«Азербайджанский Нюрнбергский процесс» продолжает приносить сенсационные откровения. На сей раз отличился Аркадий Гукасян, который, в числе прочего, поделился информацией о демографической ситуации в Карабахе в 1992 году. Он признал, что на тот момент на территории Карабаха проживало менее 30 000 армян по национальности. Позднее часть этих людей осталась в Карабахе, часть переехала в Армению, а другие — в Россию.
Любопытные, что и говорить, цифры. Говоря о населении Карабаха до войны, принято ссылаться на данные переписи 1989 г. Согласно им, население более не существующей НКАО составляло 189 085 человек, из них на долю армян приходилось 145 450, или 76,92%. 21,52%, или 40 688 человек, приходилось на долю азербайджанцев. Плюс ещё русские, украинцы, белорусы, греки (село Мехмана)… Но это, пусть и с поправками на начавшийся в 1988 году конфликт, всё же «положение до войны».
Конечно, к 1992 году в Карабахе уже разгорелась полномасштабная война. Азербайджанцев к этому моменту здесь уже не осталось: 26 февраля 1992 г. был уничтожен город Ходжалы, 9 мая — оккупирована Шуша, 17 мая — Лачин. На практике это означало, что Армения контролировала практически всю территорию бывшей НКАО и дорогу, соединяющую Ханкенди и Герус. Можно догадаться, что в такой ситуации многие местные армяне предпочли бежать подальше от войны. Это правда. Но не вся. Потому как слишком много фактов, назовём вещи своими именами, демографического мошенничества.
Эти факты начали выплывать ещё на первых стадиях конфликта, но затем, на фоне оккупации, притока беженцев и т. д., просто не были до конца расследованы. Тем не менее напомним: ещё весной 1988 г. просочились сведения, что многие этнические азербайджанцы, проживавшие в бывшей НКАО, в сельсоветовских списках были записаны как… армяне. В национальной статистике они, разумеется, также учитывались как армяне, а не азербайджанцы.
Кроме того, в советские годы в армянской среде активно практиковалась так называемая «двойная прописка». Многие этнические армяне, проживавшие в Баку или Гяндже, имели ещё и вторую прописку в Ханкенди или Ходжавенде. В СССР такие манипуляции считались незаконными, но, тем не менее, применялись весьма широко. И можно понять, зачем: если процент армянского населения в Карабахе будет ниже определённой черты, это уже поставит под вопрос необходимость существования армянской автономии. А значит, и планы «миацума», которые в армянской среде вынашивались задолго до 1988 года, оказались бы под угрозой.
Наконец, открытым остаётся и другой вопрос: сколько человек после прекращения огня в 1994 году вернулось в Карабах? В армянских официальных источниках называли цифры от 100 до 150 тысяч — в соответствии с довоенными данными. В Азербайджане указывали куда более скромные цифры — 50–60 тысяч человек.
Более того, как минимум остаётся открытым вопрос, сколько из этих 50–60 тысяч приходилось на тех, кто жил в Карабахе до конфликта и их потомков, а сколько было переселено сюда уже во время оккупации. Прежде всего, в Карабахе размещались солидные силы армянской оккупационной армии, и многие офицеры жили здесь с семьями. Более того, официальный Ереван регулярно пытался организовать переселение на оккупированные азербайджанские земли этнических армян как из Армении, так и из-за рубежа, прежде всего из Сирии и Ливана.
После 44-дневной войны в Карабахе, по отзывам многих, оставалось от силы полторы–две тысячи человек. Остальные предпочли бежать в Армению. Затем начали возвращаться. И опять-таки армянские источники говорили о 100 тысячах, тогда как российские миротворцы, контролировавшие шлагбаум в Лачине и фиксировавшие прибывших, но не уехавших, называли цифры в 50–60 тысяч. В реальности же их было около 20 тысяч.
И опять-таки остаётся открытым вопрос: сколько приходилось на долю карабахских армян, сколько — на офицеров и членов их семей, а сколько — на переселённых из Сирии и Ливана.
Сегодня, когда с оккупацией азербайджанских территорий уже покончено, теоретически можно было бы считать, что все эти игры в демографическое мошенничество остались в прошлом. Но Ереван снова продолжает мошенничество, на сей раз безбожно раздувая цифры «беженцев из Карабаха».
Как минимум, таким образом здесь пытаются добиться от своих покровителей увеличения объёмов гуманитарной помощи. Как максимум — будем реалистами — эти установки армянской пропаганды коренным образом связаны с оправданием планов реванша и перезапуском территориальных претензий к Азербайджану. А значит, на разоблачительные показания Аркадия Гукасяна нужно обратить самое серьёзное внимание. И да, всё это ещё слишком рано считать прошлым…
