Как бы Министерство обороны России не скрывало данные о количестве погибших в Украине, а кремлевская пропаганда не утверждала, что «большая часть людей с Кавказа воюет за великую единую страну, за историческую Россию, считая себя органической частью полиэтнического, поликультурного, мультирелигиозного исторического цивилизационного образования», факт остается фактом: Дагестан лидирует по количеству убитых в войне в Украине (даже не Чечня, чьи «бравые» ахматовцы постоянно рисуются на фоне военных трофеев, изображая из себя героев), равно как и по числу мобилизованных на фронт. По крайней мере об этом свидетельствуют не только расследования СМИ, но и сами жители Дагестана, которые в беседе с Minval Politika поведали о настоящей ситуации в Южном Федеральном Округе России и настроениях, царящих среди населения.
Напомним, что в апреле 2022 года Минобороны России решило засекретить данные о военных, погибших в Украине и их родственниках. Об этом сообщали ранее СМИ со ссылкой на опубликованный проект постановления правительства. Эта информация переведена в раздел гостайны.
В пояснительной записке к проекту говорится, что засекретить данные необходимо «в целях ограничения круга лиц, имеющих доступ к сведениям о членах семей военнослужащих Вооруженных сил РФ, погибших (умерших) при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территориях Украины, ДНР и ЛНР».
Соответственно списки минобороны России не публикует. До этого, еще в мае 2015 года, Владимир Путин засекретил сведения о потерях армии в мирное время. В Кремле тогда отвергали предположения о том, что есть связь между этим указом и конфликтом в Украине.
Более того, российские власти максимально ограничили доступ россиян к иностранным СМИ и информационным контентам, а тех, кто высказывают правду о войне, привлекают к уголовной ответственности, обвинив в «распространении заведомо ложной информации о ходе специальной военной операции на Украине», и не только.
Однако утаить правду в период массового внедрения и использования цифровых технологий не получается, даже путем запугивания и ограничений. Правда известна, если не всем, то многим. И в Дагестане знают, что российские власти целенаправленно (!) обеспечивают мобилизацию преимущественно за счет народов Северного Кавказа и других малых народов России. Здесь недовольны. Во что это недовольство выльется, покажет время, пока оно не достигло точки кипения.
Между тем журналистам приходится высчитывать статистику самостоятельно по соболезнованиям чиновников семьям убитых контрактников и информации из собственных источников. И достаточно задать поиск в интернете о количестве погибших в Украине россиян, чтобы понять, что Дагестан занимает первое место в стране по потерям в абсолютном значении и второе при расчете к числу жителей.
На втором месте Бурятия, далее идут Северная Осетия, Краснодарский и Ставропольский края. Меньше всего сообщений о погибших в южных регионах из Адыгеи и Чечни.
Так почему же Дагестан оказался в лидерах по числу погибших?
Безработная молодежь Дагестана гибнет на чужой земле
Собеседники Minval Politika из Дагестана называют несколько факторов. Прежде всего это социально-экономическое положение в республике и, в целом, на Северном Кавказе. Безработица приводит мужчин в ряды контрактников. Кроме того, агитация и пропаганда, романтизирующие войну и преподносящие ее как справедливое дело и борьбу с нацизмом. Но это далеко не единственные причины. Растущее число «грузов 200» из Украины в Дагестан можно объяснить и большим процентным соотношением дагестанцев, участвующих в конфликте, как мы уже отметили ранее. Отсутствие социальных лифтов, рабочих мест, коррупция во всех сферах Дагестана, полное разочарование и отчаяние толкают молодых людей на такой шаг.
При этом вряд ли добровольцы и контрактники хотя бы приблизительно знают о ситуации в армии и силовых структурах – ведь и они покрыты ржавчиной коррупции. Власти максимально постарались в том, чтобы держать население в неведении.
Параллельно лояльным к властям активистам дали задание агитировать и склонять дагестанцев к участию в войне, а тут без красного словца, как вы знаете, не обойтись. Вот так расписывают войну на сайте Федеральной лезгинской национально-культурной автономии: «Наша судьба – судьба лезгинского народа — связана с Россией. Только Россия может помочь нам в будущем. Никто более. И гибель России это и наша гибель. Никто из наших народов не нужен НАТО или Западу. У нас нет никакой иной судьбы, чем у русского народа. Мы все в одной упряжке. Если кто-то в одной упряжке идёт назад, стоит на месте, всячески вредит бегу, то он вредит в первую очередь себе самому.
Какие бы исторические обиды на Россию в нас не сидели, нужно стать выше всего этого! Нужно освободить свой разум от негатива прошлого. Историческая память это совсем иное, нежели негатив. Необходимо избавиться от отрицательных эмоций и груза прошлого, чтобы разум прояснился, чтобы мы смогли холодным ясным рассудком выработать новую стратегию, как мы будем жить после войны, после несомненной (!) победы России над фашизмом и диктатом одного гегемона над всем миром».
Бред, конечно, но народы Дагестана ведутся на него, полагая, что погибнуть на чужой земле за «Родину», которая за столько лет на позаботилась о благоустройстве республики и сделала все, чтобы этот субъект РФ пришел в упадок, есть великое счастье. «Лезгины» — тут понятие собирательное. Точно такую агитацию ведут среди аварцев, кумыков, даргинцев и других народов.
А Дагестан, между прочим, способен прокормить себя и даже развить товарооборот за счет собственных ресурсов. Это при том, что численность населения республики составляет всего-то 3 259 890 человек (немногим меньше, чем население Грузии, которая при отсутствии энергоресурсов смогла развить свою экономику, будучи независимой).
Республика Дагестан обладает различными ресурсами, включая минеральные, лесные, водные и биологические. Это топливно-энергетические ресурсы, нефть и природный горючий газ (месторождения близ городов Махачкала, Южно-Сухокумск и на шельфе Каспийского моря). Это каменный уголь и горючие сланцы (разведаны в центральной части республики).
Торф — используется как местный энергетический ресурс, что особенно актуально для отдалённых горных населённых пунктов.
Железная руда — запасы оцениваются примерно в 4 миллиарда тонн,
Титаномагнетитовые пески — обнаружены в прибрежной полосе Каспийского моря.
Медные руды — более 300 месторождений выявлено в различных частях республики, а свыше 400 проявлений указывают на наличие свинцовых и цинковых залежей.
Это, наконец, выгодное географическое расположение Дагестана.
Но при всем при этом здесь нет производства, нет рабочих мест, а коррупция проела провластные структуры и все средства. Хороша забота матушки России, ничего не скажешь. Даже в советское время Дагестан жил лучше, и 30 с лишним лет не хватило России, чтобы превратить этот регион в процветающую экономическую зону. А все потому, что задач перед Москвой таких не стояло.
Агигаторы так и пишут: «Мы не имеем морального права идти против страны – в речах ли, в комментариях ли, в действиях ли – от которой зависит судьба лезгинского народа». Предлагая забыть российско-кавказскую войну, репрессии, угнетение, депортацию коренных народов Кавказа. Вероятно, безработные дагестанцы должны быть благодарны за высокие дотационные средства, которые оседают в карманах коррупционеров, вполне себе устраивающих сидящих в Кремле. На эту тему, конечно, можно долго рассуждать, и мы к ней еще вернемся. Тем более, что повод есть…
Живыми возвращаются лишь 20 процентов
Но Российская пропаганда работает – пока ты сидишь у телевизора. Когда нужно идти на фронт за чужую войну, а на Северном Кавказе это все-таки чужая война, даже грамотная агитация не способна нейтрализовать возмущение граждан.
Информация о недовольстве граждан России принципами набора резервистов на войну против Украины приходит из разных уголков страны. Но, напомним, наиболее заметными протесты были в Дагестане. А на странице уполномоченного по правам человека в Дагестане даже как-то появилась статья «Мобилизация – это геноцид народов Дагестана», которую, правда, затем удалили.
В глубине страны бродит недовольство. В дагестанских городах и селах, где проживают представители десятков малых народов, требования сдать на чужую войну несколько десятков человек воспринимают не иначе как геноцид.
«Много молодых ребят погибло, много инвалидов у нас. Столько же без вести пропавших, может быть, они остались на нейтральной зоне, и их тела уже разложились, близкие не могут их найти. Статистику погибших никто не озвучивает, но в каждом селе, в каждом районе Дагестана много погибших. В среднем ежемесячно в каждое село привозят «груз-200». Живыми возвращаются только 20 процентов, 80 погибают», — рассказал Minval Politika житель Дагестана, пожелавший остаться неназванным. Оно и понятно, люди боятся говорить на эту тему.
«В Дагестане нет работы — это одна из главных причин. Молодежь вынуждена заключать контракт о службе. Родители боятся за детей-призывников, их отправляют на границу служить, где квадрокоптеры летают. Я уверен, что туда никто не хочет, просто мобилизация, и людям некуда деваться. Наши мужчины заперты в клетке: откажешься — упекут в тюрьму, а согласишься — отправят в горячую точку погибать. Или же при возбуждении уголовного дела по какому-либо факту следствие совершает сделку с обвиняемым, предлагая закрыть уголовное дело взамен на участие в войне. Обвиняемый думает, что там, на войне, будет лучше, но живыми оттуда возвращаются лишь немногие», — поведал собеседник.
А на линии фронта свои правила: российские командиры и офицеры превратили войну в бизнес — если заплатишь, тебя определят в относительно безопасную зону, а нет, так бросят в мясорубку. Так, война в Украине приведет к сокращению генофонда народов Дагестана. Случайность? Не думаем…
