Пашинян начал учить русский язык. Новость прекрасная. Особенно если вспомнить, сколько всего за последние годы было сказано о необходимости дистанцироваться от русского языка, российского пространства и вообще от всего, что напоминает о прежней системе отношений.
Теперь же вдруг выясняется, что русский язык не только не умер, а еще и записал Пашиняна на вечерние курсы. Никол Воваевич, судя по всему, готовится к триумфальному возвращению русского языка в свою жизнь. Это событие, безусловно, требует исторического осмысления. Выходит, что русский в Армении оказался крепче некоторых геополитических конструкций, потому что язык в большой политике — это не только спряжение, падежи и способность отличить «поехать в Москву» от «поехать из Москвы», это еще и сигнал.
Русский язык оказался удивительно живучим: его объявляли пережитком прошлого, выносили за скобки, превращали в политический символ и всячески открещивались от него. Но стоит оказаться в Бишкеке за одним столом с Путиным, Алиевым, Токаевым, Лукашенко, Жапаровым и другими лидерами постсоветского пространства, выясняется, что он никуда не эмигрировал, а просто сидел и ждал, терпеливо наблюдая за финтами армянского правительства.
У варчапета отношения с русским языком похожи на отношения с бывшей женой, когда вроде бы все кончено, но потом внезапно выясняется, что именно у нее находятся документы, ключи, половина нужных контактов и парные носки.
Причем Воваевич сообщил, что изучает русский в Академии государственного управления Армении. Параллельно он берет онлайн-уроки игры на ударных. Получается очень современная программа подготовки государственного деятеля, когда русский язык нужен, чтобы разговаривать с соседями, а ударные — чтобы отбивать ритм внешней политики. Еще бы ему добавить курс дипломатической игры на флейте и можно выдавать степень магистра по международным отношениям.
Если говорить о ситуациях, какая случилась на саммите ШОС в Бишкеке, то для Пашиняна изучение русского языка – некий геополитический навык, а это уже серьезная дисциплина. Тут не будет обычных упражнений вроде: «Мама мыла раму». Будет: «Армения продолжает развивать отношения с…», в котором смышленый студент должен вставить пропущенное слово.
Вариантов, кстати, много. А выбрать нужно верный и больше безопасный. Проверка письменной работы проходит в Кремле.
Полагаем, первый урок должен начинаться с самого необходимого – падежей, особенно важных для внешней политики Армении. Итак, Россия – именительный, России – родительный, России – дательный, Россию – винительный, Россией – творительный, О России — предложный.
Пашиняну предстоит освоить еще одно важнейшее правило русского языка — запятая может полностью изменить смысл предложения. Классическое «казнить нельзя помиловать» для армянской внешней политики подходит почти идеально. Поставь запятую после «казнить» — получится одно. Поставь после «нельзя» — совсем другое. А если запятую вообще потерять, начинается внешняя политика Армении. Куда ни поставь Армению — все равно придется объяснять, с кем именно она сейчас находится и в каком падеже.
Следующий урок для Пашиняна — притяжательные прилагательные. Российский, западный, армянский. Казалось бы, все просто: отвечают на вопрос «чей?». Но именно здесь у армянской внешней политики начинается грамматический кризис. Потому что хочется сказать «армянский путь», но одновременно приходится объяснять, чей именно этот путь и куда он ведет.
Еще полезнее будет изучить глаголы: отдалиться, сблизиться, пересмотреть, приостановить, возобновить, развивать, углублять, трансформировать. А также виды глагола. Несовершенный вид: «мы пересматриваем отношения». Совершенный вид: «мы пересмотрели отношения». Политический вид: «мы будем пересматривать уже пересмотренные отношения».
Русский язык вообще идеально подходит для современной внешней политики Армении, поскольку у него потрясающая система приставок: было сотрудничество, потом его ПЕРЕосмыслили, затем ПЕРЕформатировали, дальше ПРИостановили и ВОЗОбновили.
Есть домашнее задание. И где-то уже наверняка готова красная ручка — страшнейший инструмент школьной дипломатии. Осталось дождаться первой контрольной. Тема, кстати, подходящая: «Россия и Запад: расставьте знаки препинания и определите, кому что принадлежит». За неправильный ответ — не двойка, а указание нового внешнеполитического курса.
Дело в том, что настоящая проблема Пашиняна будет не с грамматикой. Русский язык ему, скорее всего, освоить гораздо легче, чем русскую реальность. А после первой четверти состоится родительское собрание. Кто придет — Россия, Запад или оба родителя одновременно? И кто будет выяснять, почему ученик опять уселся сразу на двух стульях?
Впрочем, учитывая происходящие в регионе процессы, Пашиняну, возможно, стоит расширить учебную программу. Неплохо было бы взяться за азербайджанский — хотя бы для того, чтобы лучше понимать язык соседства, мира и новых реалий. А там, глядишь, и самый сложный диктант окажется не таким уж сложным. Главное — правильно прочитать то, что уже указано на карте.
