С момента смерти 14-летней Элины Гаджиевой, шагнувшей из окна школы №162, прошло уже почти три недели. Но виновные по-прежнему не понесли никакого наказания. Точнее, призрак наказания все же витает: директриса, согласно решению суда, сидит под домашним арестом (хотя мы уверены, что она и так не выходила из дома все эти дни). Психолог школы уволена, классный руководитель ограничилась дисциплинарным взысканием и по-прежнему продолжает работать в школе – как ни в чем ни бывало. Чиновники госструктур еще в самом начале предложили гражданам страны и сотрудникам СМИ не пороть горячку, а дождаться окончания следствия, когда будут обнародованы официальные результаты.
Постепенно имя Элины уходит из главных публикаций в социальных сетях, и, возможно, на этот факт очень рассчитывают те, кто сегодня ведет расследование: пошумят, дескать, и забудут, ибо людской молве и порицаниям свойственно тихо-тихо сходить на нет. Пройдет волна возмущения, найдется другая тема для обсуждения, к примеру, о том, что учащиеся русского сектора – развратные и тупые, и всё! Возмущение направлено в другое русло, возможно, направлено по заказу тех, кому не выгодно, чтобы в соцсетях размещались посты с требованием справедливого наказания нелюдей, сведших в могилу 14-летнего ребенка.
И действительно, как-то странно все получается: сначала разразились громы и молнии, народ рвал и метал, собирались подписи под петициями, люди шли к родным Элины, чтобы высказать им слова скорби и поддержки, было организовано траурное шествие к школе №162, на могилу Элины приходили люди, клали цветы и игрушки, зажигали свечи памяти… И всё. Круг замкнулся. Во всяком случае, свою часть гражданской совести граждане показали и с честью выполнили все процедуры, которые обычно делаются в таких случаях.
Но остается без ответа главный вопрос: уголовное дело было возбуждено по статье 125 УК АР (доведение до суицида). Но кому будет инкриминирована данная статья? СМИ сообщали о том, что директор школы №162 Севиндж Аббасова 15 апреля 2019 года была привлечена к следствию как обвиняемая по статьям 143 (оставление в опасности) и 314.2 (халатность, повлекшая по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия) УК АР. Но сколько времени эта директриса будет находиться под домашним арестом – озвучено почему-то не было.
А заместитель главы исполнительной власти Сабаильского района Халида Байрамова была всего лишь вызвана в Бакинскую городскую прокуратуру для дачи показаний, но счастливо избежала (почему-то) судебного процесса, хотя ее допрос умирающей девочки, заснятый на видеокамеру, вызвал шквал возмущения у граждан страны.
Кроме того, ни слова не было сказано о врачах, по вине халатности которых умерла Элина, которую еще можно было спасти. Ни одной фамилии, ни одного имени этих «эскулапов» мы так и не увидели в официальных релизах госструктур.
Не были применены также никакие санкции по отношению к лицам, принимавшим самое горячее и активное участие в травле и издевательствах над Элиной в момент ее обучения в школе №162. Все это остается, как говорится, за кадром и вне зоны досягаемости для читательского электората.
А потому мы все остаемся в недоумении: вроде бы идет расследование, но первые плоды его не принесли никакого удовлетворения. А это значит, что еще больше граждан страны перестали верить в справедливое правосудие, и согласитесь, что этот факт очень печальный и отнюдь не обнадеживающий.
СМИ не получают информации о ходе расследования, остается неизвестным – кто и как занимается этим вопросом, нам неизвестны имена следователей, мы, сотрудники СМИ, не в курсе, с кем связываться по вопросу хода расследования.
Как рассказала «Минвалу» юрист Самира Агаева, в следственный изолятор помещают только в том случае, если в качестве меры пресечения выбран арест. Но в случае директрисы С.Аббасовой ареста не было, просто она будет находиться дома под строгим надзором. И суд, который состоялся на днях, был направлен именно на определение меры пресечения. Такие суды, как правило, проходят в закрытом режиме. Что касается чиновницы Халиды Байрамовой, то она дала показания, как обвиняемая.
В данный момент к делу собираются и другие доказательства, так как оно не может рассматривается только на основании показаний. По ходу к делу будут подшиты результаты экспертизы, показания других людей, свидетелей и так далее. Как правило, следствие идет в течении 2-3-х месяцев.
Солмаз Аскерова, бабушка покойной Элины, рассказала Minval.az, что пару дней назад ее и маму Элины пригласили в Фонд Гейдара Алиева, и первый помощник Мехрибан ханум Алиевой – Анар Алекперов – в беседе с женщинами отметил, что данное дело находится под самым пристальным и серьезным вниманием, и все виновные в смерти девочки будут строго наказаны.
— Тем не менее, в прокуратуре следователи записывают только то, что им выгодно, – говорит Солмаз ханум журналисту «Минвала». – К примеру, когда моя дочь давала показания о директрисе и о Халиде ханум, они ничего не записывали. Кроме того, в деле до сих пор нет видео с больничных камер. Во всяком случае, нам сказали именно так. Сначала директрисе писали 4 статьи УК, и в первую очередь, статью 125, но сейчас количество статей снизили до двух. За все эти 18 дней мою дочку вызывали всего три раза. Очень надеемся на Мехрибан ханум, так как визит в Фонд нас обнадежил, мы искренне верим, что все получат по заслугам, и наказание это будет носить показательный характер для других. Что бы больше не гибли дети…
Подвижки есть, но только на бумаге?
Вчера министр образования Джейхун Байрамов встретился с руководителями бакинских общеобразовательных учебных заведений, и дал поручения по организации работ с учениками, а так же обеспечению в школах здоровой морально-психологической и безопасной среды, анализу ситуации в общеобразовательных учебных заведениях в связи с отношениями школы и семьи, школы, учителя, ученика и родителей, насилием в отношении учеников или учителей, в целом усовершенствованию проводимых в данной сфере работ.
Наряду с этим руководителям школ поручено с привлечением классных руководителей, учителей, школьных психологов в каждом общеобразовательном учебном заведении установить группу ранимых учеников и подготовить о них подробную информацию.
Также министр упомянул о подготовке пакета предложений по привлечению к процессам информирования, просвещения, мониторинговым процессам представителей общественности, экспертов образования, усовершенствованию деятельности школьных родительских комитетов, подразумевающих близкое участие в учебно-воспитательных и управленческих процессах.
И самое главное – Дж. Байрамов сообщил, что в ближайшие месяцы круг охвата проекта «Друг школьника» будет в значительной степени расширен.
Конечно же, как мы все понимаем, эти новшества, несомненно, важны и нужны, но будет ли работать в полную силу эта система? Как скоро слова министра Байрамова превратятся в реальные дела? Ведь дать поручение – это вовсе не значит, что оно будет исполнено моментально. И это не удивительно, по сути, ведь и юристы, и правозащитники неоднократно заявляли журналистам, что в Азербайджане идеальные законы. Но не работают механизмы их применения. Кроме того, очень сложно внедрять новшества в системе, где отношения по схеме «школа-семья-ученик» давно уже показали массу слабых зон, в частности, коррумпированность педагогов, согласие родителей платить за так называемое спокойствие своих чад, набор педагогического и руководящего состава школ по принципу «тапша» и родственных отношений. То есть, налицо все факты социального неравенства, и для того, чтобы с ним бороться в полную силу, пройдет не одно десятилетие. Нужны неподкупные кадры, заинтересованные исключительно в справедливости и честности своей работы, а так как решение Джейхуна Байрамова затрагивает самые различные профессиональные схемы – от педагогики до медицины, от социологов до управленцев – работа предстоит очень трудная. Но и тут есть определенные опасения: если пользователи соцсетей пошумели и замолчали, не повторится ли аналогичная ситуация и с чиновниками, тем более, что о карательных мерах в случае неисполнения приказа ни слова сказано не было. А зря.
Яна Мадатова
