На фоне обвинений о якобы имеющем место несправедливом суде и жестоком обращении с находящимися в Баку под судом бывшими чиновниками непризнанной «НКР», Армения проиграла дело в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) о безнаказанной смерти ее гражданина в тюрьме «НКР». Речь идет о жалобе «Эгине Петросян против Армении» (№ 51448/15), поданной в связи со смертью ее сына Г.Мовсесяна, призванного в Армении, но направленного для службы в Карабах. Напомним, что Армения в тот период, да и позже пыталась всячески убедить мир, что «ее армии в Нагорном Карабахе нет», и азербайджанским войскам на линии разделения сторон противостояли якобы карабахские армяне.
Однако частые случаи гибели призывников из Армении на оккупированной территории Азербайджана привели к разрушению этого мифа, чему способствовала бескомпромиссная позиция родственников погибших. 18-летний сын Петросян был призван в армию Армении в относительно мирном 2011 году. Военкомат признал его годным к военной службе, найдя у него лишь проблемы с кровообращением. Но дальнейшие события показали, что врачи медкомиссии явно недооценили проблемы с его здоровьем. Мовсесян с первых же дней службы отказался носить военную форму и выполнять возложенные на него обязанности. Он жаловался на то, что его нервная система не выносит армейского режима, говорил о готовности, скорее, сесть в тюрьму, чем служить.
27 июня 2011 года он сбежал из своей части, а когда был задержан и возвращен, впал в истерику и в попытке самоубийства порезал себе левое предплечье лезвием бритвы. Ему оказали первую помощь и поместили на стационарное лечение в психиатрическое отделение гарнизонного военного госпиталя в Ереване. Спустя месяц военно-врачебная экспертиза поставила ему диагноз «органическое психопатоподобное расстройство и неадаптивная декомпенсация с попыткой самоубийства». В августе его признали негодным к военной службе в мирное время и годным к нестроевой службе в военное время. Так как Армения официально «не воевала», то молодой человек 28 сентября 2011 года был уволен из армии приказом министра обороны Армении.
Но злоключения несостоявшегося солдата на этом не закончились. Вместо возвращения домой и лечения, его ждало уголовное дело. Третье гарнизонное следственное управление Следственной службы Министерства обороны Армении, которое почему-то располагалось на территории «независимой НКР» в г. Агдере (Мартакерт), еще 7 июля 2011 года возбудило уголовное дело по факту уклонения от военной службы, к которой, напомним, он был официально признан негодным. 3 августа ему официально было предъявлено обвинение в уклонении от военной службы и взята подписка о невыезде. Но уже 14 сентября, когда решался вопрос о его увольнении из армии, это обвинение было снято «в связи с отсутствием в его действиях состава преступления».
Однако, вопреки логике этого решения следствия, 29 ноября Г.Мовсесяна на основании предпринятой им попытки самоубийства обвинили в членовредительстве с целью уклонения от военной службы. Уже 6 декабря было оформлено обвинительное заключение, основанное на свидетельских показаниях командира и других военнослужащих в/ч № 49971. Судмедэксперты утверждали, что Мовсесян до призыва не страдал никакими психическими заболеваниями, а его «органическое психопатоподобное расстройство в фазе декомпенсации» возникло во время его военной службы, на фоне его неадаптированности к внешней среде и событиям, а также его личностных особенностей. Врачи считали, что это не влияло на Мовсесяна в такой степени, чтобы он не мог отдавать себе отчет в своих действиях.
В свою очередь, Мовсесян утверждал, что его нервная система не могла справиться с условиями службы, и в любой момент он мог потерять самообладание и, не осознавая этого, совершить поступки, которые могли иметь серьезные последствия. Этому не поверили, и напрасно. Обвинительное заключение (территориально касающееся «НКР»), поступило в Сюникский областной суд Армении, который санкционировал заключение под стражу и объявил Мовсесяна в розыск. Спустя полгода, 20 июля 2012 года, Г. Мовсесян был обнаружен в аэропорту Еревана, арестован и доставлен в следственный изолятор «Нубарашен» (Армения), а 10 сентября — в следственный изолятор «полиции НКР» в городе Шуша.
20 ноября он был признан виновным и приговорен к трем годам лишения свободы. Спустя неделю, в ночь на 28 ноября 2012 года, тюремный надзиратель обнаружил через глазок в камере №8 тело Г. Мовсесяна, повешенного на простыне на шесте, торчавшем из оконной решетки. Две экспертизы показали, что причиной смерти была механическая асфиксия вследствие повешения. На правом предплечье тела была травма, но не смертельная. Никакой записки обнаружено не было, в вещах покойного были только копия приговора и несколько написанных им самим стихов.
Согласно показаниям надзирателя тюрьмы, он обнаружил повешенного уже через 6-7 минут, однако не мог открыть дверь: у охранников не было ключей от камер, а входить в камеру в одиночку не разрешалось. Вместо этого надзиратель начал будить заключенных криками. После освобождения из петли Мовсесян еще был жив. Но прибывшая вскоре бригада скорой помощи констатировала смерть заключенного. Все восемь сокамерников Мовсесяна в один голос заявили, что ничего о его смерти не знают, спали и проснулись лишь от криков надзирателя. По их словам, Мовсесян держался особняком и вел себя странно. Он рассказал сокамерникам, что лечился в психиатрической больнице и был демобилизован из армии, но затем его незаконно арестовали и осудили за уклонение от военной службы. Он проводил дни, прислонившись к стене, спал на стуле, оставаясь наедине со своими мыслями или жалуясь, что его незаконно осудили. Вечером перед смертью он поужинал, играл в карты и лег спать.
Начальник изолятора тоже упомянул, что после суда Г.Мовсесян был зол и постоянно жаловался на прокурора, добивавшегося его осуждения, и на судью, вынесшего ему приговор, На 28 ноября Мовсесян договорился о приеме у начальника, чтобы тот помог обжалованию своего приговора. А вместо этого, ночью повесился…
Не хочу утомлять читателя перипетиями следствия и судебных процессов, которые длились до 20 марта 2015 года и не ответили на многие вопросы, но при этом ожидаемо закончились оправданием и нерадивых надзирателей, и сокамерников, и не посчитавших Мовсесяна больным врачей, и следователей, отказывавшихся признать мать солдата законной наследницей потерпевшего и отказавших в выдаче ей материалов следствия, и судей, упорно противостоявших попыткам оправдать Мовсесяна и, в конце концов, закрывших дело за его смертью. Исчерпав все средства защиты в Армении, 2 октября 2015 года Петросян обратилась в ЕСПЧ на нарушение статей 2 (право на жизнь) и 13 (право на эффективное средство правовой защиты) Европейской Конвенции по правам человека (ЕКПЧ). В момент коммуникации ее жалобы Евросудом, правительство Армении вдруг попыталось снять дело с рассмотрения, сделав одностороннее заявление, не содержавшее обязательства возобновить расследование в отношении смерти сына заявителя, хотя это было возможно. Ни заявление, ни предложенная заявительнице сумма компенсации тоже не удовлетворила ЕСПЧ, и дело было рассмотрено.
Евросуд по собственной инициативе еще раз коснулся вопроса юрисдикции Армении в отношении событий, которые имели место в «НКР». Было отмечено, что в соответствующее время — то есть до изменения ситуации на месте в результате войны в Нагорном Карабахе, которая закончилась 10 ноября 2020 года, и исхода армянского населения в сентябре 2023 года — Армения имела юрисдикцию над рассматриваемой территорией и осуществляла эффективный контроль над «Нагорным Карабахом» и прилегающими территориями. Рассмотрев материалы дела и аргументы сторон, ЕСПЧ пришел к выводу, что как в «НКР», так и в Армении имело место недостаточное и ненадлежащее расследование обстоятельств смерти и любой потенциальной ответственности со стороны конкретных лиц или органов.
Правительство Армении оказалось не способным предоставить удовлетворительное и убедительное объяснение смерти Мовсесяна. Таким образом, имело место нарушение ст. 2 ЕКПЧ, как в процессуальном, так и в материально-правовом аспектах. Что касается нарушения ст.13 (совместно со ст. 2), то ЕСПЧ не может окончательно установить наличие эффективного механизма для установления какой-либо институциональной ответственности со стороны государственных органов за нарушение ст.2, если соответствующее внутреннее разбирательство не завершилось судебным преследованием и/или осуждением. Но даже если такая процедура существовала бы, то предложенный правительством Армении размер потенциальной компенсации, с учетом реалий Армении, не мог бы представлять собой достаточное возмещение ущерба. То есть имело место нарушение и статьи 13 ЕКПЧ.
Помимо установления нарушения статей 2 и 13 ЕКПЧ, Евросуд обязал Армению выплатить заявительнице 50.000 евро в качестве компенсации нематериального ущерба. Это решение пополнило список дел, рассмотренных ЕСПЧ в разное время и территориально касающихся военной службы на оккупированной Арменией территории т. н. «НКР»: «Мурадян против Армении» (2016), «Мирзоян против Армении» (2019), «Аванесян против Армении» (2021), «Нана Мурадян против Армении» (2022), «Димаксян против Армении» (2023), «Оганджанян против Армении» (2023), «Ованнисян и Карапетян против Армении» (2023), «Варян против Армении» (2024). Все они были проиграны страной-ответчиком.
Отметим, что, до вынесения решения, дело Мовсесяна пылилось в Страсбурге почти 10 лет. Так что не исключено, что Евросудом вскоре будут рассмотрены и другие, более поздние жалобы, связанные с военной службой граждан Армении в ее оккупационной армии в Карабахе.
