Турецкий легкоатлет азербайджанского происхождения, чемпион мира-2017 в беге на 200м Рамиль Гулиев не так давно провёл мастер-класс для белорусских тренеров. В беседе с корреспондентом «Спорт панорама» спортсмен рассказал, как получил приглашение прибыть в нашу страну, почему в 19 лет решился на смену гражданства, и поведал об общении с легендарным бегуном Усэйном Болтом. Ниже — приводим интервью с сокращениями:
— Рамиль, с чего началось вообще ваше увлечение лёгкой атлетикой?
— Отец и мать у меня также не чужие в этом виде. Получается, что вся семья состоит из спортсменов. Мы очень часто смотрели соревнования. Поэтому было понятно, что спорт – часть нашей жизни и я буду им заниматься. Как видите, всё сложилось удачно.
— Выбор пути, выходит, не стоял.
— Как такового его не существовало. Будучи ребёнком, занимался другими видами, однако, когда пришёл в лёгкую атлетику, сразу понял, что это моё. Буквально на следующий день после того, как начал заниматься, меня поставили на соревнования. Это был чемпионат города в моём возрасте. Я сразу выиграл. Стало ясно, что как минимум надо продолжать заниматься. Стали тренироваться, готовиться в том числе к международным соревнованиям, на которых я выступал с 16 лет. Там тоже побеждал.
— Верно ли утверждать, что успешные спортсмены были лишены детства?
— Человек сам принимает решения. Если нет желания чем-то заниматься, то не заставишь. Кто хочет, тот все силы отдаёт любимому делу. Допустим, я на сборах провожу по семь-восемь месяцев в году, остальное время соревнуюсь. С 14 лет начал заниматься и моё детство закончилось.
— Насколько подходящие условия имелись в Азербайджане для занятий лёгкой атлетикой?
— Если бы всё было так хорошо, то мы бы не уехали в Турцию. (Улыбается.) Условия были очень плохие. В манеже, в котором мы тренировались, не имелось отопления. Во-вторых, протекала крыша, поэтому приходилось бегать по лужам. Затем сооружение закрыли на ремонт, который продолжался три года. Всё это время занимались на стадионе. И в снег, и в дождь, и в ветер.
— Не было желания всё бросить и заняться чем-то другим?
— Юноши, юниоры, молодёжь – это такие возрастные категории, когда всё идёт легко. Жизнь кипит, поэтому на некоторые вещи, которые происходили вокруг нас, просто не обращали внимания. В итоге, поняв, что нет никаких перспектив дальнейшего развития, приняли решение переехать в Турцию. Мне было 19 лет.
— Почему, на ваш взгляд, в Азербайджане отсутствовали перспективы для развития?
— Думаю, этот вопрос, скорее, надо задать главе Федерации лёгкой атлетики Азербайджана. Мы приняли решение сменить гражданство исходя из того, что негде было тренироваться. Во-вторых, невозможно было поехать на сборы, в-третьих, я уже говорил об отсутствии перспектив. То есть даже если ты чего-то достиг, то это никак не будет отмечено.
— Быстро определились с решением?
— Переезд всегда занятие не из лёгких. Нельзя просто так взять и сменить место жительства. Да, было тяжело уезжать вдаль от родного дома. Тем более что не имел представления, что меня ждёт в Турции. Ни знакомых, ни друзей, не было известно, с кем мне предстояло работать, как станут ко мне относиться. Поэтому, если учесть все эти факторы, ожидания были весьма осторожные. Но нас приняли очень хорошо, и больших проблем мы не испытали.
— Почему остановились именно на Турции?
— Во-первых, сказалась близость менталитета. Во-вторых, не надо было далеко ехать. В Турции я встретился совсем с другим отношением. Если ты занимаешься спортом, и у тебя есть талант, делается всё, чтобы ты его развил и достиг каких-то успехов. Справедливости ради стоит отметить, что это распространено не только в спорте. Можно быть певцом, художником, и если ты талантлив и перспективен, на тебя обратят внимание. Государство всячески поможет.
— Как восприняли ваше решение друзья, товарищи, партнёры по команде?
— Все поддержали. Не нашлось ни одного человека, который заявил бы, что я ошибся, поступил неправильно.
— «Предателем» не называли?
— Кто-то называл. (Смеётся.) В федерации нашлись такие люди. Однако я для себя уже всё понял.
— Ваша виктория на чемпионате мира-2017 в дистанции на 200 м стала первой для Европы с 1991 года…
— Конечно, это успех для каждого спортсмена – достичь какого-то значимого результата. Дай бог, впереди ещё будут и другие достижения, медали. Я считаю, что достиг определённого уровня в спорте. Тем не менее буду продолжать работать дальше.
— Вас можно назвать общительным человеком?
— Конечно, у меня очень много знакомых из мира лёгкой атлетики и других дисциплин. Из той же России, Турции, да и других стран тоже.
— Как относитесь к тому, что вас сравнивают с Усэйном Болтом и даже называют соотвтстсвенно — Белый Болт?
— Не знаю, может быть, кто-то и сравнивает. В любом случае моя задача – быстро бежать. А кто и что говорит… Я не обращаю внимания. Мы с Усэйном общались. Он хороший и очень позитивный человек.
— Как относитесь к тому, что в некоторых дистанциях лёгкой атлетики доминировали американцы и представители Ямайки?
— Всё когда-то заканчивается. Видите, в этом году такого превосходства не было. Может быть, когда-то на ведущие роли выйдут другие спортсмены. Всё зависит от условий. Чем они лучше, тем лучше результат.
— Последние несколько лет в мировом спорте не утихает тема допинга. На данный момент от международных соревнований отстранены многие российские легкоатлеты. Каково ваше отношение к этому?
— Мы занимаемся спортом, поэтому что-то говорить на этот счёт было бы неправильно, а данные решения, скорее, относятся к политике.
— После того, как Всероссийская федерация лёгкой атлетики была дисквалифицирована, конкуренция на соревнованиях упала или осталась на том же уровне?
— В каких-то отдельных видах спорта её уровень снизился. Однако же есть отдельные спортсмены, которые выступают под нейтральным флагом. В частности в той же лёгкой атлетике. Поэтому однозначно сказать сложно.
— За какими видами спорта, помимо своего, следите?
— У нас много времени уходит на подготовку, анализ. Поэтому сейчас дошли до того уровня, когда надо не просто показать высокий результат, а стремиться удержать его. Задали эту планку, и её нельзя опускать. Нет таких дисциплин, за которыми слежу целенаправленно. Допустим, мне нравятся зимние виды, в частности биатлон. Интересно, кто как выступает. Недавно, к примеру, проходил чемпионат Европы, старался следить.
— Смотрите как болельщик или пытаетесь что-то анализировать?
— Конечно, как болельщик прежде всего. Я очень далёк от этого вида спорта.
— С кем-то из представителей зимних видов знакомы?
— Не так много, потому что очень редко пересекаемся. Всё же соревнования по этим видам спорта проходят в иных условиях и других местах. Поэтому практически не получается встречаться.
— Скоро весь мир будет следить за Белыми играми в Пьенчане. Как восприняли решение о дисквалификации большей части российских спортсменов?
— Опять-таки, это всё печально. Как спортсмен я могу их понять. Подготовка к соревнованиям – это большой труд. Поэтому когда не позволяют в них участвовать, можно лишь посочувствовать спортсменам. Допустим, атлет находится постоянно на базе, тренируется три раза в день. У него даже нет времени на личную жизнь: в кино сходить, погулять где-то. Он не может жить полноценно. Спортсмены выбирают очень сложный путь, который чужд обычному человеку. Приходится отдавать всего себя, заниматься 24 часа в сутки. Поэтому, когда тебя и всю команду дисквалифицируют по каким-то причинам, это плохо: столько времени и сил оказывается потрачено впустую.
