События в Венесуэле в последние часы развиваются стремительно и сопровождаются противоречивыми сигналами со стороны участников и наблюдателей. Сообщения об ударах США по ряду объектов на территории страны, вывозе президента Николаса Мадуро и ограниченном военном присутствии Вашингтона вызвали широкий международный резонанс и усилили неопределённость вокруг реального характера происходящего.
Ряд государств уже выступил с официальными заявлениями, осудив удары по Венесуэле как нарушение суверенитета и норм международного права. В этих заявлениях звучат призывы к деэскалации, политическому урегулированию и недопущению дальнейшего силового сценария. Вместе с тем конкретных и однозначных разъяснений относительно происходящего по-прежнему нет.
На этом фоне остаётся открытым ключевой вопрос: идёт ли речь о военном вторжении, точечной спецоперации или иной форме внешнего вмешательства. Почему операция, по имеющимся данным, прошла без масштабных боевых столкновений? Где в этот момент находились вооружённые силы Венесуэлы? И кто сегодня фактически контролирует ситуацию в стране? Ответы на эти вопросы важны не только для самой Венесуэлы, но и для всей системы региональной и глобальной безопасности.
Своей оценкой происходящего в комментарии для Minval Politika делится международный аналитик, эксперт по внешней политике США, вопросам безопасности и трансрегиональным конфликтам Юрий Голигорский.
По его словам, текущая картина вызывает серьёзные сомнения в официальных формулировках.
«Пока всё похоже на договорняк. Был ли Мадуро действительно захвачен или ему и его жене просто дали возможность под американским эскортом покинуть страну, вопрос открытый», — отмечает эксперт.
Он обращает внимание на то, что операция, о которой заявляют США, якобы была проведена без единой жертвы.
«Как можно было провести такую операцию без единой жертвы? Где была и что делала армия Венесуэлы?» — задаётся вопросом Голигорский.
По мнению аналитика, происходящее выглядит как тщательно выстроенный и управляемый процесс.
«Все похоже на хорошую мину при плохой игре. Хороший сговор, в котором, возможно, кроме Вашингтона и Каракаса принимают участие Москва и Гавана», — считает он.
При этом эксперт предполагает, что активная фаза событий будет краткосрочной: «Все должно завершиться за 24–48 часов».
Отдельно он останавливается на роли России, подчёркивая её ограниченное участие: «Москва — пассивный участник. Её просто известили о том, что произойдёт, чтобы это не стало неожиданностью. Больше ничего».
По его словам, для России ситуация неприятна, однако приоритетом остаётся сохранение рабочих отношений с администрацией Трампа.
«Ей важно сохранить эту линию, прежде всего в контексте Украины», — добавляет он.
Голигорский также высказывает предположение, что следующим пунктом для Мадуро и его супруги может стать Куба.
«Без венесуэльской нефти Куба не просуществует. Поэтому Гавана будет вынуждена принять Мадуро и его жену», — считает эксперт.
Он полагает, что после краткой волны дипломатических протестов ситуация постепенно стабилизируется.
«Все попротестуют — и всё уляжется. В Европе никто не выйдет на улицы. Это не Газа».
Аналитик призывает осторожно подходить и к терминологии.
«Слово “захвачены” — слишком сильное. Они, конечно, не вольны в передвижении, но кто именно их контролирует, мне до конца не ясно», — говорит Голигорский.
Он подчёркивает, что ограниченное военное присутствие США не соответствует сценарию полномасштабного вторжения.
«Семь американских вертолётов — это несколько десятков, максимум сотен военнослужащих. Пара взрывов на военных базах и всё. Это не похоже на полнокровную войну».
В этой связи, по мнению эксперта, остаётся ключевой вопрос: что именно произошло — вторжение или спецоперация, проведённая в координации с внутренними силами.
«Но в основе всего — нефть. Именно она остаётся главной причиной происходящего», — резюмирует Юрий Голигорский.
