Дипломатия не очень сочетается с трендовой в современном мире прозрачностью — это аксиома. И двери переговорных комнат и в прямом, и в переносном смысле стараются держать закрытыми, особенно если обсуждается урегулирование конфликта, а не вопрос, в четырех- или пятизвездочном отеле размещать участников Дней культуры. И для того, чтобы подробности этих дискуссий стали известны, должно произойти нечто чрезвычайное.
Вот и теперь, после победы Азербайджана над Арменией в Карабахе, уже не в режиме «утечек» со ссылкой на неназванные информированные источники, а в заявлениях официальных лиц, раскрываются подробности «карабахской дипломатии», в том числе России. В частности, заместитель секретаря Совета безопасности России Рашид Нургалиев в интервью «Российской газете», отметив, что «Россия всегда выступала за мирное решение нагорно-карабахского конфликта с учетом интересов всех сторон», а «суть российских предложений сводилась к разумному компромиссу постепенного возврата территорий при содействии международных миротворцев и необходимости отказа от реализации силового сценария», далее напомнил, что «в 2016 году МИД России представил концепцию о поэтапном урегулировании ситуации вокруг Нагорного Карабаха. Последняя редакция документа была передана сторонам в июне 2019 года сопредседателями Минской группы ОБСЕ». А затем последовала главная сенсация. По его словам, «поэтапный план предполагал преемственность принципов, заложенных в мадридском и казанском документах. Его основные шаги предусматривали возвращение Азербайджану на первом этапе пяти оккупированных районов после развертывания международных миротворческих сил. При этом предусматривалось предоставление Нагорному Карабаху прав на формирование органов власти и сил самообороны. Прекращалась его блокада со стороны Азербайджана и восстанавливались торгово-экономические отношения. На втором этапе планировалось осуществить передачу оставшихся двух районов в увязке с определением правового статуса Нагорного Карабаха путем проведения референдума в соответствии с международными нормами. При этом предполагалось, что с согласия сторон будет оставлен коридор в Лачинском районе для транспортного сообщения Нагорного Карабаха с Арменией». Но, по словам Нургалиева, договориться сторонам не удалось.
Понятно, что откровения Нургалиева — это продолжение прозвучавшего неделю назад нашумевшего заявления российского сопредседателя МГ ОБСЕ Игоря Попова. Отвечая на высказанные Николом Пашиняном в его статье «Истоки 44-дневной войны» упреки в адрес РФ, дипломат заявил: «Утверждать, что Россия предлагала вернуть семь районов «за просто так», забыть про статус и успокоиться, — не соответствует действительности», — добавив, что в основе российского плана, «во многом совпадающего с Казанским документом, лежат базовые принципы нагорнокарабахского урегулирования, среди которых возвращение Азербайджану на первом этапе пяти районов, а на втором — двух, причем — подчеркну это особо — в увязке с определением статуса Нагорного Карабаха». И вот теперь Нургалиев раскрывает скобки и объясняет, как именно этот статус должен был выглядеть.
И вот тут нельзя не обратить внимание : в озвученных Поповым и Нургалиевым планах никоим образом не упоминаются ни территориальная целостность, ни признанные границы, ни даже четыре «карабахские» резолюции СБ ООН. Но зато наличествуют самые разные «вкусняшки» для армянской стороны». Сначала в регион вводились миротворцы, а освобождение окружающих бывшую НКАО районов начиналось только потом. Сколько это «потом» должно было продолжаться — Бог весть. Но уже на этом этапе сепаратисты получали право формировать свои органы власти и даже создавать «силы самообороны», то есть вооруженные формирования. По сути, оккупированный Арменией Карабах де-факто превращался во второе армянское государство на азербайджанской земле. В переговорных предложениях в изложении Попова и Нургалиева не говорится ни слова о возвращении беженцев-азербайджанцев, в Карабах, в том числе в Шушу. Но зато прописан «референдум» об окончательном определении статуса с гарантированным результатом голосования в отсутствие азербайджанцев. Такое вот конкретное переложение «друзья, давайте примем во внимание реалии и то обстоятельство, что Армения выиграла войну».
Сегодня уже понятно, что Азербайджан под руководством своего Верховного Главнокомандующего, Президента Ильхама Алиева одержал военную победу, перечеркнув разом все «пакетные», «поэтапные», «казанские», «мадридские» и прочие «документы» и водрузив флаг над Шушой. И к чести российской внешней политики, Москва не стала любой ценой «продавливать» тот вариант урегулирования, о котором рассказывает сейчас Нургалиев. Президент РФ Владимир Путин 10 ноября в прямом эфире поставил подпись под Трехсторонним заявлением, где закреплены уже другие реалии, на основе территориальной целостности Азербайджана, без «статуса Карабаха» и т.д.
Но вот что интересно. Понятно, что предложения, о которых идет речь, готовили не лично Путин, Лавров, Нургалиев и даже Попов. На этот случай и существует многочисленный аппарат, населяющий «высотку» на Смоленской, «Арбатский военный округ» и т.д., то есть те самые «территориальные» и «региональные» подразделения, которые должны знать обстановку «на местах». Но…уже в 2011 году Азербайджан отверг «казанский документ». Предложения же, которые сегодня излагает Нургалиев, относятся к 2016-2019году. То есть они появились уже после апрельских боев, после Гызылгая-Гюннютской операции, после появления в азербайджанском арсенале «Харопов» и после выхода на новый уровень военно-политического сотрудничества с Турцией. И что же — авторы этих предложений на полном серьезе рассчитывали, что Азербайджан их примет?
Авторы этого плана просто не владели ситуацией в регионе? Они верили на слово армянским стратегам, будто бы в апреле 2016 года победила Армения, а не Азербайджан, что у «этих азибижанцев» был только один современный полк, но Армения его разгромила, заодно уничтожив спецназ «Яшма», так что возможность военного решения можно не принимать в расчет? Это не вопрос «проармянского» или «проазербайджанского» уклона — это вопрос профпригодности и квалификации. Авторам и разработчикам было по штату положено разбираться, на чьей стороне перевес, кто на что согласится, кто что отвергнет, какие идеи пройдут, а какие —нет. И сегодня, когда плод титанических усилий блистательных экспертов полетел в ту же мусорную корзину, что и «стратегические планы армянского командования по захвату Гянджи и чаепитию в Баку», стоит все же поинтересоваться: авторы этих предложений надежно отстранены от процесса принятия решений и политического планирования? Или же нам надо подождать, пока они «лопухнутся» в следующий раз?
И да, какой кровью за это заплатят в этот самый «следующий раз»?
Нурани
