Владимир Путин с нетерпением ждал момента, чтобы сбросить информационную бомбу о выводе российских войск из Сирии. На встрече в Кремле, которую показали в понедельник в вечерних новостях, российский президент ерзал в кресле, тер глаза и нос, когда министр обороны Сергей Шойгу докладывал о российских военных успехах, а министр иностранных дел Сергей Лавров информировал его о непрочном мирном процессе, начавшемся в результате почти полугодовой воздушной кампании. Это была идеальная обстановка для того, чтобы сделать неизбежный вывод: услышав так много хороших новостей от своих главных советчиков, Путин решил, что Россия свою работу в Сирии выполнила.
Выступление Путина резко отличалось от печально известной декларации бывшего президента США Джорджа Буша «миссия выполнена», с которой он выступил в 2003 году на борту авианосца. Буш устроил шоу, а неожиданное заявление Кремля было представлено как обычная бюрократическая процедура. Теперь, когда в Женеве идут мирные переговоры, а сирийский президент Башар аль-Асад не нарадуется своим победам, достигнутым с помощью России, Путин уходит из Сирии столь же тихо и спокойно, как и пришел туда.
Официально участие России в сирийских боевых действиях было обосновано так: Кремль откликнулся на просьбу «законного» правительства в Дамаске и помог ему в борьбе с международным терроризмом. А поскольку «Исламское государство» искало и находило новобранцев для пополнения своих рядов среди мусульман России и других бывших советских республик, у Путина был дополнительный стимул бомбить террористов — чтобы они не вернулись домой закоренелыми и закаленными в боях экстремистами. Дабы продемонстрировать успехи России в этой антитеррористической операции, Шойгу прошелся по списку достигнутых успехов: 400 освобожденных населенных пунктов, усиление контроля правительственных войск, перекрытие путей снабжения террористов, две тысячи уничтоженных боевиков из России.
Конечно, неофициальные причины сирийской авантюры Путина не менее важны.
На всем протяжении авиационной кампании сирийские оппозиционные группировки и Соединенные Штаты утверждали, что Россия в основном наносит удары по умеренным повстанцам, выступающим против Асада — но не по «Исламскому государству» и не по филиалам «Аль-Каиды». Истинное количество гражданских лиц, погибших от российских бомбовых ударов, мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Однако эта воздушная война лишила повстанцев надежд на достижение победы на поле боя, поскольку правительственные войска вернули под свой контроль удерживаемые ими территории и вплотную приблизились к Алеппо. Под ударами российских бомб повстанцы сдались, согласились на переговоры с правительством и направились в Женеву. Неофициальной задачей номер один для Путина было спасти Асада.
Второй неофициальной причиной путинской вылазки в Сирии стала возможность продемонстрировать возрожденную военную мощь России. На самом деле, одна из главных целей кампании состояла в том, чтобы испытать новое оружие в боевых условиях, о чем во вторник газете «Коммерсант» сообщил источник из российского Генерального штаба. В день рождения Путина 7 октября с кораблей в акватории Каспийского моря были запущены крылатые ракеты «Калибр», нанесшие удар по целям в Сирии на удалении полутора с лишним тысяч километров. Боевая целесообразность таких пусков была весьма сомнительной — ведь крылатые ракеты обычно используются для прорыва противовоздушной обороны, о которой сирийские повстанцы могли только мечтать. Тем не менее, применение таких ракет заставило задуматься американских военных. Боевые вылеты дальних стратегических бомбардировщиков с территории России произвели аналогичный эффект.
Путин в понедельник похвалил российских военных, которые доказали, что «могут организовать эту боевую работу вдали от своей территории, не имея с театром военных действий общей границы». Намек президента был предельно понятен: после многолетнего упадка российская армия снова может наносить удары по своему усмотрению, где считает нужным.
Но главной невысказанной причиной сирийской миссии Кремля стало стремление восстановить позиции России на мировой арене, причем не только как ближневосточного закулисного игрока, но и как глобальной силы, действующей наравне с США. После российской аннексии Крыма и интервенции на востоке Украины два года тому назад западные страны сделали из Путина отверженного, избегая российского президента на международных форумах и добиваясь минской мирной договоренности для предотвращения более масштабного конфликта. Став незаменимой силой в сирийской гражданской войне, Путин нашел блестящий, хотя и рискованный выход из изоляции.
Это сработало. В сентябре прошлого года, когда Россия наращивала группировку в Сирии, а весь мир гадал о кремлевских замыслах и намерениях, министр обороны США Эш Картер (Ash Carter) провел свой первый телефонный разговор с Шойгу. Одновременно Лавров, воспользовавшись своими отношениями с госсекретарем Джоном Керри, выдвинул ряд дипломатических инициатив, направленных на прекращение военных действий. В понедельник Лавров возвестил о тесном сотрудничестве России с Соединенными Штатами по двум резолюциям ООН и о их сопредседательстве в Международной группе поддержки Сирии.
Сирийский конфликт заставил даже президента США Барака Обаму снова прислушаться к Путину. Они встретились в сентябре во время сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, а уже на следующий день Россия начала бомбардировки. Обама, не пожелавший проводить с Путиным полноценную встречу, неловко расположился со своим российским коллегой в вестибюле отеля во время ноябрьского саммита Группы 20.
Объявив в понедельник о выводе войск из Сирии, Путин побеседовал с Обамой по телефону. Российское сообщение об этом разговоре заканчивается следующей формулировкой: «Беседа прошла в деловой и откровенной обстановке». С точки зрения Кремля, Россия сегодня говорит с США на равных.
Российскую интервенцию в Сирии нельзя назвать безупречной. Россия потеряла партнера в лице Турции, когда турецкий F-16 в ноябре сбил российский Су-24 в районе сирийской границы. Кремль также создал угрозу радикализации мусульман-суннитов на юге России, которые выступают против путинской поддержки алавита Асада и его шиитских союзников.
Но если бы Россия осталась в Сирии на более долгий срок, все эти проблемы могли еще больше усугубиться. Многие американские обозреватели, включая Обаму, предсказывали, что Путин завязнет в Сирии. Однако Кремль видимо усвоил уроки Советского Союза в Афганистане и Соединенных Штатов в Ираке и при первой возможности решил вывести свои войска.
Верный себе Путин не раскрывает свои карты, и предсказать его следующий шаг очень трудно. Аналогичную игру он вел на Украине, применяя военную силу для спасения своих ставленников и одновременно участвуя в мирных переговорах в целях достижения шаткого перемирия. Некоторые комментаторы предполагают, что уход Путина из Сирии может означать новую эскалацию насилия на Украине. Другие же опасаются, что Россия откроет новый фронт против «Исламского государства» в Ливии или Афганистане.
Заявление «миссия выполнена» не следует воспринимать буквально. На первом этапе вывода войск из Сирии уберут половину базирующихся там российских самолетов и вертолетов, сообщила во вторник газета «Ведомости». Но кремлевский пресс-секретарь Дмитрий Песков заявил, что российский военно-морской пункт базирования в Тартусе и авиабаза Хмеймим продолжат свою работу, наблюдая за прекращением боевых действий. Можно предположить, что в Сирии останутся зенитно-ракетные комплексы С-400, развернутые там после того, как Турция сбила российский боевой самолет.
Во вторник утром российский государственный Первый канал показал, как на рассвете на базе Хмеймим заправляются военные самолеты, готовясь к долгому полету домой. Но Путин никуда не уходит. В Сирии, как и на Украине, он сохранил для себя свободу выбора.
Источник – Inosmi.
