Известный телеведущий Дмитрий Дибров рассказал о своих впечатлениях о столице Азербайджана, передает Minval.az со ссылкой на Москва-Баку.
— Вас многое связывает с Баку. Именно поэтому первый вопрос такой: а что вам самому хотелось бы в первую очередь сказать о столице Азербайджана?
— Рокфеллер когда-то сказал царю Николаю II, что японцы просят у него военный кредит на постройку линкоров. «Ваше величество, дайте добро на совместную разработку бакинского нефтяного месторождения — сказал Рокфеллер, а я японцам кредит не выделю». Но царь ответил отказом. В результате Япония получила великолепные корабли, мы потерпели поражение под Цусимой, и, возможно, после этого позора, начались события 1905 года, потом 1917-го, и пала самая большая империя в мире. Вот что такое Бакинское месторождение.
Еще хочу сказать, что Нобелевская премия родом из Баку, потому что Нобели были из Баку. А первые танкеры, которые начинали перевозить нефть из Баку, были построены Нобелями и назывались «Иисус», «Мухаммед», «Будда» и «Заратустра». Очень важно всегда помнить не только о деньгах, но и о Боге – это такой азербайджанский урок.
— Какой был лично ваш Баку в первый раз?
— Это было так давно, что я уже почти и не помню! Зато прекрасно помню, как однажды я присутствовал на каком-то большом мероприятии с участием президента Алиева и других уважаемых людей, и после него мы с Поладом Бульбуль-оглы и еще несколькими друзьями пошли по ночному Баку. Мы садились в каких-то духанах и полуподвальных кафе. Дул фантастический каспийский бриз. Мы обсуждали вопросы мироздания, и Полад показывал свои новые музыкальные работы, сделанные без какого-либо коммерческого плана. Он это делал, просто потому что не мог этого не делать. А чуть позже, Первый канал показывал фильм, где цитировал ранние произведения моего друга, годов 60-х. И вдруг я понял – да ведь он это же и делал в 60-х! Твист, шейк, рок-н-ролл, но всегда учитывая мелодику мугама! И осознание этого факта глубоко врезалось мне в память, когда говорят «Баку», я вспоминаю именно тот вечер с Поладом.
— Расскажите, что у вас за история приключилась в Баку с лимузином, которую впоследствии вся пресса региона вам неоднократно припоминала?
— Это мы были на кинофестивале «Восток – Запад» по приглашению Рустама Ибрагимбекова. Он взял и отдал мне в пользование лимузин. «Что же я с ним буду делать?», — спросил я. «Катайся», — ответил он. И тогда мы со своей женой пригласили всех своих азербайджанских друзей. Вот так и получилось, что, усевшись прямо на полу огромного лимузина, с нами катались великий режиссер Иракли Квирикадзе и фантастический кинокомпозитор Энри Лолашвили. Это была какая-то пижонистая штука, нам абсолютно ненужная, но прессе история понравилась.
Тут важно вспомнить другой случай. На этом фестивале, естественно, гости произносили много тостов за Рустама Ибрагимбекова, в которых вспоминали «Оскар», полученный фильмом «Утомленные солнцем», снятому по его сценарию. В конце Рустам встал и сказал: «Если я сегодня закажу долму на ужин, я что, всю жизнь буду далмаедом? То же и «Оскар» за сценарий, это не все, чем можно гордиться и ничего больше не делать!» Для меня это был серьезный урок доблестного отношения к славе.
— Какой он, ваш старый Баку?
— Приезжая в Азербайджан, в столицу, я всегда прошу поселить меня в одном маленьком, старом отельчике в старой части города, из которого видно Девичью башню. В Баку сейчас множество новых современных гостиниц, которыми можно гордиться, но я всегда прошу поселить меня именно здесь. Потому что здесь мы проводили много ночей в дружеских посиделках с моим любимейшим другом Анаром Мамедхановым. Мы в этом номере с огромной террасой проводили в беседах о вечном с Юлием Гусманом. И вот, сидя под звездами, мы никогда не поднимали вопросы денег, чьего-то грязного белья, Мы говорили о мироздании. Когда Энри Лолашвили появляется в этой части города, он обязательно подходит к мемориальной табличке «Азиз Мустафазаде» и кланяется этому великому джазу. Вот такой мой старый Баку.
Кстати, вот что вспомнилось сейчас по случаю. Я давно хочу сделать на Первом канале такой проект: сесть с Поладом Бюльбюлем и записать часов пять его воспоминаний. Это же потрясающе! Он искрометный собеседник. А 40 лет повальной советской славы, рассказанные с таким юмором, как у него, могут стать основой для очень удачного проекта.
— Изменился ли Баку Диброва за последние годы в лучшую сторону?
— Я вижу, что народ, живущий сегодня в Азербайджане, понимает, что традиции и язык, религия – это важнейшие составляющие культуры. Но я вижу, что эти же люди хотят чувствовать современность, кибернетику. Я в восторге от здания Центра Гейдара Алиева! Это же чудо-здание, в котором, кажется, нет ни одного угла. Оно недавно, по-моему, было признано лучшим зданием в мире! Мне очень нравится, как развился комплекс, связанный с Приморским бульваром. Вспомню один показательный случай. Однажды я сам видел, как какой-то человек в потрепанной олимпийке кинул жестяную банку из-под напитка на тротуар где-то на Приморском бульваре. А сзади шла девочка лет 12. И она молча подняла банку и выкинула в мусорную корзину. И вот именно эта девочка мне внушает оптимизм в плане дальнейшего развития Азербайджана. Эта девочка – это и должно быть то, что воспитывается этими новыми прекрасными фасадами в городе.
