Руководитель отдела Центра анализа международных отношений (ЦАМО) в Баку, преподаватель Университета Хазар доктор Васиф Гусейнов написал колонку для commonspace.eu, в которой разобрал реакцию в Армении на недавний визит иностранных дипломатов в Карабах и Восточный Зангезур.
Гусейнов напомнил, что 11–12 сентября около 150 представителей дипломатического корпуса, аккредитованного в Баку, из 58 стран и девяти международных организаций, включая специального представителя Евросоюза по Южному Кавказу, посетили Шушу, Ханкенди, а также исторические памятники, в том числе монастыри Гандзасар и Худавенг.
По мнению автора, по обычным дипломатическим меркам в самой поездке не было ничего примечательного: иностранные миссии регулярно посещают регионы государства, в котором они аккредитованы.
«Ни одно правительство нигде не спрашивает разрешения у соседней столицы, прежде чем показать собственную территорию своим дипломатическим партнерам», — пишет Гусейнов.
Однако последовавшую за поездкой реакцию в Армении автор называет уже далеко не обычной. По его словам, парламентарии, близкие к правительству комментаторы, СМИ и диаспорские организации выступили с резкой критикой визита. Поездку называли попыткой «легитимизировать этническую чистку», дипломатов призывали бойкотировать ее, а в публичную риторику вновь вернулась тема «Арцаха», от которой Ереван, как отмечает Гусейнов, «по крайней мере на бумаге, отказался».
Именно здесь автор видит главное противоречие. Армения неоднократно заявляла о признании территориальной целостности Азербайджана, включая Карабах. Это положение, напоминает он, было отражено и в тексте мирного договора, парафированного в Вашингтоне в августе 2025 года.
«Государство не может одновременно говорить миру, что оно признает границу, и рассматривать любое обычное осуществление суверенитета по другую сторону этой границы как возмутительный акт», — отмечает Гусейнов.
По его оценке, регулярно возникающая в Армении подобная реакция показывает, что признание территориальной целостности Азербайджана на бумаге пока не полностью перешло в политическую практику.
«Именно этот разрыв, а не визит иностранных дипломатов, является настоящим препятствием для мира», — считает автор.
Гусейнов далее обращается к вопросу исторической памяти. По его словам, после войны 2020 года и восстановления полного суверенитета над Карабахом в 2023 году Азербайджан сосредоточился прежде всего на восстановлении освобожденных территорий, возвращении вынужденных переселенцев в рамках программы «Великое возвращение» и масштабном разминировании.
При этом, отмечает автор, азербайджанские саперы и мирные жители продолжают погибать и получать ранения в результате взрывов мин, установленных в период оккупации, а в отдельных документально зафиксированных случаях — после прекращения огня в 2020 году. Гусейнов связывает сохраняющуюся угрозу в том числе с тем, что Армения, по его словам, не передала полные и точные карты минных полей.
Автор предупреждает: если армянские парламентарии, чиновники и диаспорские организации будут возвращать конфликт в актуальную политическую повестку каждый раз, когда Азербайджан осуществляет обычные суверенные функции на своей территории, историческая дискуссия неизбежно будет включать и события, о которых в Ереване предпочитают говорить значительно меньше.
В этой связи Гусейнов напоминает о Ходжалинской трагедии февраля 1992 года, когда были убиты более 600 азербайджанских мирных жителей, а также о почти 30-летней оккупации Карабаха и семи прилегающих районов, в результате которой около миллиона азербайджанцев стали беженцами и вынужденными переселенцами. Отдельно он упоминает разрушения Агдама и Физули, отмечая, что Агдам получил название «Хиросима Кавказа».
«Азербайджан по большей части предпочитал не делать эту историю центральной темой своей дипломатии. Эта сдержанность — политический выбор, сделанный в интересах прочного мира, а не признание того, что этих фактов не существует», — пишет Гусейнов.
По его словам, тем армянским силам, которые вновь возвращают конфликтную риторику в общественную дискуссию, следует учитывать возможность того, что весь исторический контекст также вновь окажется в центре внимания.
Отдельно автор останавливается на посещенных дипломатами монастырях Гандзасар и Худавенг. Он отмечает, что азербайджанские официальные лица рассматривают их как часть древнего христианского наследия Кавказской Албании и историко-религиозного наследия Азербайджана.
При этом Гусейнов обращает внимание на другое обстоятельство: международная
