У нас народ подумает: «Ну Лукашенко, ну чего ты влез в это? Столько времени прошло». В Украине скажут: «Собака» — и плюнут в мою сторону. В результате что мы получим? Надо немножко смотреть дальше, глубже в этих вопросах. И пытаться в данном случае хотя бы меня понять. Но не могу я быть марионеткой, подписал вчера один документ, а сегодня выскакиваю — и начинаю кричать».
Александр Лукашенко отметил, что Беларусь сегодня — хорошая площадка для урегулирования конфликта. Как пример, он привел ситуацию, когда два брата дерутся, а третий, если он не хочет драться, должен их развести.
Рассуждая об Украине, президент затронул и тему Абхазии. Президент признался, что готов был подписать указ о независимости Абхазии, но передумал из-за позиции российской стороны:
«Я был готов подписать вечером указ о признании Абхазии, — отметил глава государства. — По крайней мере, я так сказал россиянам. Давайте. Но что будет завтра? Меня об этом предупредил Хавьер Солана, генсек НАТО. Он приехал ко мне, диктатору, вечером и говорит: «Если вы признаете Абхазию, первое — мы вас отключаем от банковской системы. Вы попадаете в полную изоляцию». То, то, то — вот он мне выложил, честно и откровенно»
После этого, вспомнил Александр Лукашенко, у него состоялся разговор с Дмитрием Медведевым, который тогда был президентом России.
«Я говорю: я как союзник должен вас поддержать, но, Дмитрий Анатольевич… и рассказал ему, — сказал президент. — Знаете, что он мне ответил? Александр Григорьевич, ну вы же понимаете, я — президент, тут вопросов в экономике много. Это не моя компетенция, это Владимир Владимирович — премьер-министр, с ним надо решать. Я разозлился, говорю: я президент, и вы президент. Вы мне задали вопрос, я отвечаю. Если вы не можете этот вопрос решить, отсылаете к премьер-министру, тогда о чем мне с вами разговаривать? […] Такая была позиция».
Александр Лукашенко отметил, что время доказало правильность его решения:
«Я был в Грузии, они нормально к нам относятся в Беларуси, ко мне нормально относятся».
